Цитаты из книг автора «Владимир Серкин»

Теми, кто мыслит короче, управлять легче.

Работая преподавателем, давно заметил, что разные студенты способны усвоить разное количество слов в предложении и мысли различной длины. Впрочем, то же можно сказать и о преподавателях. Например, один человек может усвоить только три первых слова из обращенного к нему предложения. Этого достаточно, чтобы его «оперативная память» заполнилась. Все остальные слова такой человек не слышит. Когда вы, закончив говорить, получаете ответ, то с неприятным удивлением убеждаетесь, что большая часть ваших слов «прошла мимо». Другой человек может усвоить только пять слов из предложения, большинство – около семи[71]. Студентам с меньшим объемом оперативной памяти трудно учиться, со значительно большим (от десяти и далее) трудно общаться с подавляющим большинством «короткомысленных» окружающих. Основная мысль большинства научных концепций развивается от трех до семи и более терминов или мыслительных ходов. Извечный запрос студентов – «объясните в двух словах» – для таких концепций невыполним. У меня обычный[72] объем оперативной памяти десять-двенадцать. У Шамана, похоже, побольше. Насколько – это может установить лишь человек (или еще кто-то) с еще большим объемом. Когда я это понял, стали понятны и ответы Шаманы о невозможности для меня некоторых понятий. Шаман – сегодня единственный человек в моем окружении, с которым можно это обсудить на уровне практики. – Много я спрашиваю о слишком «длинных» для меня мыслях? – Нет. Вопросы лишь чуть короче ответа по длине мысли. – Могу я развивать длину мыслей тренировкой. – Хочешь еще больше непонимания в городе? – Не хочется, но познание для меня важнее. – Твой выбор. Более длинные мысли требуют большего уровня энергии. – Нужно быть в тонусе? – Задающий вопрос знает большую часть ответа. – Подойдет ли ходьба по ровному льду? – Да, наметь такие маршруты, чтобы более часа не думать о дороге вообще. – И что делать ментально? – Способов много. – Подскажи что-нибудь, например. – Например, вспомни две отдельные мысли предельной для себя длины и за час ходьбы постарайся построить обобщающую их мысль. – Сколько нужно таких упражнений. – Тебе для привычки мыслить чуть длиннее упражнений пятьдесят.

У тебя столько образования, степени ученые. Попробуй рассказать сам, каким должно быть универсальное знание. – Ну, это, наверное, должно быть не знание, а какая-то методологическая схема, подход. – Вот видишь. – Так такая схема есть в пентаграммах, мандалах! – Есть в некоторых, но «увидеть» можно, лишь достигнув определенного уровня. Да еще много искажений. – Я понял – пора строить свою универсальную схему и развивать ее, сверяя с древними. – Задающий вопрос… – Но вряд ли я смогу точно воспроизвести сложную древнюю схему. – Тебе нужна не искаженная чужая, а точная своя. – Да-а! И прогнозы будущего? – Ты уже понял. Дальше можешь или начать ее составлять, или забыть про нее.

– Я понимаю, как себя вести с мишкой. – Объяснишь? – Это не объяснишь. В каждом конкретном случае по-разному. Я понимаю больше тебя в устройстве мира. И, как частное следствие, в «устройстве» медведя. – Знаешь, в университете меня учили, что медведь – «объективная реальность, независимая от нашего сознания». – Я сдавал философию в мединституте. Она правильно учит, но не дотягивает. – В чем? – Там основная категория – «отражение»? Но «отражается» в моем сознании далеко не все, а только то, что мне соответствует. И то не сразу. – Как это «не сразу»? – Взрослый видит, слышит и понимает больше ребенка, хотя глаза и уши у него могут быть хуже. Просто он больше развился. – То есть я могу в мире замечать и понимать только настолько, насколько развился? – Да. – Можно примеры? – Я могу разговаривать с деревьями и животными, а ты – нет. – Ты знаешь их язык. – Дело не в языке. Если ты разовьешься больше, то увидишь в деревьях и животных много нового. Это позволит тебе понимать, как с ними общаться. А пока никакой язык не поможет. – То есть я не не умею, а не понимаю, не вижу как? – Именно. – Что мешает философам это понять? – Глупым мешают слова «объект», «объективная реальность». – Чем? – Они думают, что предметы такие и есть, как они их видят. И, конечно, тогда понимать больше нечего. – А умным что мешает? Есть же поумнее. – Нет практики. Умный человек может вдруг понять, как общаться с деревьями, с облаками или льдами. Но если он это ни разу не практикует, то или забудет, или сам же будет считать это фантазией. – Откуда ты это узнал? – Я сам – философ. (Хохочем.)

Для начальной практики достаточно семь: энергия пищи, воздуха, мысли, эмоций, воли, времени и духа.

Твой Берег Сокровищ должен быть полностью недоступен другим.

– Как увидеть знаки? – Сначала тебе нужно научиться смотреть.– Как ты научился? Вербальные объяснения отпали сами собой.

т, что я даже на некоторое время забываю о вопросе. Простой вопрос требует нескольких минут, а принятие решения требует очевидных знаков. – Какие знаки?– Эвелны, например, часто видят варианты решения во сне. Многие жители Магадана «читают» совпадения, хотя не отдают себе отчет в этом.– Как увидеть знаки?– Сначала тебе нужно научиться смотреть.– Как ты научился? Вербальные объяснения отпали сами собой.

– Как ты решаешь, когда отвечать? – Не решаю. Вопрос должен «перевариться». А ответ должен «прийти». Быва

– Сильный человек спокойно преодолевает новые и новые препятствия, независимо от того, предвидел он их или нет. Другими словами: обстоятельства не разбивают его