Карфаген должен быть разрушен (с)
Вторая часть из цикла "Дрезденские Куколки" заставила меня задуматься о целесообразности продолжения к некоторым романам. В общем и целом, написано интересно, но настолько поражает своей неправдоподобностью, что хочется встать на стульчик, расправить платьице и громко заявить на всю аудиторию: "Не верю!"
Согласна, что в жизни одного человека может быть столько невзгод, что можно снять не один фильм, тем более ценится естественность. Чем насыщеннее жизнь одного и того же персонажа, тем сложнее об этом живописать, потому что любая фальшь громко заявит о себе. Вот что случилось с романом "Лепестки на ветру"- пропали все намеки на естественность, остался один экшен ради экшена.
Тут вам и продолжение темы инцеста, столь любимой автором, не дающей ей покоя, и любовь сквозь времена и расстояния (вспомним о разнице в возрасте с Полом и "необыкновенной" любви к Барту), и Великая Месть, и невероятные мировые достижения на поприще балета. Читатель просто офигевает, в голове остается одна-единственная мысль: "Это все мне?"- а на вас все сыпется и сыпется содержимое из рога изобилия изощренной фантазии автора.
Одно такое коленце еще можно было бы обыграть и скрепя сердце простить, но когда тут целая полька, и все пляшут рядами, то негодование выходит за рамки романа.
Ну скажите мне, как она могла сразу и на всю жизню влюбиться в человека, которого видела раз в жизни, не общалась с ним. Она ничего о нем не знает, что это за человек, каков у него характер, но нет- единственная и неповторимая любовь.
Сам Барт, привыкший, по словам автора, побеждать, соответственно, сильный и гордый человек, вдруг терпит откровенные хамство и грубость. Да он бы послал куда подальше эту хамку, благо дома есть такая же, но поинтеллигентнее- и вся недолга. Такие мужчины не терпят, когда попирают их гордость. А что видим мы? Пес Барбос и необыкновенный кросс? Где логика?
Красота Кэти, конечно, помечается на каждой странице, но при всей своей красоте она не может быть феей-волшебницей. Не может такого быть, чтобы любой мужчина, кто взглянет на нее, прочно и навсегда влюбился. Хотя бы потому, что вкусы у всех разные. Одним нравятся блондинки, другим- брюнетки, третьим- рыжие, а четвертым вообще на внешность наплевать, лишь бы умная была да домовитая. Но нет, автор воплощает в Кэти то, что доселе не существовало в мире. Встречайте- идеал красивой женщины, в который невозможно не влюбиться навсегда. Мэрилин Монро и Софи Лорен могут перекурить в коридоре, ибо им и не снилось.
Достижения на поприще балета заставляют скептически поднять брови. Девочка, хоть и талантливая, живет 3 года на чердаке, занимается сама, как ей думается правильным, а потом становится звездой балета. Балет- тяжкий, непрерывный труд с самого детства, под надзором опытных учителей и наставников, где месяц то пропустить фатально, не говоря уже о 3-х годах. А Кэти в два прихлопа в три притопа стала Майей Плисецкой.
Отношения с Джулианом не выдерживают никакой критики. Я, конечно, понимаю, что у Кэти после чердачного заточения полно психологических проблем и комплексов, но чтобы настолько унижаться? Она так ненавидела бабку за то, что та исполосовала ее розгами, а Джулиана, значит, за то, что сломал ей пальцы, возлюбила? Где логика? Если бы автор выдержала характер Кэти так, как заявила о нем в первой части, то Кэти, настоящая Кэти, во-первых, бы никогда не вышла за Джулиана (не после того, как он бросил ее без денег в незнакомом квартале), а если бы вдруг вышла, помешавшись на время, свалила бы после первого синяка, поставленного заботливым мужем.
И вишенка к десерту. Мысли Кэти в самом конце, когда она покупает корзинку для пикника. Если честно, по моей спине пробежал холодок отвращения. Не к Кэти, к автору. Потому что вот такого развития событий точно не может быть. Во всяком случае, не для человека, который на своей шкуре такое прочувствовал и остался личностью.
К роману очень много претензий, очень много замечаний. Он насквозь гипертрофирован, персонажи расплываются, как бензин по воде, а по всему этому безобразию в темпе вальса мчится что-то такое, что раньше было Кэти.