В машине на обратном пути Вика думала, как же объяснить, что между ними не будет продолжения отношений. Но так чтоб не обидеть. Он хороший человек.

– Антон, Вы добрый, порядочный человек. Видимо, я Вам нравлюсь. Но, понимаете, я не хочу более близких отношений. Вы не обижайтесь, но я не готова продолжать с Вами встречаться, хотя за сегодняшний день благодарна Вам.

– Причина не во мне, как я понял, – осторожно ответил Антон. – Вам сделали больно, и Вы до сих пор не можете это отпустить.

Она промолчала. С чего вдруг ей открывать душу незнакомому человеку.

– Знаете, если Вы не начнёте новых отношений, то Ваша боль не утихнет ещё долгие годы, а это чревато.

Вика перебила:

– Вы проповедник?

– Нет, – засмеялся он, – я всего лишь политолог.

– Это как?

– Ну, работаю при посольстве, занимаюсь международными отношениями, иногда езжу в другие страны, в Европу, на Запад, консультирую.

– Интересно, наверное.

– Вначале было интереснее. Сейчас привык.

– Ладно. Приехали.

Проводив Вику до подъезда, Антон поцеловал ей руку и спросил может ли завтра снова заехать за ней.

– Нет, – ответила женщина. – Антон я пытаюсь дать Вам понять, что не будет развития наших отношений. Не хочу, чтоб Вы питали какие—то надежды. Я благодарна за сегодняшний день, но больше мы встречаться не будем.

– Давайте просто иногда вместе гулять, я же не прошу большего, я вижу, что Вы закрыты. Мы просто будем гулять и разговаривать. Хотя бы так можно?

Он ласково посмотрел в её глаза, и она не смогла отказать в такой небольшой просьбе.

– Возможно, но только не часто. Когда смогу.

– Ладно. Вот мой телефон. Когда будет настроение – позвоните мне. Я буду рад. В любое время. Можно даже ночью.

– Хорошо. Возможно, позвоню. Не знаю когда. Не обещаю. Ещё раз спасибо. До свидания.

Она заторопилась домой. Он уехал. Раздеваясь, Вика мыслила про себя: "Нет. Не буду звонить. Он поймёт, что не надо ждать".

– Ну и зря, – крикнула из кухни дочка. – Погуляй, развейся. Чего бегать от хороших людей.

"От неё ничего не утаишь", – подумала про себя женщина. – Спать иди, чудо, поздно уже. Я – спать. Устала.

"Ну, ну", – подытожила Анюта и пошла в свою постель.

Утром проснувшись, она лежала, не охота вставать. Дочка спит. Открыла книжку, начала читать. Прочла две страницы. Поймала себя на мысли, что ничего не поняла. Стала читать второй раз. Бесполезно. Не воспринимается. Отложила книгу. Попыталась заснуть. Не спится. Встала умылась, попила водичку, посмотрела в окно. Солнце только начинает всходить, рано очень. Небо красивое, восход. Очень тихо включила радио, звучит шансон. Прилегла. Заснула. Разбудил голос дочери.

– Новые увлечения? Неплохо. Иди завтракать, так жизнь свою проспишь.

Анюта уже накрыла стол. Приятно. "Девочка моя взрослая", – молча радовалась мать. Завтракали под музыку шансон, потом под новости из телевизора. Вика с удовольствием поедала пищу. Ей не хотелось думать, что будет потом. Судьба сама подскажет. Сейчас было спокойно. День прошёл по выходному просто. Небольшая уборка, готовка, книжки, музыка. Звонили подружки. Вика никому не звонила. В восемь вечера пораньше прилегла, чтоб выспаться перед рабочей неделей.

"Обмануть судьбу крайне сложно, почти невозможно, – размышляла Вика про себя. – Судьба ли эта встреча для неё? А может, просто рука, поданная, чтобы встряхнуть её, напомнить, что она молодая красивая женщина, наполнить её жизнь чем—то ещё, кроме ребёнка, которому посвятила все последние годы. Фортуна ничего не даёт просто так, ей надо платить". Женщине не хотелось пока принимать никаких решений на этот счёт. "Пусть пока как есть, дальше видно будет". Рабочая неделя прошла как обычно. Антону не звонила. В выходные он не появился. Слегка встревожилась женская гордость. "Неужели всё? Смирился. Ну, так даже лучше. Пусть ищет свою судьбу". Хотя где—то глубоко в душе было немного жаль. В следующие выходные Антон также не проявил себя. "Теперь точно. Ну, пусть будет так. Значит, точно не моё, – размышляла Вика и решила забыть о нём.

Часть 10. Прошёл месяц. Вика практически приняла мысль о том, что она по—прежнему одинока, что претендент на совместные прогулки услышал её отказ и согласился. Жизнь шла как и прежде. В пятницу, возвращаясь с работы, она с удивлением увидела впереди, на углу своего дома знакомую, но уже забываемую картину – Антон с розами. Она пошла медленнее, пытаясь взять себя в руки, успокоить эмоции и попытаться общаться с ним вежливо, но холодно. Увидев Вику, мужчина пошёл к ней навстречу.

– Вы, видимо, решили, что мы больше не будем гулять вместе, – попытался пошутить он.

– Да. Именно так и решила. И была довольна этим. Здравствуйте.

– О! Добрый вечер, леди Вика. Ну, вряд ли Вам удастся так легко отделаться от моих желаний прогуливаться и общаться с Вами, – улыбался он, пытаясь создать неприхотливую обстановку.

– Так чем же обязана "счастьем" снова видеть Вас?

– Ни в коем разе. Ничем Вы мне не обязаны. Если только – подарить ещё прогулку и своё доброе расположение хотя бы на денёк. Это Вам, – он вручил женщине роскошный букет роз, аромат которых кружил ей голову.

– Благодарю. Это не обязательно.

– Обязательно, – парировал он. – Можно на пару минуточек отойти от Вашего дома, чтоб не смущать Ваших соседей.

– Да, пожалуй, надо отойти.

Они прогулялись минут пятнадцать.

– Хорошо, что держится приятная погода. Понимаете, Вика, – начал он издалека. – Знаете, я скучал без Вас, очень хотел видеть.

– С чего бы? – иронизировала она.

– Зря иронизируете, – уловил её настроение Антон. – Это правда. После того, как мы с Вами расстались в последний раз – мне срочно надлежало вылететь за границу. Работа, понимаете. Иногда приходится срочно собираться, буквально в течение трёх часов. Но Вы же мне принципиально не сообщаете свой номер телефона, что облегчило бы наше общение. Соответственно, позвонить и сообщить я не мог. Ну простите меня, глупого, что не смог выпросить у Вас телефон. – Он смешно опустил голову перед своей дамой и Вике трудно было удержаться, чтоб не расхохотаться.

– Антон, Вы сейчас как незрелый подросток.

– Знаете, рядом с Вами я иногда так и чувствую себя, – продолжал разыгрывать сценку он.

– Достаточно. Хватит оправдываться. Мы взрослые. Давайте серьёзно. Мы же вроде договаривались, что разок прогуляемся и на этом наши отношения заканчиваются.

– Вика, леди, Вы главное не сердитесь на меня. Я мирное, безобидное существо. Уверен, Вы чувствуете, что к Вам я очень хорошо отношусь. Прошу Вас – давайте сходим куда—нибудь. Хотите в цирк, или в концертный зал. Вы же любите, похоже, хорошо знаете музыку. Разрешите я посмотрю что интересного сейчас есть и приглашу Вас на днях?

– Не вижу в этом смысла. Антон, спасибо за доброе отношение, за приглашение, но нет. Пожалуйста, не караульте больше у моего дома. Используйте это время для чего—то более полезного для себя. Извините, я устала, хочу домой. Всего доброго!

Она уходила.

Он остался стоять.

Спиной издалека она слышала:

– До встречи, дорогая, отдыхай.

Вика снова поставила роскошные розы в красивую вазу. Снова не могла оторваться от их аромата. Но в душе у женщины были какие—то другие ощущения, чем раньше. Пока она не могла в них разобраться. Странные ощущения. Вроде мужчина достойный, по—доброму к ней относится. Более шустрая женщина ухватилась бы, впилась бы в него когтями, не выпускала бы его шею из своих рук. А у неё не возникает желания ухватиться за него. Она вообще не может решить – нужен ли он в их с дочкой жизнях. "Странно устроена жизнь, – рассуждала Вика. – Когда ты молишь человека быть с тобой, особенно если вас связывает самое дорогое в жизни – очаровательный ребёнок, он тебя не слышит, уходит в небытие, отказывается хотя бы просто быть рядом, хоть морально поддержать. А с другой стороны – когда тебя ничто не связывает с другим человеком – он молет тебя хотя бы о редких встречах…". Вике стало неуютно в душе. Она пытается сейчас поступать также бесчеловечно как когда—то поступили с ней, отталкивает человека, который к ней со всей душой. Но ведь она ему сразу дала понять, что не намерена продолжать их знакомство, не давала повода думать, что может быть иначе. К тому же, она не чувствует к Антону никакого влечения. Зачем же держать человека при себе. Может, он встретит свою судьбу. Как же быть? Вика устала, голова отказывалась что—то серьёзное обдумывать. Ладно. Завтра на свежую голову подумаю. Отдыхать! Она попила чай с кусочком тортика и легла подремать. Проснулась от дрёмы от немногословного вывода стоявшей рядом с ней дочери. "Ну эт ты зря. Нормальный же ведь мужик. Не козёл!" – авторитетно заявила она и ушла на кухню. Вика улыбнулась молча. Ну вот, ещё один довод в его пользу. Ладно. Спать. И она окунулась в глубокий сон.

Суббота прошла как обычно. Вечером мать с дочкой чаевничали на кухне, обсуждали свои дела, новости. Анюта встала, подошла к окну, посмотрела вниз. Загадочно улыбаясь, девушка вернулась за стол и дослушала что рассказывала мать. Вика заметила изменившееся состояние дочери, замолчала.

– Что? Говори уже.

– Да ничего особенного. Хи—хи, – ухмыльнулась она. – Считаю, что ты должна спуститься погулять недолго, подыши воздухом перед сном, – ехидненько хихикала девушка.

У Вики внутри что—то стало подниматься. Она подошла к окну и поняла сатирический сарказм дочки. Внизу у подъезда снова стоял он. Женщина молча села и не знала как поступить. Минут пятнадцать она сидела, молча уставившись на свою чашку. "Нет, решила же, что не надо. Но он так и будет стоять всю ночь. Он точно знает, чего хочет. Настоящий мужик! Побольше бы таких мужчин на земле. Меньше было бы несчастных женщин и детей, жаль, что не его она встретила первым, а того…" – печально заключила женщина.

– Давай, давай, вылезай, – умудрённо вещала дочка. – Уйдёт, потом будешь плакать. Не отказывай ему. Нормальный же.

Вика медленно стала одеваться, автоматически накрасила губы, ничего не сказав, вышла из квартиры.

– Вы теперь каждый день будете нести вахту у моего дома? – пыталась не злиться женщина.

– Ой, здравствуйте, Вика. Хорошо, что Вы меня увидели. Я думал всю ночь здесь простою.

– Ещё не хватало, – съязвила она.

– Понимаете, нам повезло. Сейчас приехали итальянские звёзды. Такое бывает крайне редко. Уверен, что Вам понравится, Вы же любите это. Мне удалось достать билеты на завтра. Давайте сходим послушаем? Не отказывайте себе в огромном удовольствии. Ну и мне тоже, – смущённо добавил он.

Вика не понимала как реагировать на происходящее, как ей поступить. Выбор у неё был небольшой. Дочка предрекала не отказываться от него. Да и само предложение было заманчивым. Она давно мечтала послушать этих звёзд, ну как отказаться?

– Я достал три билета. Вот Ваши два. Возьмите с собой ребёнка. У Вас же, наверное, есть ребёнок.

– Это Вы о чём?

– Ну или маму пригласите.

Он протянул ей два билета, но она не торопилась брать. Она раздумывала. Его рука неприлично долго, но терпеливо держала билеты перед ней.

– Ладно. Спасибо. Давайте сходим на концерт.

Она взяла билеты, что очень обрадовало мужчину.

– Я заеду за Вами завтра часов в шестнадцать можно?

– Не рано ли за три часа?

– Не торопясь, прогулочкой доедем. Нормально.

– Хорошо. Завтра в шестнадцать. До завтра. – Вика ушла домой.

– Правильное решение, мать, – умничала дочь.

– Ты виноватая, – иронически съязвила мать. – Вот завтра идёшь с нами на итальянцев, так что готовься.

– Ну классно! День не пропадёт зря. А ты пораньше ляг спать, чтоб выглядела завтра как с картины Рафаэля. Чтоб как конфетка! Нет. Как сладкий персик! Как манящий виноград!

– Как скажешь, дорогая, – смеясь парировала мать и пошла мыть голову, накручивать волосы и готовиться к предстоящему концерту. Дочь тоже начала готовиться. Приятные хлопоты для женщин.

Воскресенье. Прекрасный день. Волнительные, но вместе с тем приятные ощущения, ожидание чего—то высокого. Дочка тоже ходит повеселевшая, что—то тихо напевает себе под нос. "Уже ради этого я не могла отказаться", – подумала про себя Вика. Радость и счастье дочери навсегда стали её главной заботой. Большей радости она, казалось, уже не ждала. Девушки собирались выйти в свет. В 15:50 Анюта выглянула в окошко. Он уже на месте. Молодец! Перед выходом дочка критически осмотрела мать со всех сторон, слегка подправила причёску, нанесла на волосы лак, довольно улыбнулась.

– Красотка ты, однако. Даже передо мной! Идём уже. Билеты в сумке.

Две нарядные красавицы, молодая и ещё моложе, горделиво вышли из подъезда. Счастливая и вопросительная улыбка Антона не ускользнула от внимания женщин. Это их забавляло.

– Ух какая ты взрослая красавица, вся в мать. Дамы, я так счастлив. Здравствуйте.

Две откровенные улыбки откликнулись на его добродушие.

– Ну, поехали? Прошу в мой броненосец, – он указал рукой на автомобиль.

– Не хилый броник, – среагировала Анюта.

По дороге знакомились, слушали радио. Доехали "с ветерком". Вышли далеко от концертного зала. Времени оставалось ещё много, решили прогуляться.

– Девчонки, вы дарите мне счастье. Это один из счастливых дней в моей жизни.

– Должен же хоть кто—то дарить счастье, – сумничала Анюта и захихикала.

– Ты – чудо, – заметил мужчина.

– Да. Мама тоже иногда так говорит.

Неспеша дошли до места. Уже впускали. Народу было много, все нарядные, на лицах радость ожидания. "Хорошо, что приехали, – про себя подумала Вика. – Жаль было бы пропустить такое и не показать дочке". Зал был полным. Ни одного свободного места, ещё и стульев подставили дополнительных. Все понимали – это большая удача, это счастливый день. Концерт начался. Периодически слышались крики "Браво. Браво". Три часа ни с чем несравнимого удовольствия! Аплодисменты не смолкали. Зрители не желали отпускать артистов, требовали ещё и ещё исполнять "на бис". Певцы соглашались и исполняли. Удовольствие и благодарность были обоюдными. Они зашкаливали. Анюта с удовольствием взяла красивый букет цветов, который заблаговременно лежал в машине Антона, и полетела вручать его наиболее понравившейся певице. Вика посмотрела на Антона взглядом, полным благодарности и удовольствия. Он тоже был рад. В антракте и по окончании концерта они успели сделать несколько фотографий на телефон. Красивые кадры получились. Потом Вика доведёт их до ума и память о счастливом дне останется не только в памяти, но и в их семейном фотоархиве. На улице уже темно, но домой пока не хотелось. Они были возбуждены.

– Посидим в баре? – предложил Антон.

Вика хотела возразить, но Анюта опередила её и поддержала. Мать не стала сдерживать удовольствие дочки. В баре тоже была музыка, но уже другой звёздности, менее "высокой". Заказали мороженого, что-то поесть. Настроение было хорошее.

– Потанцуем? – предложил Антон.

Вика снова не успела отказаться.

– Конечно, поддержала Анюта, – и встала, чтоб помочь матери выйти из—за стола. Снова не было возможности отказаться. Они танцевали. Сначала быстрые, задорные танцы. Потом пришёл медленный, чувственный танец. Антон нежно обнял Вику за талию, слегка прижал к себе.

– Я так рад. Вы дарите мне счастье быть рядом с Вами, чувствовать Вас.

Она молчала.

Потом с удовольствием ели, разговаривали.

– Пора, наверное. Поздно уже. Поехали, – предложила Вика.

На улице было уже темно. Прошлись до машины. Прощаясь у подъезда, Антон ещё раз поблагодарил женщин. Анюта вежливо поблагодарила его за концерт, за вечер и пошла к двери.

– Ма, я поднимусь, догонишь сама.

Оставив взрослых прощаться, Анюта довольная поднялась в квартиру. Антон нежно поцеловал руку обожаемой женщины и пожелал спокойной ночи. Вика поблагодарила за все его старания.

– У Вас нет моего номера. Это неудобно. Вам приходится подолгу стоять под моими окнами.

– Я готов стоять часами, – засмеялся он. – Но с телефоном было бы приятнее стоять. Она продиктовала ему свой номер телефона. Теперь это было обоснованно. Он смущённо поцеловал её в щёчку.

– Спокойной ночи, милая. У тебя очаровательная дочурка. До свидания.

Оба счастливые разошлись. В душах было тепло. В небе светили три яркие звезды.

В прекрасном расположении духа Вика отработала рабочий день, всё легко удавалось. Поймала себя на мысли, что очень давно не было на душе так легко и приятно. Вечером дочка что—то напевала себе под нос пока готовила ужин, ожидая мать. За столом дочь, предвосхищая мысли матери заявила: "классный, настоящий. Да и не оборванец, как некоторые другие бесполезные засранцы. Но не это главное. Короче. Даже не думай упираться, а то уведут" и ушла в душ. "Вот так. Дочка сделала свой выбор" – размышляла Вика. А ведь она весьма чувствительна к людям, быстро чувствует зло, обман. А тут – даже бессмысленно дискутировать". Вика ухмыльнулась своим мыслям. Получается, она сама ещё не поняла своих чувств, а дочь уже утвердилась. "Может, это и есть её судьба. Ну, ну. Поживём увидим". Прилегла с книжкой. Не читалось. Мысли возвращались ко вчерашнему концерту, к приятно проведённому вечеру, к словам Антона, с которыми женщина и заснула.

Следующим вечером позвонил Антон, интересовался настроением, планами. Предложил в следующие выходные ещё погулять. Решили, что созвонятся в пятницу. В пятницу снова позвонил, предложил втроём сходить в музей. Анютка отказалась, она уже договорилась со своими друзьями.

– Нам и вдвоём не будет скучно, – заметил Антон. – Как удобнее – в 12 или в 13 часов?

– Ну давайте в 13, – согласилась Вика, про себя подумав "отосплюсь хоть".

– Окей. В 13 буду ждать недалеко от дома. До встречи.

Субботу они провели вдвоём. У Вики не было ни одного повода сожалеть о согласии на встречу. В музее он много рассказывал ей об экспонатах. Как будто заранее подготовился. Вика была еще больше удивлена его интеллектом, познаниями. Она и сама была весьма начитана, подкована во многих сферах. Но Антон всё больше удивлял. В какой—то момент она поинтересовалась – откуда у него столько познаний.

– Я же ребёнок серьёзных юристов, политологов—международников. Мне положено быть подкованным, мне дали достойное образование. Прошу прощения, дорогая, кажется стал заноситься. Всё, опускаюсь на землю, – сказал он и рассмеялся.

Вечером Антон вёз её домой. Сидя в машине рядом с достойным молодым мужчиной, под тихую спокойную музыку Вика думала: "Неужели ради этого судьба заставляла нас с дочкой так сильно страдать долгие тяжёлые годы? Может, этот человек дан мне в награду? – спрашивала она себя. – Но почему же я не могу почувствовать к нему любовь, привязанность, какие я чувствовала, когда была рядом с первым своим мужчиной, отцом Анютки. Видимо, в сердце ещё живёт предыдущее чувство, оно не позволяет проникнуть в него чему—то новому. Почему же ты не встретился мне раньше, до предателя, может, не было бы у нас столько горя и бед".

– Устала, милая? – заботливо спросил Антон.

– Ничего, завтра отосплюсь. Тебе спасибо за твоё терпение, за заботу.

– Это означает, что завтра не встретимся?

– Давай отдохнём. Да и домашние дела поделать надо.