Стас с Пашей убедили его, что это не выход. Это всего лишь шутка и все про неё скоро забудут. Так и случилось. Про фотки голого парня все забыли, а хранить такое на телефоне никто не стал. Ну кроме Паши. Он, единственный кто любил копить компромат на друзей.

– Жорик, я вижу, что ты согласен. Ведь так? – Стас сложил руки на груди и принялся раскачиваться на стуле, а Жорик неуверенно кивнул. – Ну так, что у тебя за дача? Расскажи.

– Там дом, с тремя комнатами и большой двор.

– И туалет на улице, – вмешался Павел.

– Да, на улице. И что с того?

– Угадал! – Паша затанцевал победный танец. – Если, что я могу и в бутылку сходить, если дойти до улицы не смогу. Я не Жорик, мне стесняться нечего.

– А далеко она? – Стас не обращал внимания на ликующего Пашу, который часто говорил сам с собой.

– В хуторе. Туда ездит автобус, по будням два раза в день. Утром и вечером. По выходным только один раз, утром. Там хорошо, свежий воздух, звёзды и нет ничего лишнего.

– Ни унитаза, ни ванны.

– Паш, помолчи. Неплохое место, другого варианта у нас нет. Места для сна имеются. Где пожарить шашлыки, найдём. А там, что действительно нет душа? – спросила Кира.

– Только летний, но там есть большое колесо, точнее, покрышка, которая залита водой. В нём можно сидеть, как в бассейне.

– Значит так, Тёмку в колесо не пускаем, а то или воды не останется или он застрянет. А его вынимать маленькое удовольствие. Будем ждать, когда похудеет.

– Паша, не смешно, – сказал Артём и достал из рюкзака столовский пирожок.

– О, колесо с водой, это замечательно. Надо с собой плавки взять или шорты. Круто, – Стас старался поддерживать позитивную атмосферу. – А река или прудик там есть?

– Нет. Точнее, есть, но до него идти около 10 километров.

– Долго.

– Ребят, а зачем плавки? Мы за голое купание! Организуем нудистскую вечеринку. Да Жор? Покажешь нам своего монстра?

– Не слушай его. А свет там имеется?

– Да. Там можно жить. Соседи там обитают круглогодично.

– А они не будут на нас жаловаться?

– Не будут. Там почти никто не живёт. Три старухи и дядь Толя – алкаш. Вот и все жители хутора. Он вымирает. Нам дом достался от бабушки, и мы иногда туда ездим, чтобы отдохнуть.

– Я этот дядь Толя не промах, с тремя в одной деревне живёт. Прям самец милф.

– Жор, я же правильно понимаю, что проблема с локацией решена? Ты же с нами?

– Да. Только ты выполнишь своё обещание.

– Отлично. Я тебя не подвиду.

– Суши презервативы, – Паша рассмеялся и от смеха лёг на стол.

– Значит, получается, сегодня составим список продуктов и примерно подсчитаем затраты.

Раздался звонок.

Восемь одногруппников были единственными пассажирами автобуса, который проходил через хутор Широков. Кира лежала на плече Стаса. Паша с Артёмом активно обсуждали кино. Дима спал. Жора читал книгу. А Маша и Света сидели в интернете через телефон, и постоянно получали оповещения.

Маша и Света, были лучшими подругами с первого курса.

Маша была блондинкой. Многие стереотипы были не о ней. Она вела социальные сети, и у неё более ста тысяч подписчиков. Многие фотографии для постов были в откровенных позах, и по ним нельзя было сказать, что её рост 150 сантиметров. До жизни в интернете она была полновата, но теперь от бывшей фигуры осталась только грудь, на которую она и заманивала новых подписчиков и в основном мужского пола. Многие парни пытались начать с ней встречаться, но её больше интересовала жизнь в интернете, чем реальная. Она всем отказывала и мечтала лишь разбогатеть.

Света была девушкой-пацанкой. Она коротко подстригалась, часто пила пиво и редко ухаживала за собой. Она практически не красилась и имела лишний вес. С самого детства она проводила время в видеоиграх. Игры являлись неотъемлемой частью жизни. Без них она не видела смысла существования. Благодаря Маше, она стала вести стримы и зарабатывать на любимом деле.

– Я не поняла! А что с интернетом? – в панике завопила Маша.

– У меня тоже пропал.

– А я всегда говорил, что у вас интернет – ерунда. У меня вот везде ловит, – гордо сказал Стас и, оторвавшись от Киры, достал телефон.

– А ты проверь и если сигнал есть, то раздай Wi-Fi. Мне он срочно нужен. Я не успела выложить пост. Многие мои подписчики не могут начать день, если не увидят от меня «Доброе утро».

– Сейчас проверю, – Стас разблокировал смартфон и открыл браузер. Белый экран повис на минуту и появился динозаврик. – У меня тоже нет. Ничего не понимаю.

– Мы въехали в запретную зону, – угрожающе пошутил Паша.

– Его вообще здесь нет, – оторвавшись от чтения, еле слышно пробормотал Жора. – Как и сотовой связи.

– В смысле? Мы на автобусе едем или на машине времени?

– Я думаю, что это из-за того, что мы выехали за город, на трассе редко бывает интернет. Скоро приедем в хутор и выложишь всё что хотела. Смотрите лучше в окно, – сказал Стас.

– Тебе легко говорить, ты-то занят поцелуйчиками, а у меня работа. И не дай бог там нет интернета. Тогда не знаю, что с вами сделаю.

– Там нет его, – сказал Жорик и прикрыл лицо книгой, будто защищаясь от удара.

– Что? Это шутка? – в один голос прокричали подруги.

– Тут, видимо, отсутствуют сотовые вышки и, соответственно, нет связи, – подытожил Стас и крепче обнял Киру.

– Жесть. Я на такое не подписывалась, – Света возмущённо сложила руки на груди. – Мне сегодня в честь 1 мая, после обеда надо получить много бонусов в разных играх. Я не могу такое пропустить. Это подстава.

– Вот-вот, а мне надо наделать фоток с шашлыками. И опубликовать несколько постов. А сейчас я, вообще-то, должна срочно что-то выложить в статус.

– Вообще-то, – Стас пародировал Машин голос и манеру речи. – Это хорошо. Я рад, что связи нет. Отдохнём от телефонов. А то будет как осенью на первом курсе. Собрались гулять, а сами встретились и просидели в смартфонах.

– Но ведь с того дня и сдружились, – Паша рассмеялся. Своей громкостью он испугал водителя, который не привык к такому смеху и немного дёрнул автомобиль.

В Широковом была тишина, к которой нужно было привыкнуть.

Вся восьмёрка стояла у слегка завалившегося забора, за которым виднелся одноэтажный домик. Подростки тяжело дышали из-за десятиминутной ходьбы с продуктами от остановки до дома. По дороге им встретилась уезжающая из деревни похоронная машина, которая напугала бы их, но Паша сказал: «Это к счастью».

– Эй, Жор, открывай давай, тяжело же, – возмущалась Маша и плечом упёрлась об забор, который ещё сильнее наклонился.

– Сейчас, – Жорик открыл деревянную калитку и первым вошёл во двор.

За хозяином дома вошли все остальные и в неприятном удивлении встали. Домик оказался деревянным и с шиферной крышей. Окна закрыты синими ставнями, на которых облупилась краска. Во дворе был перекопан огород, и яблоня с абрикосиной покрылись цветами. В конце огорода были кустарники, огораживающие от соседей. Посередине двора стояла открытая беседка со светло-коричневым столом и лавочками.

– Вот это я понимаю домик в деревне, – попытался пошутить Паша.

– Мы лет на сто назад вернулись. Где спать будет? На улице под звёздами? – с нотами паники сказала Света и поставила пакеты на землю.

– Ну а что? Как в песне: «Маленький домик, русская печка. Дом деревянный, лавка и свечка».

– Ой, да ладно тебе, изба как изба. Курьих ножек только не хватает. Сейчас выпьем, и будет как у Пушкина, сначала новая изба, потом дворец, а там уже и замок.

– Только Жорик не Золотая Рыбка, а мы не в сказке, а в жестокой реальности, – Маша поставила пакеты и достала телефон. – Дорогие мои подписчики, вы только посмотрите, в какую жесть меня привезли. Вы вообще были в подобных условиях? Ваша Маша окунается в русскую деревенскую жизнь…

– Так, ладно, одну потеряли – Стас раздражённо поправил пакеты и пошёл к дому, который пытался отпереть Жора, – надо посмотреть, что внутри. По обложке картину не судим.

– Ага, сейчас откроем, а там умный дом, с роботами и обслугой.

– Вообще-то, не судят книгу, – поправил Стаса Жорик и продолжил дёргать ключ в дверном замке дома.

– Не умничай. Дай сюда эти ключи.

Стас забрал у Жоры ключи и вручил ему в руки пакеты, от которых он приклонился к земле. Открыв дверь, Станислав вошёл вовнутрь и, не разуваясь, прошёлся по комнатам.

Первая комната была удлинённой прихожей с вешалками для одежды, широкой двуспальной пружинной кроватью и полосатым паласом на полу. Вторая была больше, в ней находился старенький красный диван и пожелтевший холодильник. Между двумя комнатами стояла печка с электроконфоркой на ней. Кухонная утварь стояла стопкой и была накрыта вязаными салфетками. Возле окна находился стол и четыре стула. Всё это кое-как украшено различными мелочами, которые и выкинуть жалко, и в городе не нужны. Третья комната была длиной. По длине она была во весь дом и имела два окна, выходящие на шину с водой. В комнате стояли 2 кровати с подушками, лежащими пирамидкой и накрытыми узорчатой накидкой. На полу красовался советский подранный и обесцвеченный ковёр. Во всю боковую стену стояли громоздкие шкафы, где были одни двери и небольшая ниша со старым ламповым телевизором.

– Дворец, ей-богу, дворец, – Паша с грохотом поставил сумки на стол, и стеклянные бутылки звонко звякнули. – Лет сто назад, за такие хоромы дочерей отдавали.

– Я не настаивал, не нравится можете найти место лучше, – обиженно сказал Жорик, включил свет, взял тряпку и начал вытирать накопившуюся пыль.

– Блин, тут тоже связи нет, – сказала Маша, бродя по комнатам. – Не думала, что в наше время такое возможно. Хоть одна палочка появилась бы.

– Вот-вот, а мне, вообще-то, надо через час зайти в игру и получить бонус, а то он сгорит, – поддержала подругу Света. – А я уже три месяца собираю ежедневный бонус и не хочу начинать заново. Жорик! – Света крикнула, отчего парень подпрыгнул и случайно уронил на пол сковородку. – О таком надо предупреждать заранее! Позвали меня в каменный век.

– Свет, ты с ним поаккуратнее, а то он сейчас дубинкой по голове и в пещеру.

– Девчат, забудьте про эти телефоны, расслабьтесь, смотрите, сколько еды, – в большую комнату боком вошёл Артём и сел на стул. – Только надо пойти окна открыть, тут слишком мрачно и чем-то хреновым пахнет.

– А тебе лишь бы пожрать. Вот и сходи, открой, гляди пару калорий и скинешь.

– Паша, это не смешно.

– Я знаю, что лишний вес – это не смешно, это жирная проблема, – парень рассмеялся и его смех эхом отразился в дымоходе.

– Ребят, а я что-то не поняла, – Кира взяла за руку Стаса и продолжила, – тут всего 4 кровати, а нас 8 человек. Моя математика не сходится.

– Я могу и на полу поспать.

– Тём, а ты и так будешь на полу спать. Тебя советские пружины не выдержат, – от шутки Стаса Паша рассмеялся и постучал по столу ладонью. – Я буду спать с Кирой в спальной комнате, вот на той кровати, – Стас показал пальцем на самую большую кровать с красным пледом.

– А я думала, что там будут спать девочки, – сказала Света. – Отдельная комната для девочек, отдельная для мальчиков.

– Так спите, я вам не помешаю. Значит, вторую кровать заняли девочки.

– Но…

– Ой, что я там не видел, – махнул рукой Стас и принялся доставать из пакета шашлык в вёдрах.

– Значит, я на диване. Эй, Крот, он хоть раскладывается? – спросил Паша, и плюхнувшись на диван, поднял в воздух пыль.

– Нет, – сказал Жора и зачихал.

– А я на оставшейся кровати в прихожей, – сказал Дима.

– Вот и решено, – Стас достал овощи, положил их в чашку и продолжил, – я с зайкой и девчонками в спальне. Паша и Артём здесь, Тёмке возле холодильника привычнее, а Дима в прихожей. А куда положим мясо или так будем доставать, прямо из упаковки?

– А я где? – робко спросил Жора, поднимая руку.

– А ты на улице, на лавочке, надо было думать, куда зовёшь гостей. Ладно гостей, своих друзей. Единственных и самых верных друзей. И ещё каких, мы же лучшие одногруппники в мире, – с восхищением сказал Паша. Он нашёл кастрюлю, открыл шашлык и начал вынимать мясо. – Где-то на печке я видел ножи. Надо ещё лук сюда нарезать, чтобы вкуснее было.

– Отличный шашлык получится.

– Вот мы повара-лентяи, нет бы, чтобы самим нарезать, замариновать, добавить специй, – Артём говорил с сильным выделением слюны во рту, – а мы балбесы, купили всё готовое и рассчитываем, что будет вкусно.

– Тём, понимаешь, – Стас достал нож и начал чистить лук, откидывая в пакет шелуху, – если бы мы купили сырое мясо и мариновали его, то ты бы от ожидания умер.

– Вот-вот, – Паша говорил сквозь хохот, – будешь сидеть сырое мясо в себя впихивать. Ты же мясорубка. Что не попала, всё перекрутишь.

– Паш, ну какая же он мясорубка? Он комбайн.

– Ха-ха-ха, дай пять, друг. – Стас подставил руку Паше, и тот ударил по ней с громким хлопком.

– Ай, больно, – Стас затряс руку, дуя на неё.

– Вот вы все нежные, пора уже стать мужиками.

– Тоже мне мужик нашёлся. Давно себя в зеркало видел? – сказал Стас и посмотрел на девушек, которые стояли без дела. – А вы что встали? Пока пойдите, переоденьтесь. И давайте уже нарезать салаты, время идёт. Тёмке голодать больше часа нельзя. Он тогда начинает поедать всё, что видит.

– Стас, не смешно.

– А, я тебе не Паша, я не шучу, а говорю серьёзно, – грубым басом сказал Стас.

– А вы переодеваться пойдёте? – спросила Света, смотря в телефон.

– Позже, мы не вы, не запачкаемся, тем более тут надо Стасу показать, какой я мужик.

– Ой, было бы что-то показывать. Видел я твоего сантиметрика в бане.

– Что? – Паша возмутился и схватился за ширинку – Ты что-то попутал, у меня же как у коня.

– Фу, парни, – с отвращением сказала Кира, доставая свои сменные вещи, – нашли что обсуждать. Противно же.

– Что естественно, то не безобразно.

Девушки одновременно закатили глаза и ушли в спальню, закрыв дверь.

– Ну что доставать? – Паша расстегнул ширинку и засмеялся.

– Угомонись, а то Жорик от шока в обморок упадёт. Он же не знает, что бывает больше батарейки, – все, кроме одного Жорика, засмеялись. Стас, не отвлекаясь от лука, продолжил, – Дима и Артём идите на улицу, найдите мангал. Приготовьте его. Соберите дров, я видел несколько веток во дворе. Уголь углём, а с дровами вкуснее. Проверено.

– Хорошо, Стас.

– Тём, сильно не наклоняйся, а то похудеешь.

– Не смешно, – буркнул толстяк и вышел из комнаты.

– Паша, а мне что делать?

– Крот, а ты просто не мешайся, пока взрослые дяди работают.

– Не слушай его. Возьми все овощи и помой их. Я что-то в этой богадельне раковины нигде не вижу.

– Так Крот, наверное, на речке всё моет?

– Здесь нет речек. Во дворе колонка там круглый год течёт холодная вода.

– Блин, а я думал портвейн.

Время подходило к 16:00. На улице стол накрыли найденной в шкафу скатертью. Мангал полыхал высоким огнём. Артём перестарался и вылил на несколько килограмм угля полбутылки разжигателя. Жорик испугался, что вместо отдыха им придётся тушить беседку, а за это родители не похвалят.

Все переоделись в одежду для отдыха. В основном это были старые джинсы, как у Стаса и Киры. Растянутые тряпичные штаны, которые любил носить Тёма. Или шорты, как у всех остальных. И все были в футболках.

Стас с Пашей нанизывали мясо на шампуры и постоянно спорили, жарить овощи отдельно или вместе с мясом. Стас доказывал, что овощи вкуснее, когда находятся между кусками мяса, а Стас постоянно приводил доводы, что нужно жарить всё отдельно. В их спор никто не влезал, так как пока они спорили, никто не слышал надоедливый смех Павла.

Девушки расставляли тарелки, которые еле отмыли в колонке, нарезки и приготовленные салаты.

В скором времени все собрались за столом и начали есть. Шашлык они пожарили сразу, и он лежал в чашке большой горкой. За весь день все сильно проголодались. Конечно, каждый перекусывал по ходу готовки, но это не перебивало голод. Шашлык оказался с привкусом разжигателя, но алкоголь это замаскировывал.

Паша встал из-за стола, поднял бокал, который нашёл в доме и сказал:

– У меня есть тост. Я хочу выпить за то, что мы все сегодня собрались.

Паша демонстративно поднял бокал над головой и осушил его. Все остальные сидели, держа пластиковые стаканчики, и не успели сообразить, что тост закончился.