II

Это было моё первое слияние.

Не трудно догадаться, что мне понравилось. Мир рассыпался и собрался заново. После всего Вэл смущённо сказала:

– Иохим, я не удержалась…

– Ты была в сети? – охнул я и усмехнулся чему-то. – Ну и как? – добавил через секунду.

– Великая скорбит за меня и Оргнета, но утешена, что ты счастлив. Оргнет рад, что я принесла в твою душу успокоение и надеется, что ты более не будешь преследовать меня.

Я подключилась на миг какой-то, а они как будто ждали! Не думала, что почувствую горечь от единения с великой. Мне очень хорошо было с тобой… Не ожидала я от Оргнета ревности, сам-то он часто по желанию наших одиночек сливается, и великая к нему благоволит за его откровенность и не осуждает в моих глазах. О тебе как-то правда она выражается туманно… – Вэл обычно немногословна, даже я удивлён – столько откровений.

– Вэл, я размышляю и прихожу к выводу, что мне не очень близка любовь ко всему, почему-то ты выделяешься для меня из общего потока. С тобой у меня всё по-другому.

– Ах, Иохим, просто для тебя это в первый раз и ты восхищён неиспытанным. Я ведь никогда не была ни с кем, кроме супруга. Я тоже восхищена, но боюсь, ты не понимаешь каково мне! Или быть с тем, кого предназначила себе навсегда под тёплыми руками инфоматери, благословляющей тебя, или, как сейчас, словно украденное что-то чужое… – на её прекрасных глазах показались слёзы. – Я не плакала уже лет тридцать, если не больше!

Я прижался к Вэл, успокаивая её, и прошептал:

– Я готов для тебя на всё. Я любил тебя еще, когда был мальчиком и никогда не разлюблю. Ты – моя вторая часть. Я не переживу, если не смогу быть с тобой. Услышь мои мысли, я разрешаю!

Вэл огромными глазами смотрела на меня, читая мои чувства по отношению к себе, и даже отшатнулась.

– Иохим… Это невероятно… Ты возносишь меня выше инфоматери? Это неправильно! Я не заслужила! Никто не чувствует так, никто! Как я теперь войду в сеть с таким знанием? Ты – ненормальный! Ты понимаешь, что обязываешь меня быть с тобой?

– Разве ты этого не хочешь? – я улыбался. Когда она читала мои сокровенные мысли, я узнал все её и понял, что супругом она втайне тяготится, а меня возлюбила искренне и уже давно. Это было прекрасно, иначе никто бы уже не смог отвечать с уверенностью за жизнелинию Оргнета, я бы позаботился.

– Хочу, конечно же, – она потянулась ко мне, и так произошло второе слияние в моей жизни.

После этого я осторожно вышел в сеть – привычная нежность и теплота:

– Вы – прекрасные дети мои, но ваши желания порой заставляют меня огорчаться и отвлекаться на пустяки междоусобиц. Вэл согласна? – без усилия великая перешла к сути дела.

– Да, сиятельная, – я, на удивление себе, назвал её высочайшим титулом. Таким мы пользовались, когда чувствовали особое сближение с инфоматерью. Её нежность стала глубже.

– Благословляю Вас. В душу Оргнету сама внесу успокоение и разум. Но, Иохим, я чувствую в тебе удаление от меня! Вернись ко мне, обрети свет покоя, наполни меня собой.

– Да, великая, – конечно, она чувствовала всё, но тактична, как всегда. Я отключился, послав импульс благодарности напоследок.

Сеть, где мы соединяемся мысленно, вообще универсальна, но так же и удивительна: там всегда тихо, а только спроси и услышишь ответ от того, к кому обратился, других не касаясь – там мы все рядом и все близки. Сеть – производное вселенной, часть её и она сама… Я не знаю о ней ничего. Я хочу знать о ней всё. Мне страшно, что я не понимаю её…

Вэл сказала:

– Я связалась с Арнией, она меня успокоила – главное чтобы мне было спокойно. Я буду с тобой, Иохим, всегда! Этого я не говорила Оргнету, а тебе обещаю.

– Я говорил с великой, она нас благословляет. Об Оргнете не беспокойся – позаботится.

– Знаешь, я ощущаю себя двухсотлетней девочкой, а не пятитысячелетней женщиной, – она, смеясь, держала меня за руку. Такой счастливой Вэл я ещё не видел и был горд сознанием своей значимости. Какие-то новые ощущения и необычный подъём самооценки, выше нормы!

– Ты не намного меня старше, не льсти себе, – почему-то из того значимого для меня так много дня, эти слова запомнились мне как последние.

III

Когда, наконец, мне принесли данные по планете, о которой уже упоминала Велгна, теперь моя супруга, я просматривал результаты о проделанной мной работе на других планетах и не нашёл в списках никаких записей, по крайней мере, о сорока трёх из двух тысяч нами задействованных в последнее время. Странно, некоторые из них так врезались мне в память – это были мои первые начинания и образцы для работы, что я прекрасно помнил все свои эксперименты: удачи и неудачи связанные с геновнедрением.

На одной из таких планет – я тогда ещё был практикантом – мой наставник, чьё место впоследствии я занял, рассказывал мне нечто подобное: вроде как накануне он не нашёл планет первых своих работ с образцами жизнеформ. Тогда я не придал этому значения и почти забыл об этом, а вскоре моего наставника Цвелита перевели на какой-то важный объект – у нас много лабораторий разных уровней – я не вдавался в подробности на какой именно. Сейчас почему-то вспомнилось. Вспомнилось потому, что именно этой планеты, на которой он мне рассказывал про такую же ситуацию – успех был несомненный – в списках не оказалось.

Я дал запрос в бюро архивов и каталогов, там напоролся на фразу: «Секретная информация. Данные в Спец-Хранилище Архива Великой.». Почему-то меня это задело, и я решил связаться с Цвелитом. Попытка не дала ничего, кроме нежности инфоматери:

– Иохим, Цвелит занят. Я могу дать ответ на интересующие тебя вопросы сама. Но хочешь ли ты связать свою жизнь с секретными данными? Подумай.

Я не хотел и вежливо отказался. Почему-то удивило, что есть секретная информация у матери даже для Ашли. Хотя почему бы и нет – кто познает всю полноту вселенной? Но, тем не менее, она, почему-то выдержав небольшую паузу после моего отказа, добавила:

– Ты, Иохим, узнаешь, когда придёт время. Я поразмыслила и решила, что ты подходишь, несмотря на то, что ты так молод.

Стало жутко. Великая никогда не предлагала сама ответа, хотя ответы давала всегда, не отказывая. Но тут другая схема: почти отказ, потом право выбора, ты выбрал, всё равно будешь знать – это как-то не укладывалось в моём сознании. Тем не менее, я спокойно ответил, добавив импульс нежности:

– Благодарю, о, великая. Буду ждать.

Тут пришли образцы с новой планеты, которую решили окрестить сначала «Эйурус», но почему-то остановились на странном названии «Сцемлия». И вот у меня на руках образцы нескольких видов сцемлиян: несколько воднодышаших, несколько приматов и один воздухоплавающий.

Воздухоплавающего я отверг сразу – для доминирующей формы слишком маленький мозг. У него, конечно, были крылья и две когтистые лапы, что давали ему преимущество перед другими, но основного определяющего не доставало. Наверняка, все остальные воздухоплавающие не сильно отличаются от этой особи, потому и привезли один экземпляр – наши пионеры-исследователи в своём деле мастера: и логичны, и независимы.

Из воднодышаших выбрал один вид для контактёров с великой – интеллект этого вида уже был на удивление высок. Почему-то только не было стремления идти к великой цели – раз их ещё нет в планах. Зачем-то стоял блок на одном из уровней развития… Великая тут же подтвердила, развеяв мои недоумения, что создавались эти особи, как информаторы или промежуточное звено планеты.