ГЛАВА 11

Холодный ветер небрежно раскачивал ветви раскидистого кедра. Старое дерево вцепилось корнями в самый край скалы, и его искривлённый ствол чуть клонился над обрывом. Внизу всю местность до самого горизонта заполняло тёмно-зелёное море леса, которое всё сильнее утопало в сгущающихся сумерках.

Алед сидел на краю уступа и смотрел на дорогу, серая полоса которой ещё угадывалась на востоке. Дорога была пуста на целые версты по обоим направлениям. С наступлением темноты становилось холоднее. Алед задумался о костре. У него не было с собой огнива. Оно осталось в мешке, в котором лежали припасы купца. Но это совсем не пугало разбойника, который большую часть жизни прожил в лесах. Люди из Братства Волков могли выжить где угодно.

Нельзя было допустить, чтобы костёр увидел с дороги. Алед всё ещё опасался алфейнов. Вскоре он нашёл углубление в каменистом склоне, которое счёл лучшим местом для разведения огня. От повалившейся ели, которая оказалась неподалёку как нельзя кстати, он отломал иссохшую верхушку и кинжалом расколол её вдоль. Одну из половин он положил на землю и вырезал ложбинку вдоль всей длины. Дальше Алед с силой тёр концом небольшой оструганной ветки вдоль этой ложбинки. Он делал это не впервые и очень быстро получил заветный уголёк, от которого вскоре загорелся заранее приготовленный трут.

Огонь запылал, радостно приветствуя путника. Разбойник подложил хвороста и обложил костёр вокруг камнями, которые нашёл на склоне. Он сел, закутавшись в плащ. Теперь мысли его были лишь о еде. Однако голод был ещё терпимым. К тому же Алед понимал, что ночью поиски живого мяса в диких землях могут закончиться плачевно для самого охотника, потому как он не знал, каких зверей можно встретить в этих местах. С сожалением воздохнув, Алед прислонился спиной к скале и закрыл глаза.

Ему приснился Жаба. В горле грабителя торчала стрела, однако во сне Аледа он как ни в чём не бывало стоял на ногах. Он молчал, но в глазах его читался осуждающий взгляд. В руках Аледа был тот самый охотничий лук, которым он застрелил Жабу. Лук был в крови.

Разбойник бросил лук и посмотрел на окровавленные руки. В следующий миг он с ужасом понял, что кровь неумолимо сочится прямо из груди. Алед перевёл взор на Жабу. Тот так и стоял, не сдвинувшись с места. А за ним он увидел ещё четырёх человек. У них словно не было лиц. Силуэты их были расплывчаты, но отчётливо было видно одно: все четверо были облачены в чёрные одеяния, очерченные алым огнём. Алед почувствовал, что слабеет и не в силах больше стоять на ногах. Он издал сдавленный крик, от которого и проснулся.

Санамгелец открыл глаза и с удивлением обнаружил, что на востоке уже светает. Угли в костре ещё тлели, отдавая остатки тепла. Чувство голода, которое дало о себе знать ещё накануне вечером, теперь усилилось. Алед встал и, недолго думая, продолжил путь в прежнем направлении. Отсюда, с гребня холма, он видел дорогу, которая была по-прежнему пуста и выглядела вполне безопасной. Однако недоверие к прилежащему лесу не позволяло Аледу вернуться на неё. Он словно чувствовал взгляд, который смотрит прямо на него из глубины тех таинственных рощ, и поспешил скрыться в тень березняка.

Что стало с колдуном? Убили его алфейны или же пленили? Аледа не очень-то мучили эти вопросы, но изредка они всплывали в его голове. Самым главным было то, что Ключ теперь у Аледа. Двимгрин сразу почуял, что дело дрянь, потому он и расстался со столь дорогим для него предметом. Возможно, он не хотел, чтобы ключ попал к алфейнам. Или же он хотел, чтобы Алед сделал всё сам. Что за глупость? Простой разбойник будет решать судьбу мира? Нет. Вернее всего, колдун надеялся на скорую встречу с Аледом в дальнейшем, когда он разберётся с неприятностями. Но разберётся ли? Ведь та бойня на дороге закончилась для Двимгрина плачевно. Как бы то ни было, теперь Алед был волен сам принимать решения. Живот ещё раз крайне недовольно напомнил путнику о голоде. Нужно было добыть еду, пока силы для этого ещё были.

Алед ступал тихо и осторожно, озираясь по сторонам. В руках его было копьё, которое он соорудил из молодого деревца и кинжала, который использовал в качестве наконечника. Время шло к полудню. Безлесые луга остались позади, теперь его путь всё больше проходил через ельники. В воздухе стоял приятный аромат хвои.

На небольшой прогалине Алед наткнулся на скопление белых грибов. Изголодавшийся, он накинулся на них и стал уплетать один за другим. Сырые грибы – не лучшая еда, но выбирать не приходилось.

Внезапно он услышал шелест неподалёку и замер. Осторожно повернувшись в сторону звука, он заметил оленя среди деревьев. Как выяснилось, животное занималось здесь тем же, что и Алед – поедало грибы. И пока оно не замечало путника. Разбойник же сразу забыл о грибах. Он нащупал рукой самодельное копьё, которое лежало рядом, и прицелился. Олень настороженно поднял рогатую голову. Взгляд его теперь был устремлён прямо на санамгельца. Человек не собирался медлить. Одно не очень умелое, но молниеносное движение – и копьё полетело в цель. Жалобный крик оленя эхом разнёсся по лесу.

***

После плотного обеда Алед прилёг под ветвями старой ели, вслушиваясь в пение лесных птиц. Силы вернулись к нему. Рядом ещё дымило место тлеющего костра. Туша убитого оленя, частично разделанная, лежала поблизости с кучкой обглоданных костей. Где-то неподалёку в разломе скалистого склона журчал ручей, из которого Алед уже успел вдоволь напиться воды.

Санамгелец лежал в роще вдали от родной страны и смотрел в вечернее небо через переплетение хвойных ветвей. Он понятия не имел, сколько вёрст до ближайшего города и сколько дней пути до Замка Магов. Это немного пугало его.

Отдыхал он недолго. Нужно было пройти ещё хотя бы несколько вёрст до наступления темноты. Завернув кусок оленьего мяса в плащ, он снова выдвинулся в путь. Рощи были в этих местах не слишком густыми и потому почти не замедляли движение. Иногда на пути попадались взгорья, которые позволяли ему свериться с направлением дороги, которую он по-прежнему мог без труда различить справа.

Так прошёл день, другой, третий… По пути он питался грибами, охотился на оленей. Путник не раз вспомнил ту полезную магическую способность Двимгрина, с помощью которой за одну только ночь ему удалось преодолеть огромное расстояние. Неизвестно было, насколько быстро колдун гнал лошадей и в последующие ночи. Может быть он всегда пользовался подобными трюками в большей или меньшей степени. В силу этого Алед не мог даже представить, насколько далеко теперь Межгорье. Он даже не пытался подсчитать, сколько сотен вёрст они вместе с колдуном могли оставить позади за какую-то пару-тройку дней. Но мало-помалу он продвигался на север. Полоса тракта справа вскоре повернула на северо-восток. Алед, идущий по своему тернистому пути тоже изменил направление.

В конце четвёртого дня после разделения с колдуном он заметил, что дорога отдалилась от опушки Мотходэка, и он наконец решился вернуться на неё. Путь через леса и поля изматывал его. Когда же он ступил на дорогу, ему показалось, что ноги его просто летят по ней, и он готов идти так хоть день и ночь напролёт.

Впереди путь пересекла узкая река, что с шумом неслась с севера на юг. Она была довольно мелководной, и перейти её вброд не составляло труда. Сразу за ней дорога продолжалась. Там же, на берегу, возвышалось старое строение в виде высокой каменной башни.

Алед обрадовался, но надежда на встречу с людьми угасла, как только он перешёл реку. Высокая башня оказалась заброшенной. Стены её поросли зелёным мхом. Сорванная с петель дверь, уже давно прогнившая, валялась подле входа. Внутри стоял такой смрад, что Аледу расхотелось заходить внутрь, едва он приблизился к дверному проёму. В округе перед башней повсюду лежало ржавое оружие и измятые доспехи. Всё давно поросло седым бурьяном. Когда-то давно здесь произошло сражение.

Алед посмотрел на башню ещё раз. Недалеко от неё на берегу он увидел руины сожжённых домов. Похоже, что много лет на этом берегу стояла пограничная застава. Это означало, что Алед пересёк границу некогда существовавшего королевства. Что-то подсказывало ему, что судьба этого места была связана всё с той же великой Войной.

Он продолжил путь. В скором времени дорога повернула на север. Смеркалось. Диск луны показался в темнеющем небе и вскоре исчез за чёрными тучами. Очертания руин виднелись повсюду. Всё выглядело совершенно безжизненным, и плотная тишина стояла окрест. Алед нашёл место для ночлега среди развалин каменного строения, которое когда-то служило кузницей. Крыша здания сгорела, а внутри всё было разрушено. Только большая ржавая наковальня и доменная печь, словно мрачные памятники, остались стоять на своих местах. Алед порылся среди обломков и обнаружил кусок кремня, что его очень обрадовало. Используя кинжал как кресало, он вскоре развёл костёр около большого пролома в стене прямо на каменном полу кузницы.

Разбойник прислонился к стене и задумался. Взгляд его был устремлён в сторону пролома, за которым царствовала кромешная тьма. Где-то далеко тишину нарушали крики беспокойных сов. Ветер шумел над головой, шевелил остатки черепицы на крыши. Алед раздумывал о смысле жизни, который он утратил с того момента, как покинул Межгорье. Он не мог ответить себе на вопрос, зачем он здесь и с какой целью направляется в чуждое для него место.

В ночи мелькнул огонёк. Алед напряг зрение, вглядываясь в темноту. Огонёк мелькнул вновь. Это было где-то в стороне реки. Разбойник продолжил смотреть. Отдалённый мерцающий свет появился опять и уже больше не исчезал. Первая мысль, которая посетила Аледа – затоптать костёр. И он не замедлил сделать это в тот же миг. Тьма сразу поглотила пространство кузницы.

Огонь приближался. Алед достал из-за спины кинжал и приник к холодной стене близ пролома, осторожно выглядывая из-за угла. Вскоре стало понятно, что это свет факела. Через некоторое время блики огненного светоча позволили рассмотреть фигуру человека. Он был один. Неизвестный нёс факел в левой руке, держа его над собой. Свет пламени отражался в клинке меча, который он нёс в правой руке.

Человек шёл прямо к развалинам, где притаился Алед. В нескольких шагах от кузницы он остановился и долгое время стоял неподвижно. В это время Алед, скрываясь за стеной, крепко сжимал в руке кинжал. Он боялся выглянуть, боялся даже пошевелиться, опасаясь, что любой шорох в тишине ночи мгновенно выдаст его.

– Я видел огонь! – вдруг прокричал неизвестный. – Покажись, кто бы ты ни был!

Разбойник смолчал и затаил дыхание. Неизвестный продолжил движение. Шаги его были всё ближе. Алед приготовил кинжал. Звуки ступающих по земле сапогов приближались довольно быстро. Разбойник смотрел на клинок своего кинжала. Он понимал, что долго прятаться уже не получится. Вдруг он понял, что шаги незнакомца стихли. Краем глаза он видел отсветы факела. Аледу даже показалось, что мгновение назад он слышал его дыхание совсем рядом, прямо за проломом. Было самое время что-либо предпринять.