Цитаты из книг автора «Вирджиния Вулф»

А может, гнев – это темный дух-прислужник власти?

Господство мужчин ощущалось везде и всюду.

А еще обзавестись крепкими когтями и стальным клювом, чтобы проникнуть сквозь окаменевшую скорлупу предрассудков.

Однако ответы можно получить, только обратившись к знающим и непредвзятым, сумевшим подняться над житейской суетой, – к ученым и философам

Она двадцать раз сыграла с ним эту шутку, и он ей переплатил больше 17 250 фунтов (что на наши деньги составляет 40 885 фунтов, 6 шиллингов и 8 пенсов), пока Орландо не обнаглела до такой степени, что даже он не мог не заметить подлога. Когда он наконец понял всю правду, разразилась мучительная сцена. Эрцгерцог вытянулся во весь свой могучий рост. Он побагровел. Слезы, одна за другой, стекали по его щекам. То, что она выиграла у него целое состояние, – пустяки, ради Бога, на здоровье; она обманула его – вот что плохо, ему больно думать, что она на это способна; но главное – она жульничает в мушку. Любить женщину, которая жульничает в игре, сказал он, невозможно. Тут он совсем потерялся. Хорошо еще, сказал он, несколько оправясь, дело обошлось без свидетелей. Она же, сказал он, всего-навсего женщина. Короче говоря, он уже собирался пойти на попятный, простить ее от полноты сердца и просить ее, чтобы простила ему несдержанность речей, но она пресекла его попытки и, едва он склонил перед ней свою гордую голову, сунула ему за шиворот небольшую жабу.

За все эти месяцы, что я вращаюсь в свете, – говорила Орландо, волоча через комнату один чулок, – я ничего не услышала такого, чего не мог бы сказать Пипин. «Мне холодно. Мне весело. Мне хочется пить. Я поймал мышонка. Я зарыл косточку. Пожалуйста, поцелуй меня в нос». Но этого маловато.

Справедливости ради следует упомянуть, что она бы в тысячу раз охотней применила рапиру. Жабы слишком липкие, чтоб держать их за пазухой все утро. Но если рапира запрещена, приходится пользоваться жабами. Вдобавок жабы в сочетании с хохотом могут преуспеть там, где бессильна холодная сталь. Она хохотала. Эрцгерцог покраснел. Она хохотала. Эрцгерцог разразился проклятьями. Она хохотала. Эрцгерцог хлопнул дверью.

Если Джейн Остен и страдала от жизненных обстоятельств, то лишь от ограниченности навязанной ей жизни. В те времена женщине не позволялось выходить из дома без сопровождения. И Джейн Остен не путешествовала. Она ни разу не ездила по Лондону на омнибусе, не обедала одна в кафе. Возможно, таков был характер Джейн Остен – не хотеть того, что невозможно получить. Ее дар и жизненные обстоятельства идеально подходили друг другу.

Голосом одного говорит опыт тыся

Неудивительно, что сумасшедшей герцогиней пугали умных девочек.