Цитаты из книг автора «Винсент Ван Гог»

Я убежден, что добился успеха благодаря тому, что много времени проводил за рисованием и изучением перспективы, прежде чем начал работать маслом, а потому я способен свести воедино то, что вижу. Я буквально не мог остановиться, не мог позволить себе хотя бы немного передохнуть. Во мне пробудилось чувство цвета, которого не было раньше, очень широкое и мощное.

Этим утром я ходил на пляж и вернулся оттуда с довольно большим этюдом, на котором изобразил песок, море, небо, рыболовные снасти и двоих мужчин на берегу. На него местами налипло немного песка, но, я думаю, тебе приятно будет слышать, что, несмотря на ветер и песок с дюн, я продолжал упорно работать. Как ты мог заметить, все это сделано мною в большом этюде. Сейчас, когда дела мои складываются значительно более удачно, чем ранее, я буду ковать железо, пока оно горячо, и понемногу начну заниматься живописью.

Пишу огромную иву с обрубленными ветвями, и уверен, что это будет лучшая из моих акварелей. Суровый пейзаж – мертвое дерево, а за ним пруд, заросший камышом; депо железнодорожной компании Райна, где скрещиваются железнодорожные пути; черные, закопченные здания, затем зеленые луга, дорожная насыпь и небо с бегущими друг за другом облаками, серыми, с яркими белыми контурами. Одним словом, мне хотелось передать это так, как это видит и чувствует, как мне думается, стрелочник, когда он стоит в своей униформе с маленьким красным флажком в руках и говорит сам себе: «Какой унылый сегодня день!»

Я надеюсь, что помимо того, что я сделал сегодня, я нарисую колыбель еще сто раз, с упорством.

Изучать верфи, узкие переулки и улицы, заходить в дома, залы ожидания, даже в пивные – занятие не из приятных, если ты не художник. А если ты художник, тебе надлежит бывать в самых грязных местах, если там есть что рисовать, нежели пить чай с очаровательными дамами.

Сделать копию с рисунка довольно просто. Но когда ты сидишь напротив модели, нелегко сразу схватить ее характерные черты. Линии человеческого тела настолько просты, что я могу рисовать его контуры ручкой, но, повторяю, проблема состоит в том, чтоб найти то главное, что отличает одну фигуру от другой, порой это всего лишь пара штрихов, но они очень важны, ибо выражают самую суть. Провести линии таким образом, чтобы они говорили за себя – это то, что невозможно сделать автоматически.

Причина, по которой я хотел бы оставить рисунки на какое-то время у себя, проста. Рисуя отдельные фигуры, я всегда нацелен на композицию из многих фигур, например зал ожидания третьего класса, ломбард или интерьер. Но такие крупные композиции должны вызревать постепенно: чтобы сделать рисунок с тремя швеями, ты должен нарисовать девяносто швей. И ты это видишь.

Я пять раз нарисовал крестьянина с лопатой, землекопа – в различных положениях, дважды – сеятеля и дважды – девушку с метлой. А также женщину в белом чепце за чисткой картофеля, пастуха, опирающегося на посох, и, наконец, старого больного крестьянина, который сидит на стуле перед очагом, опершись локтями о колени и опустив голову на руки. И, конечно, это не конец – за овцами, перешедшими мост, идет все стадо. Землекопы, пахари, сеятели, мужчины, женщины – мне необходимо рисовать их непрерывно. Наблюдай и рисуй все, что имеет отношение к сельской жизни. Так многие другие делали и делают до сих пор. И сейчас я уже не чувствую бессилия, когда противостою природе.

Я чувствую и верю, что достигну прогресса. Я хочу по возможности достичь того уровня, когда ты понимаешь, как делается портрет. Но этого можно достичь только в результате упорного труда. Как говорил Гаварни: «Ни дня без линии».

Надеюсь, тебя не разочаруют мои рисунки с работ Милле, когда ты увидишь их; эти гравюры на дереве восхитительны! Так что большое спасибо за то, что прислал мне их, и помни, все что ты сможешь найти из произведений этого совершенно особенного художника, будет чрезвычайно полезным для меня. Что касается «Сеятеля», то перерисовал его пять раз – два раза на листе небольшого размера и три раза в крупном формате, и я буду делать еще и еще, потому что этот образ увлек меня.