– Да. Он деловой и глубоко женат. Я его наказала за то, что он не помогает мне продвигаться по карьерной лестнице. Ещё я на сайте знакомств познакомилась с одним парнем Олегом. Мы ещё не встречались.

3.

– Новый салон красоты, смешные цены и европейский уровень обслуживания, возьмите, пожалуйста!

Степан протянул листовку с рекламой женщине маленького роста в вязаной коричневой шапке, но та вместо того чтобы взять, то что ей давали, только ускорила шаг в сторону входа в метро, как будто ей предлагали не рекламную листовку салона красоты, а билет на экскурсию в лепрозорий. В левой руке Степана была зажата плотная пачка листовок. Он успел раздать совсем-ничего из того, что ему выдали. Около станции метро Трубная в одиннадцать часов дня сновало не очень много народу. Надо быть более настойчивым, такое правило усвоил Степан уже давно в своей нелёгкой работе. Настойчивым и навязчивым. Когда даёшь листовку в руки, надо ещё смотреть в глаза человеку. Мимо шёл мужчина в возрасте в серой шляпе с окладистой чёрной бородкой. Степан подбежал к нему.

– Возьмите, пожалуйста!

И посмотрел ему в глаза.

Мужчина отвернул взгляд и отмахнулся рукой.

– Иди лесом, урод!

Неудачи не должны сломить дух настоящего промоутера. Один раз не повезло, в другой будет удача.

Интеллигентного вида женщина с рыжими волосами в красном пальто взяла листовку.

– Ой, а я ничем таким не пользуюсь.

– Возьмите на всякий случай, вдруг пригодится, – сказал Степан.

Степан не испугался и заглянул в глаза хмурому мужчине в зелёной куртке.

– Возьмите, пожалуйста.

Хмурый мужчина взял листовку, немного прошёл в сторону метро, скомкал листовку и выкинул в урну.

Ничего. Это всё равно считается.

Два молодых человека студента, рассеянных и расслабленных выходили, не спеша из метро. Одним прыжком Степан перегородил им путь.

– Возьмите, пожалуйста.

Парни взяли аж две листовки. Один из них в синей шапке даже прочитал то, что там было написано.

– Салон-красоты, а я думал интим-салон, – разочарованно заметил он.

Студенты уже отошли от входа метро, где были урны. Мусорить на площади они не решились, поэтому были вынуждены засунуть рекламу в карманы курток.

В один час пятьдесят минут Степан раздал все листовки. Он подошёл к мужчине в очках в бежевом плаще и чёрной кепке, который присматривал за ним. У него были округлые черты лица. Звали его Артур.

– Я всё.

Степан протянул открытую правую ладонь.

Артур достал из кармана плаща пятисотрублёвую и сотенную купюры и вложил их в ладонь Степана.

– Марк сказал, что это стоит семьсот, – возмутился Степан.

– Звони ему, мне он сказал, шестьсот.

– Ладно, времени нет, я побежал. Опять Марк наёбывает. Я потом с ним разберусь.

Степан побежал на Курский вокзал. Он пропустил две электрички и сел в ту самую, на которой ехал вчера с Таней. Он обошёл весь вагон, но её не нашёл. Значит, она поехала на другой электричке.

До семи вечера Степан простоял у моста в Электроуглях, встречая электрички из Москвы. Таню он не увидел, не заметил. Он устал и поплёлся домой.

Весь следующий день он продежурил у моста, ведущего на железнодорожную платформу с семи утра до девяти вечера. Влад встретил его дважды, когда возвращался из Москвы, и когда убывал в столицу.

– Ты кого тут ждёшь? Неужели нашёл подругу? Местная? – поинтересовался Влад.

– Кажется, да, – не стал скрывать Степан.

Опять он не встретил Таню.

На другой день Степан растянул дежурство у моста с шести утра до десяти вечера. Днём ему звонил Марк.

– Стёп, ты чего, обиделся что ли? Приезжай хотя бы завтра. Нужно раздать листовки нового азербайджанского ресторана. Хозяин уже заплатил приличную сумму. Ты же наш лучший промоутер. Прости, я иногда был не прав. Завтра приезжай обязательно. Я тебе обещаю тысячу за раздачу хотя бы восьмидесяти процентов продукции.

– Иди ты в жопу!

– Потом пожалеешь, Степан.

Степан отключил связь.

Таня опять не показалась на мосту или в другом месте. Может быть, она уехала куда-то или заболела? Она не дала ему телефон. Это уже было признаком того, что он ей не очень-то и понравился.

На улице уже стемнело. Начался косой колючий дождь и Степан, вжав голову в плечи, шёл домой. В душе он усмехнулся собственной наивности. Кто он такой, чтобы кому-то нравится? Какой-то промоутер, раздавала листовок. Женщины таких мужчин, наверно и за мужчин не принимают.

На следующий день Степан вышел на работу. Он быстро освободился и до вечера бродил по московским улицам, заглядывая в витрины магазинов, рассматривая дома, деревья, людей.

В Электроугли он приехал в восьмом часу вечера. В магазине по дороге домой Степан купил большую бутылку газировки и буханку хлеба.

Влад оказался в квартире не один. На кухне он пил пиво с молодой девицей в чёрной футболке и голубых джинсах с большой дыркой в районе колена. У неё были симпатичное, но примитивное лицо дешёвой куклы; чёрные, крашеные, как у готов волосы, и маленькие карие глаза. Раздевшись в прихожей, Влад прошёл на кухню.

– Не помешаю? – обратился он к Владу и его подруге.

– Нормально, – сказал Влад. – Поспишь на раскладушке на кухне?

– Конечно.

– Это Оксана.

– Очень приятно.

Девушка оказалась не разговорчивой. Она отвечала коротко, иногда междометиями и ничего незначащими непонятными словами. Влад рассказывал, как он разводил клиентов на чаевые, хорохорился перед подругой. Степан пил только свою газировку. Он не любил спиртное. Когда Оксана ушла в душ, Влад решил вывести товарища на откровенный разговор. Он сидел расслабленно, закинув ногу на ногу, смоля дешёвую пахучую сигарету. От его курения на кухне давно уже пожелтели обои и потолок.

– Стёп, я давно тебя хотел спросить. Вот ты, на вид, нормальный парень, не урод; почему у тебя нет подруги? Как ты с этой проблемой справляешься? Стряхиваешь в кулачок? Не понимаю я тебя.

Степан покраснел.

– Не получается у меня с бабами.

– Из-за денег?

– И это тоже имеет значение.

– Я тоже гол, как сокол, однако вон, нахожу иногда себе подружку поразвлечься на недельку-другую.

– Не все такие ловкие, как ты.

– Да, Стёпа, ты у нас не от мира сего. Я без оскорблений, так, констатирую факт. Я просто удивляюсь, как тебе ещё удаётся выживать в этом сумасшедшем, жестоком мире. Ладно, я пошёл.

Оксана вышла из ванной, обёрнутая полотенцем, и вошла в комнату, закрыв за собой дверь. Влад пошёл в душ.

Степан лёг на раскладушке на кухне около батареи. Он любил спать в тепле. Из комнаты доносились звуки копошения и возни, резкий голос Влада и жалобное поскуливание Оксаны. Степан давно заметил, что Влад во время секса любил комментировать происходящее нецензурной матерной бранью. Бармен-Казанова периодически приводил своих подруг в квартиру. Присутствие Степана его нисколько не напрягало, а может быть, даже и подстёгивало даже, то обстоятельство, что у его сердцеедства и успеха у женщин есть свидетель. Такой лёгкий эксгибиционизм в ещё незапущенной форме. Человек так устроен, что свою значимость, он часто ощущает только в сравнении с кем-то более ущербным.

Чтобы проветрить от дыма кухню, Степан приоткрыл форточку. Он закрыл глаза. Голоса из комнаты и посторонний шум смолкли в его сознании. Он опять мечтал. Перед ним раскинулся бескрайний космос с мерцающими жёлтыми звёздами, Млечным путём и крутящимися шарами планетами. Он летел в огромном космолёте на край галактики. В команде были ещё три парня и красивая девушка с огненно-рыжими волосами. Работали приборы, мигая разными кнопками и экранами, как в американских фантастических фильмах. Один из пилотов по имени Майк, красивый худой шатен всмотрелся вперёд.

– Парни, смотрите. Там слева чёрная дыра.

– Её не должно там быть, если верить картам, – заметил добродушный толстяк по имени Роберт, другой пилот.

Третий пилот, стоя в философски задумчивой позе, скрестив руки на груди, по имени Ник, заметил:

– Вселенная не статична. Она сужается и расширяется, изменяясь в пространстве и во времени.

Огненноволосая Кэтрин – капитан команды подумала и сказала:

– По всем расчётам мы проходим мимо этого непонятного объекте. На всякий случай я сообщу на Землю об этом явлении. Она ушла в другой отсек.

Стёпа сидит в кресле пилота и смотрит на приборы.

– Судно теряет управление, – взволнованно говорит он.

Ник, Роберт и Майк бросаются к нему.

– Нас уносит к чёрной дыре, – говорит Стёпа.

Возвращается Кэтрин.

– Связь с Землёй потеряна, – сообщает она.

– Весело, – замечает Степан.

– Мы погибли! – начинает истерить Роберт.

Его с трудом удаётся успокоить.

Астронавты с грустью и отчаянием всматриваются в нарастающую приближающуюся чёрную дыру.

– А, может быть, не всё так плохо и чёрная дыра – это дверь в другие миры, которые могут быть прекраснее нашего? – пытается с оптимизмом смотреть в будущее Майк.

– Еды у нас должно хватить на десять земных лет, – говорит Кэтрин.

Пространство чернеет, звёзды тускнеют где-то уже далеко позади. Звездолёт закручивает в штопоре. У астронавтов кружится голова. Майк и Роберт теряют сознание. Все астронавты пристёгнуты ремнями к креслам и это спасает их здоровье и жизни. Наконец, болтанка заканчивается. Звездолёт парит в полной черноте. Кэтрин включает режим слабого освещения для экономии электричества. Счётчики пространства и времени отключаются. Наручные электронные часы также не работают.

Неизвестно сколько прошло времени. Звездолёт летит сквозь чёрную мглу. Астронавты начинают отчаиваться. Роберт начал сходит с ума и его заперли в одном из отсеков.

Майк говорит:

– Я думал, в чёрной дыре мы попадём в некий центр управления вселенной, в котором находится большой компьютер и некие существа, которые его обслуживают.

– Господь бог и его апостолы? – уточнил Ник.

– Что-то типа того.

– А я думал, что тут собираются души всех умерших, – сказала Кэтрин.

– А ты, что думаешь обо всё этом, Штефан? – спросил Ник.

Стёпа, подумав, отвечает:

– Я верил всегда только в науку и здравый смысл. Теперь же я не знаю, чему верить.

– Должен же быть свет в конце тоннеля, – говорит Кэтрин. – Дыра – это, может быть, тоннель, связующий наш мир с другими. Давайте, наберёмся терпения, и не будем отчаиваться. Мы используем наш мозг только на два процента. В экстремальной ситуации в голову иногда приходят удивительные, гениальные мысли. Может быть, и мы додумаемся до чего такого, что сможет нас спасти.

Прошло ещё какое-то время. Майк лишился рассудка и вышел в открытый космос, если это можно было назвать космосом, чтобы покончить с собой.

Степан возвращался из туалета в отсек управления звездолётом. Подходя ко входу в отсек, он услышал крики о помощи. Он ускорил шаг. На полу лежала Кэтрин. Ник навалился на неё и пытался содрать с неё её эластичный синий костюм.

– Хватит дурить, сучка, давай развлечёмся хоть перед смертью, – бормотал Ник.

– Ты, что творишь, Ник?! – крикнул Степан и с размаху ногой засадил ему в бок.

Ник отскочил в сторону и покатился по полу.

– Придурок, давай накажем вдвоём эту фригидную стерву, – призывает Степана Ник. – Сколько она может мучить нормальных мужиков? Она, что не понимает, что это не дело для бабы – командовать? Должна же она понимать главное своё предназначение в жизни.

– Ник, ты забыл, что мы в первую очередь люди, а не животные? – увещевает забывшегося астронавта Степан.

– Дурак!

Ник вскакивает на ноги. В правой руке его сверкнула крестовая отвёртка, с которой он устремляется на Степана. Степан пятится назад. Слышится глухой удар. Ник падает ниц на пол, и Степан видит Кэтрин с бейсбольной битой в руках. Ник убит и выброшен в открытый космос через мусорный отсек.

Кэтрин и Стёпа одни в отсеке управления. Они стоят рядом. Стёпа слегка обнимает Кэтрин за талию. Тогда она поворачивается к нему, а он к ней. Они стоят друг против друга, лицом к лицу. Степан мягко целует Кэтрин в губы.

– Почему ты не сделал это раньше? – спрашивает Кэтрин.

– Не хотел, чтобы о тебе плохо думали другие члены экипажа.

– Теперь мы остались одни.

– Да.

На приборной доске замигала голубая квадратная кнопка.

– Что это? – спросила Кэтрин.

– Что-то случилось в отсеке Ю. Бежим туда.

Они бегут по тоннелям звездолёта в заднюю часть его часть. Около овального входа, над которым написана буква Ю, они останавливаются. Кэтрин нажимает зелёную кнопку рядом со входом. Створки входа открываются. Кэтрин и Степан входят в отсек. Отсек Ю предназначен для непредвиденных целей. Он представляет собой большую залу со стеллажами и металлическими шкафами.

– Вроде всё тихо, – говорит Кэтрин.

– Тихо. Послушай.

– Что?

– Кажется, там.

Степан указывает на один из металлических шкафов, подходит к нему и открывает его дверцы. В шкафу сидит, вжав в голову в колени, Оксана – подруга Влада.

– Кто это? Как она тут оказалась? – негодует Кэтрин.

В этот момент Степан возвращается из своей очередной грёзы на кухню съёмной квартиры. Он слышит шаги. Из прихожей в кухню на пол и стену ложится коричневая полоса света. На пороге показалась Оксана в белых трусиках и белой маечке.

– Ты в порядке? – обращается она к Степану.

– Да. А что?

– Ты как-то странно затих.

– Я засыпал.

– Извини. Спокойной ночи.

– Спокойной ночи.

Оксана ушла, выключив свет в прихожей. На кухне снова стало темно. Степан попытался вернуться в свою мечту, но он никак не мог придумать её продолжение. Что же ему теперь делать с Оксаной и Кэтрин? Влад на его месте наверняка бы не растерялся и устроил грязную групповуху, отымел бы обоих вдоль и поперёк и был бы очень доволен собой. При таком раскладе ему бы и чёрная дыра была бы не страшна.

4.

Наталья прочитала сообщение Олега: «Наташ, а почему бы нам не встретиться?» Олег стал уже каким-то родным для Натальи на сайте знакомств. Другие невидимые воздыхатели, злопыхатели и откровенные секс-террористы давно уже сошли с дистанции. Сообщение было написано, когда Натальи не было на сайте. Она ответила: «Давай». Через час Олег зашёл на сайт и написал: «Давай в «СольФасоли»». Наталья жила в пятнадцати минутах ходьбы от этого кафе на Первомайской улице. Они условились встретиться через два дня в пятницу.

Олег заранее заказал столик. Официант усадил Наталью за него.

– Вы можете уже заказать чего-нибудь, – предложил юркий молодой человек с сильным южным акцентом.

– Нет, спасибо, – отказалась Наталья.

Официант исчез.

Наталья одела по случаю знакомства бордовое платье, которое не одевала уже больше двух лет. Олега не было пять минут. В кафе играла лёгкая музыка. Посетители постепенно занимали столики. Справа расположилась большая компания молодёжи, в которой тон задавал один шумный молодой человек похожий на Джастина Бибера.

– А вот и я.

Напротив Натальи сел мужчина, которому на вид было около сорока пяти лет. Короткие белёсые волосы, немного сплющенная голова, серые невыразительные глаза, крепкое сложение, как у тяжелоатлета, под левым глазом маленький шрам в виде неровной звёздочки, на лбу глубокая морщина. Кто это? Где Олег. Наталья напряглась и хотела позвать официанта или администратора.

– Это место занято, – с трудом она выдавила из себя.

– Конечно.

Беловолосый улыбнулся.

– Это я его заказал. Я Олег.

Наталья покраснела от стыда и гнева.

– Зачем вы обманули меня?

– Это было просто. Женщины любят смазливых и с толстыми кошельками. С первым у меня проблемы, поэтому я разместил на моей странице фотку племянника; а со вторым всё в порядке, но многие женщины любят строить из себя честных женщин и боятся, что их примут за проституток, когда им предлагаешь материальную помощь или поддержку.

– Сколько вам лет?

– Сорок два.

– Опять врёте?

– Нисколько.

– Кто вы?

– У меня бизнес.

– Какой?

– Связан с торговлей тачками.

– Вы понимаете, что после обмана я не смогу и не хочу дальше с вами иметь дело?

– Давайте я постараюсь загладить свою вину. Закажите всё, что хотите. Я плачу.

– Я не такая бедная и голодная, чтобы меня можно было этим купить.

– Вы же любите красивую жизнь.

– Кто же её не любит. Да у вас кольцо на пальце. Вы женаты!

– И что?

– Всё, я ухожу.

Наталья встала.

– Сядьте, я вас прошу. Я не хотел обидеть вас. Правда. Пожалуйста.

– Вы просто хотите трахаться.

– Не в этом дело.

– В этом.

– Да хочу, но я понимаю, что вы не такая, которая прыгает в койку с первым встречным. Я могу быть вам полезным. Сядьте, пожалуйста.

Наталья села.

– Я давно уже следую жизненному принципу, который звучит так: «За всё надо платить». Я могу вам платить в месяц пять штук зелени, за то, что вы будете со мной встречаться один или два раза в неделю, когда вам это будет удобно.

– Вы с ума сошли! Вы меня принимаете за проститутку! Сволочь!

Наталья вскочила из-за стола и побежала к гардеробу.

Пять тысяч долларов это же по новому курсу триста тысяч рублей! Наталья провела калькуляцию, когда отошла от гнева, уже у себя дома в квартире. Она забралась в постель, включила ночник. Триста тысяч рублей. Сон не шёл. Сволочь. Зачем он всё это устроил? Обманщик. Он снова может обмануть её, если она пойдёт на его условия. Впрочем, она уже отшила его и тема закрыта.