Цитаты из книг автора «Виктория Шваб»

В этом мрачном, сером Лондоне тело пьяницы продержалось совсем недолго, чем был очень недоволен тот, кто сжигал Бута изнутри. И дело тут не в магии: просто здесь не за что было ухватиться, нечем питаться. В людях теплились лишь искры жизни, а вовсе не огонь, к которому привыкла тьма. Так мало жара, и его так легко погасить. Проникая внутрь тел, он сжигал их дотла: кровь и кости превращались в дым и пепел.

Кажется, она его не слышала, и он не понимал почему. Потому ли, что девушка вышла из-под защитной пелены, или потому, что ее мир сжался до размеров маленьких, испачканных кровью часов? Лайла упала на одно колено и дрожащими пальцами подняла часы.

– Он умер из-за тебя, – сказал Холланд. – Потому что ты убежала. Ты струсила. Трусишь до сих пор?

Келл сглотнул, сжал кулаки и посмотрел на нее в упор. – Ты права.

– У тебя нет дома, но зато есть кров, – выпалила она. – У тебя есть люди, которые заботятся о тебе, пусть и не любят, как родного. Возможно, у тебя нет всего, что ты хочешь, но бьюсь об заклад, у тебя есть все, что тебе может когда-нибудь понадобиться. И у тебя хватает наглости заявлять, что все это лишь откуп, потому что нет любви?!

Келл поднял воротник и опустил голову, но все равно чувствовал на себе чей-то взгляд, пока они петляли по улицам. Он постоянно оглядывался через плечо, не в силах отделаться от ощущения, что за ним кто-то идет. Разумеется, за ним шла только Лайла, которая смотрела на него все пристальнее с каждым шагом.

Келл был уверен, что Рай будет дуться на него несколько недель. Но потом вспомнил, что, скорее всего, у него не будет возможности извиниться. Эта мысль резанула ножом по сердцу, хоть он и говорил себе, что не может поступить по-другому, что, когда настанет время, Лайла все объяснит. А Рай? Рай его простит.

Флетчер побагровел. Королевский щенок подсунул заколдованную карту и выиграл. Это лучшая и в то же время худшая сторона «санкта». Все разрешено. Не нужно играть честно. Нужно просто выигрывать.

Затем Флетчер достал из кармана рубашки шахматную фигурку и поставил на деревянный прилавок. Это была маленькая белая ладья. Символ долга, который он еще не заплатил, но заплатит.

– «Не используй свою силу для управления ближним», – процитировал он, жуликовато ухмыльнувшись. К таким преступлениям корона была беспощадна. На виновных накладывали ограничительное заклинание, которое сковывало их силу.