После всего, что я прочла, мне захотелось выглянуть в окно и посмотреть, чем занят Лондон утром 26 октября 1928 года. И чем же он занят? Оказывается, никто не читает «Антония и Клеопатру»; Лондону нет дела до пьес Шекспира. Людей не волнует – и я их не виню – будущее литературы, закат поэзии или разработка обычной женщиной собственного стиля в прозе, который полностью выражал бы ее мысли. Хоть мелом на асфальте напиши эти вопросы – никто не остановится, чтобы прочесть, и через полчаса они сотрутся под ногами равнодушных прохожих.