Три дня чтения в подарок
Зарегистрируйтесь и читайте бесплатно
  • serovad
    serovad
    Оценка:
    236

    Люди, я зануда. Не читайте дальше.

    В общем так. Есть книги, в которых вроде как и сюжета нет. То есть он имеется, но книгу можно пересказать секунд на четырнадцать. И есть книги, в которых сюжет не просто есть, но ЕСТЬ! Но он так растянут, сконцентрирован, что прочтение книги при всех её художественных и идейных достоинствах даётся с таким трудом, словно ты через непроходимый лес продираешься.

    Ну вот, "Белые одежды" из второй категории.

    Заметьте, я не говорю, что книга плохая. И даже не считаю так. Просто она трудная.

    Трудная своей правдивостью. Помнится, Макаревич в своё время спел "Несогласные шли мишенью в тире, на любого была готова стенка, нас учил изменять окружающий мир академик товарищ Трофим Лысенко...", и потом через полкуплета "Но бурьян породил бурьян, из бурьяна не выросло белого хлеба...". Ну вот-вот, читателю как раз и полезно будет узнать, какими аргументами, какими методами, а потом уже и какими мерами "нас учил изменять...". Знать про то, как в биологии зарождается ложь, доносительство, предательство, как губятся умы и души...

    Знал бы Мичурин, кем и как будет использоваться его имя - что бы он сказал?

    Книга трудна своей откровенной психологичностью. Она позволяет понять, почему одни светлые умы сгибаются, ломаются, отказываются от собственных убеждений, достижений и открытий, и почему и как другие готовы идти до победного, понимая, что ни к чему хорошему для них лично это не приведёт.

    Книга трудна своей стилистикой, вызванной философичностью. Мысли, идеи, диалоги, монологи персонажей порой настолько растянуты, настолько распутаны, что запоминаются одним - многословием. Замысел автора мне кажется понятным - он хотел, чтобы всё в его романе было предельно ясным, чтобы ничто не было трактовано двояко. Отсюда много слов про науку, про Добро и Зло, Правду и Неправду, и про много чего ещё. Добавим ещё туда личные трагедии героев.

    В общем - книга сильная, но впечатление не очень хорошее оставила.

    Если что, я предупреждал - я зануда.

    Читать полностью
  • Godefrua
    Godefrua
    Оценка:
    209

    Автобусом к Тамбову подъезжаем,
    А там - рысцой, и не стонать!
    Небось картошку все мы уважаем,
    Когда с сольцой ее намять!

    Да, больше тысячи страниц про картофель на полях, это не шутки… Но не только про картофель. Это про советскую науку, которой до сих пор мы гордимся. Знали бы больше - не так бы гордились. А может, напротив, гордились в тысячекратном размере. Все таки, когда есть условия для исследования - исследуй, не хочу. А когда условий нет - поди попробуй. И не стонать…

    Условия это ведь не просто материальная база. Условия - это свобода мыслить, предполагать, заблуждаться, предполагать и уже не заблуждаться. Природа то не знала ничего про марксизм-ленинизм и происки гнилого запада. Про политическую плоскость. Она не знала, а ее перевели именно в эту плоскость. Но у нее были верные рыцари, которые на пощадив живота своего, изучали, улучшали, защищали.

    Товарищи ученые,
    Эйнштейны драгоценные,
    Ньютоны ненаглядные, любимые до слез!
    Ведь лягут в землю общую остатки наши бренные,
    Земле - ей все едино: апатиты и навоз.

    Но и не только про картофель и ученых в политической плоскости. Это серьезный философский трактат о поведении добра и зла в природе. Что есть зло, а что добро? С каких позиций действуют? Что лежит в основе? Что за оружие используют? Какие модели поведения? Об этом здесь очень много сказано, причем в динамике, в диалогах, в поисках выхода загнанными в угол героями.
    Для того, что бы сделать открытие в науке, надо жаждать не славы, почести и привелегий. Не возвышения собственного Я. Жаждать надо открытия, улучшения. Именно жаждать, на более повседневных эмоциях ничего не выйдет.

    Но в науке, как и в любом другом деле есть ловцы почестей, а есть ловцы улучшений. И почему то первые менее избирательны в средствах, занимают лучшие высотки для борьбы с конкурентами, для их обесточивания. А вторые… Они и не борются вовсе. Им некогда, они в науке. Но так как люди сплошь неглупые, угрозу своему иноходному ходу они чувствуют. И хочешь, не хочешь, вынуждены придумывать «завиральные теории» с целью выживания.

    В книге есть три образа с тремя моделями поведения для честного человека, несущего миссию и оказавшегося в условиях травли. Торквемада (инквизитор), Святой Себастьян (мученик) (опять он, как часто я его встречаю!) и конечно, Гамлет, отравленный уколом шпаги (куда без него). Преследовать, выявлять и навести порядок? Пожертвовать собой ради светлого дела? Наказать всех и сгинуть самому?
    Наш ГГ выберет четвертый путь. Он наденет белые одежды. Что это значит? Значит, не навредить, в меру хитрить, служить добру, применяя завиральные теории и тем самым утереть нос злу, не гнушающегося не только завиральными теориями и запугиванием, но тяжелой артиллерией, применяемой совсем другими органами. Органами государственной безопасности. Ну что ж. У него получилось. Вывести новый сорт картофеля, который мы возможно едим каждый день и не подозреваем, какой ценой он достался его творцу.

    Особенная линия в книге - женская. Они здесь занимают место даже больше чем картофель на полях. Носят идеи. Идеи важны для них важнее личного счастья и даже свободы. Ну вот скажите мне, он любит ее, она его, любовь у них страстная и нежная. Она ждет от него ребенка и говорит: жить с тобой не буду, поеду по этапу в лагерь за убеждения в области генетики, а ты пока убеждения правильные не примешь - ко мне не подходи и меня не спасай. Он и не пошел. А спасать пошел не любимую с ребенком, а свою картошку. Или - другая пара генетиков. У них тоже любовь и взаимопонимание. Он сбавил азарт своих генетически-политических убеждений, желая обезопасить свою семью. А она ушла к другому. Дескать, трус. Что за женщины такие? Что за мужчины? Советские, не иначе. Ничего личного. Личное - это буржуазное. Картофель на полях важнее.

    Товарищи ученые! Доценты с кандидатами!
    Замучились вы с иксами, запутались в нулях!
    Сидите, разлагаете молекулы на атомы,
    Забыв, что разлагается картофель на полях.

    Только не картофель разлагается, а их жизнь. А с другой стороны, кто сказал что жить легко?

    П.С. В отзыве использованы стихи Высоцкого В.С.

    Читать полностью
  • Turkish
    Turkish
    Оценка:
    53

    Когда я учился в школе, роман «Белые одежды» входил в нашу школьную программу. Помню, впечатление (1995 год) книга оставила настолько неизгладимое, что написал, пожалуй, самое лучше своё школьное сочинение по теме романа. И, сегодня, спустя почти 20 лет, возникло непреодолимое желание перечитать, сравнить с тем ощущением от книги, но уже с высоты полученного жизненного опыта и прожитых лет.
    Не обманулся в своих ожиданиях, впечатление такое же сильное, хотя и не столь однозначное, каким оно было тогда. Вот об этих неоднозначностях и хотел бы рассказать.

    Дальше...

    Тема противоборства в науке.
    Тогда, в 1995 году, сомнений не было, лысенковщина страшное зло, которое в попытке стать единственно правильным и верным учением надолго затормозило развитие отечественной генетики, получение новых сортов, обусловило аграрную и животноводческую отсталость страны на все последующие десятилетия. Причем, такое зло, которое не гнушалось использовать совсем неприемлемые в научном (и не только) мире приемы.
    Однако, что мы видим сегодня. Сегодня мы видим, что наши магазинные полки и рыночные развалы сплошь и рядом завалены генно-модифицированными продуктами, общий рост заболеваемости населения в стране, низкий иммунитет нашего потомства. И не в последнюю очередь, это обеспечено тем, что мы едим. Не хочу сказать, что, может быть, лысенковцы не так уж были не правы. Нет, не правы они были полностью, генетикой нужно было заниматься, не загоняя ее в угол. Как раз даже наоборот, нужно было очень тщательно исследовать все вносимые генные изменения не только, с точки зрения, улучшения показателей сортов и сопротивляемости внешним факторам, но и с целью изучения воздействия этих генных изменений на другие живые организмы, включая конечного потребителя – человека.
    Но, в любом случае, и после первого прочтения, и сейчас, привлечение в качестве аргументов в научных диспутах идеологии, и упаси боже, карательного аппарата, это совсем не приемлемо.
    Актуальность.
    В 95-м тема осуждения сталинизма уже была не тренд. Слишком много появилось источников, раскрыты архивы, произошло переосмысление в художественных произведениях, получивших гласность. Добро победило. Понятно, что шли 90-е, было трудно, но верилось, что вот сейчас «мы наш новый мир построим», КПСС и СССР ушли в прошлое, дух нового времени витал в воздухе, и казалось, что повторение прежних ошибок исключено. Интересный роман, но неактуальный.
    Сегодня же картинка иная. Да, закончилось поношение с трибун, подсократились лозунги, маховик машины пропаганды вроде бы остановился. Не верят сегодня люди трибунам. Люди сегодня верят телевизору. А в телевизоре мы снова видим ласковый отеческий взгляд, яркую образную речь лидера нации, «народные» словечки, и такую же отеческую заботу о каждом простом гражданине страны. Разве что землю из кармана вместе с носовым платком не сыпет…
    И думается в эти моменты, неужели наши «неизвестные отцы» не читали такой книги, не знают очевидного вывода, рефреном идущего через весь роман:

    Добро великодушно и застенчиво и старается скрыть свои добрые мотивы, снижает их, маскирует под морально-отрицательные. Или под нейтральные. <…> Добру тягостно слушать, когда его благодарят. А вот зло – этот товарищ охотно принимает благодарность за свои благодеяния, даже за несуществующие, и любит, чтобы воздавали громко и при свидетелях. Добро беспечно, действует, не рассуждая, а зло – великий профессор нравственности. И обязательно дает доброе обоснование своим пакостям. Михаил Порфирьевич, разве не удивляет вас стройность, упорядоченность этих проявлений? Как же люди слепы! Впрочем, иногда действительно бывает трудно разобраться, где светлое, а где темное. Светлое мужественно говорит: какое я светлое, на мне много темных пятен. А темное кричит: я все из серебра и солнечных лучей, враг тот, кто заподозрит во мне изъян. Злу иначе и вести себя нельзя. Как только скажет: вот, и у меня есть темные пятна, неподдельные, – критиканы и обрадуются, и заговорят. Не-ет, нельзя! Что добру выставлять свои достоинства и подавлять людей благородством, что злу говорить о своей гадости – ни то, ни другое немыслимо.

    Или может быть на то и рассчитано, что другие не читали, а они как раз прочитали и очень внимательно?

    Ну и в заключение, хотел быть отметить разительный контраст между тяжелым гнетущим ощущением тоталитарности в сталинские времена в течение всего романа и последующую оттепель (после смерти вождя) в эпилоге. Как удивительно, прямо на глазах, тают все предыдущие незыблемые догмы, как наступает что-то сродни прозрению у людей, и как всесильный и всемогущий «народный» академик Рядно собственноручно примеряет на себя колпак шута…
    Сильная книга!

    Читать полностью
  • margo000
    margo000
    Оценка:
    31

    Думаю, у каждого думающего человека есть то, что он считает (или считал на определенном жизненном этапе) своей Библией, - что-то, дающее Знание, Понимание, некий Стержень.
    В мои двадцать лет для меня такой книгой стал роман В.Дудинцева "Белые одежды".
    Я его читала еще в "Роман-газете", до сих пор помню исчирканные поля, обведенные строчки. До сих пор помню письма своему другу в армию, в которых я писала целыми страницами цитаты из этой книги (теперь-то я сомневаюсь, так ли ему это всё было нужно:).
    Тема Добра, Веры, порядочности, честности, преданности и предательства. Всё это раскрывалось через жизненные коллизии героев и через философские отступления - доходчиво, очень метко, глубоко.
    Именно под воздействием этой книги в моем сознании произошел переворот: обсотрилось восприятие происходящего вокруг, появилась уверенность в себе и в необходимости иметь нравственные убеждения (хотя бы ради того, чтобы спастись, чтобы остаться человеком при любых обстоятельствах - начинались 90-е годы, а многим не нужно объяснять, что это был за период).

    Одна из любимых, "знаковых" для меня, книг.

    Читать полностью
  • strannik102
    strannik102
    Оценка:
    31

    Впервые об этой книге услышал пару лет назад, не помню уже каким путём. Затем вот в декабре читал Проханова и там это название — "Белые одежды" — всплыло вновь. А тут ещё обнаружилось, что всемогущий LL выдал эту книгу в списке рекомендаций для меня — такого сгущения, такой концентрации, такого узла вероятности я не вытерпел, и вот книга уже внутри.

    Роман этот следует читать, предварительно как следует припомнив или же ознакомившись с обстановкой, имевшей место быть в Советском Союзе в конце 40-х — начале 50-х. Может быть не вообще и в целом, но вот что творилось в научном сообществе представлять крайне желательно. Хотя и более широкая информация не помешает, но скорее поможет проникнуться книжными событиями как следует. Поможет перевести эту книгу из разряда "производственный роман" в совершенно другую категорию. С другим уровнем гражданского мужества и литераторской ответственности автора, и особой остротой поднимаемых и освещаемых вопросов и проблем. И заодно поможет понять, почему роман, написанный ещё в середине 50-х, был опубликован только в 1986. Как раз потому, что несмотря на все эти революционно-переворотные двадцатые съезды и успешные преодоления последствий культа личности Сталина, потом последовали культы личности Хрущёва и Брежнева. И книгу, в которой белое называют белым, а чёрное чёрным, никак не можно допустить в печать! Ибо основная, главная ошибка заключалась всё-таки не в особенностях личностей упомянутых товарищей, не в личном вождизме двух-трёх партдеятелей, а ошибка была системной... И требуется полная замена всей системы, а не та или иная её реконструкция, потому что все попытки реконструкции системы приводят нас к известной басне Крылова про квартет...

    Впрочем, не будем забывать, что это всего лишь отзыв на прочитанную книгу...

    Вместе с острыми производственными вопросами автор сумел втиснуть в роман личные взаимоотношения героев и персонажей — со всем их драматизмом и трагизмом, а также добавить сюда же совершенно естественным путём детективную линию, и провести тонкую и точную остро-социальную и даже политическую юстировку содержания.

    Злободневен ли этот роман сейчас, по прошествии более чем полувека? Думаю, что да. Хотя бы для того, чтобы мы, нынешние, знали, как это бывает, когда нечистоплотные и ограниченные, но облечённые властью люди в качестве аргумента в чисто научной полемике прибегают к методам государственно-политического террора. Потому что угроза "лысенковщины" всегда остаётся...

    Читать полностью