Цитаты из книг автора «Влада Ольховская»

Думаю, маман научилась превращаться в монструозную гусыню, а батя умеет обращать людей в камень, чтобы они вынуждены были слушать его нотации. Пустите меня, я организую сопротивление

Чем ты думал?! Она же чуть голову тебе не откусила! А если бы я не успела? – Глупости. С чего бы ты не успела? Ты помогала мне с нашего первого прыжка в другой мир, ты уже доказала, что способна быть полезной.

Когда мне было шестнадцать, я покрасил всю комнату в черный цвет, мне так было проще работать. Родители считали, что я живу в гробу.

Забавно, мне почему-то казалось, что умение целоваться сильно переоценено. Либо мужчина знает, что делает, либо он не отличает женщину от того помидора, на котором он практиковался. Все, третьего не дано

большинстве компаний, особенно таких крупных, как эта, отдел маркетинга – это странное королевство. Там, прямо как в фэнтези-романе, собраны загадочные существа, которые творят свою магию. Никто не может точно сказать, сколько их собралось и чем они занимаются, но они есть, и это известно всем.

– О да… Что за женщина с тобой? Я пока не до конца разобрался с этим миром.– Это не женщина, это Долорес, тайное альтер-эго Андрея Волкова. – Ну хватит уже, а? – обиделся Волков.

– Так вот, Саша, если меня в таком виде сфотографируют и выложат в интернет, я этому безумному ведьминскому шабашу скажу, что ты – моя жена, и посмотрим, что они от тебя тогда оставят! Думаю, немного: так, пару сапожек и шапку.

Многие только болтают, что мечтают о таком, – невесело рассмеялся Волков. – Мечтают они совсем о другом, просто боятся в этом признаться. Надо же поддерживать образ мачо! А кому-то и нравится весь этот порно-клуб, но не мне. Я знаю, чего я хочу, и я боюсь… Он запнулся, замолчал, и мне пришлось поторопить его:– Чего?– Я боюсь, что у меня не получится, что не найду, не смогу… И придется довольствоваться вот этим. Тем, что сейчас бегает по коридору. Вот оно как. Здоровенный детина, гроза других хоккейных команд, боялся не монстров, не войны и не бандитов. Даже не болезни или смерти. Он хотел любить и боялся быть нелюбимым.

И это у тебя символ страха такой? – с сомнением поинтересовалась я, когда Шен тоже подошел к камину. – Желтый? – Очень тревожный цвет, между прочим, – с предельной серьезностью заявил Шен. Я уже начала понимать, что у этого гения был свой взгляд на мир. – Ты не замечала, как много желтого цвета на дорожных знаках? И полицейское ограждение тоже желтое, и желтым рисуют линию границы. Поэтому я взял его за основу, но саму игрушку постарался сделать нестрашной – это ведь все-таки праздничное украшение. А каким, по-твоему, должен быть символ страха?– Красным, например! – Красный – цвет страсти и любви, не придумывай.

Получив пинок от собственной совести, я опустилась на землю перед Шеном, осторожно надела на него очки, а потом перехватила его руки, замерзшие в снегу, чтобы согреть в своих руках. Мне хотелось хоть как-то искупить свою вину перед ним. – Я даже не знаю слов, которые могли бы выразить, как мне жаль, – признала я. Он не смотрел на меня. Он и руки попытался одернуть, но я держала крепко – ему нужно было тепло