Я ничего не поняла.
Был порыв оставить единственную фразу в этой рецензии, но потом подумала и решила, что хочу помнить все замечания к этой книге.
Самая главная претензия в том, что рассказы представляют собой безудержный поток сознания.Наверняка, когда –нибудь вы сами ловили себя в моменте, что смотрите на одну точку в стене или на полу, а в голове проносится целый поток мыслей, планов, фантазий, отрывочных фраз, а может и целых надоедливых мелодий.
Так вот. Перед нами человек (точнее, уже его призрак, сотканный из букв и шероховатых страниц), который взял и выплеснул поток сознания на бумагу. И теперь почему – то должен считаться классиком.
«Им захотелось изменить стиль мебели, вот они и сменили дом, так он сказал, и еще он говорил, что искусство должно покоиться на идеях, но тут воспоминание уплывает от меня, так уносятся в прошлое старая дама, разливающая чай, юноша, отбивающий мяч на теннисном корте какого-то загородного парка, так мчишься в поезде все мимо, мимо.»
Я в полном недоумении. Таким образом мы можем взять любого психически больного человека желательно с шизофренией вдовесок к маниакальному поведению и в приступе подсунуть ему листочек и ручку (ну или чем они там пишут). И пусть изливает свои мысли бурным потоком.
А потом дружненько сядем и будем восхищаться тем, насколько это «свежо» и нестандартно.
Все – таки человеческая жажда к необычному, нетривиальному, абстрактному иногда вообще не имеет никаких берегов.
Для меня ни в одном рассказе сюжета нет. Вот что хотите со мной делайте. Поэтому дать характеристику какой – либо истории я не могу.
Но вот авторский слог выглядит как природный малахит со всеми возможными прожилками зелёного цвета, а также с вкраплениями серого и белого, которые таинственным образом местами сплелись с медовыми капельками янтаря. Он завораживает своей глубиной, яркими всполохами при солнечном свете, и ты готов часами его разглядывать под всеми углами в разное время суток.
Думаю, пишущие люди будут в неописуемом восторге от находок, которые прячутся между строк в бессмысленных рассказах. Потому что сравнительные обороты приводили меня в ступор и вызывали внутренний трепет, переходящий в небольшую дрожь наслаждения.
Местами предложения превращались в стройную мелодию разрозненных звуков, непроизвольно возникавших в голове,заставлявших проникнуться глубже текущим моментом, а одна строка и вовсе изобразила целый фейерверк, от которого я пришла в неописуемый восторг и потом перечитала это место еще 4 раза, чтобы понять, а как вообще такое получилось?!)
«Но ее нет, этой тишины; все это время крутятся колеса, переключаются скорости в красных автобусах; как в огромной китайской игрушке, крутятся, крутятся один в другом шары из кованой стали, гудит и бормочет большой город; а над этим гулом громко кричат голоса и лепестки несчетных цветов бросают в воздух цветные огни.»
«Дом с привидениями» - это самый жесточайший кликбейт, который я только встречала на литературном поприще. Название обещает, как будто бы мистические истории, связанные с умершими людьми, их родственниками и потомками, но на самом деле дом – это есть разум одного человека, который борется с собственными привидениями и никак не может их победить. По крайней мере, именно в таком формате мне видится этот сборник рассказов.
Сложно дать оценку этой книге, да и,наверное, не в моих это силах.
А вот тут спрячу кусочек текста про музеи. Примерно так же я их и представляю в своей голове (может и я немного ку - ку)):
Огромная цитата с капелькой смысла«В конце концов он склоняется к мнению, что эти холмы скорей всего стоянка древних людей; когда же его противники оспаривают этот вывод, он сочиняет памфлет и собирается огласить его на традиционном заседании местного общества, но тут его сваливает удар, и последние мысли его угасающего сознания не о жене, не о детях, а о стоянке древнего человека и о найденном там наконечнике для стрел, который ныне хранится в местном музее вместе со ступней китаянки-убийцы,горсткой елизаветинских гвоздей, целой коллекцией глиняных трубок времен Тюдоров, древнеримским черепком и бокалом, из коего пил Нельсон, хотя так и неизвестно, что же сей наконечник доказывает фактом своего существования.
Нет, нет, ничего не докажешь, ничего не узнаешь. И если бы мне пришлось все-таки встать и удостовериться, что пятно на стене— что же это могло быть? — на самом деле шляпка огромного старого гвоздя, вбитого в стену двести лет назад и вот теперь благодаря усердию многих поколений прислуги выглянувшего из-под слоя краски на белый свет в нашей освещенной камином комнате, то что я приобрету? Знание? Повод для дальнейших размышлений? Я могу нисколько не хуже размышлять,оставшись сидеть на стуле.»
свернуть