Скольжу ладонями по рёбрам вниз, до бедра, на живот… Я знаю, что он смотрит: чувствую, как взгляд цепляется за пальцы, перемещаются на талию и к подолу платья падает, чтобы оттуда пройтись по заднице. Максик смотрит, даже когда Светка делает отчаянный шаг: повисает на локте, орёт что-то, смеётся, прижимается вся, чтобы хоть как-то на себя переключить.

Смешно.

Ну, делай, делай… старайся. Всё тут уже понятно.

Она его привела – спасибо, конечно, но уйдёт он со мной.

Широко улыбаюсь. Это охеренное чувство, самое яркое, которое я знаю. В честь этого поощрительно выписываю волну бёдрами. Мой бывший от этого финта ссал кипятком

Разворачиваюсь полностью к нашему столику, чтобы оценить эффект, на Максима не смотрю. Выбираю что-то нейтральное. Например, Карину, которая беспрестанно улыбается Костику. Они, кстати вместе к нам и подошли. Так вот, подруга выбрала его, поэтому мой выбор очевиден, к тому же… у Костика, судя по всему, такой крутой тачки нет… и шмотки попроще.

Делаю круг вокруг себя, подхватываю ритм и танцую ещё несколько песен. Но когда иду к своему месту, «случайно» чиркаю плечо Максима бедром.

– Ой, извини, – кричу, наклонившись к его уху.

– Ничего, – заверяет низким, охренеть каким сексуальным голосом.

Поворачиваюсь к нему боком, руку кладу на спинку дивана за его плечами, как будто опираясь. На самом деле специально наклоняюсь ниже так, чтобы вырез платья оказался ровно перед глазами. И вдыхаю. Пахнет табаком, чем-то древесным, мужским… М-м-м… так пахнет дорогой мужской парфюм.

Макс скользит взглядом: лицо, шея, грудь, бёдра и нехотя возвращается к глазам, чисто из вежливости, которая тонет под прессом вспыхнувшего вожделения. Ещё немного и слюна потечёт у пацана.

– Я не хотела, прости, – повторяюсь.

Мужские губы разъезжаются в улыбке.

– Тебе идёт, – говорит, чуть прищурившись.

– Идёт врезаться в мужчин?

Усмехается. Сексуальной, мать его, ухмылочкой.

– Нет, цвет этот… – взгляд цепляется за мои розовые волосы. – Очень яркая.

– М-м-м.. серьёзно?

– Да. Красивая как картиночка.

Выпрямляюсь.

– Ну, смотри, раз красивая.

И вот тогда, он встаёт. Не встаёт даже… а уже нависает. Потому что зайчик – рослый, высокий… очень высокий зайчик. Запрокидываю голову, держась пальцами за диванчик. Меня может и не берёт в улёт, но пила то я на равно со всеми. Чуток качает.

– Пошли, красивая, – протягивает руку, – а то жалко, что ты тут просто так стоишь.

Ты смотри… рванул в атаку. Ну, что ж… идём.

Я не беру его за руку. Нет. Так слишком просто… скучновато. Я хочу чего-то поострее. Поворачиваюсь и иду вперёд, зная, что он сам потянется за мной. Танцпол пульсирует в едином ритме, свет кружит по залу, а народу подтянулось со всего клуба – идеально. Останавливаюсь ровно там, где темнее всего. Меня тут многие знают, прославиться ещё не входит в планы, так что…

Музыка переходит на вязкий бит как по заказу, перетекая на что-то сахарно-ванильное. Двигаюсь сама. Медленная волна бёдрами, изгиб влево, следом вправо, руки над головой и ползущее вверх платье. С его позиции должно смотреться эффектно – как надо должно!

Он подходит сзади. Не спрашивает. Просто опускает ладони чуть ниже талии, обхватывая выступающие косточки. Подтягивает меня к себе, вплотную, так, что между нами не было и сантиметра воздуха.

М-м-м… какие мы нетерпеливые….

Позволяю проявить самца, улыбаясь чувствуя, как упёрся стояком. Стоит там, конечно, на поражение. Никаких "может показалось". Жёстко вдавливается через ткань, откровенно кайфуя от действий. Это приятненько. Ну так, чисто по-женски.

Делаю шаг назад – подначиваю потискать. Спина прижимается теснее к его груди, затылок почти у его подбородка. Он выше, шире, больше меня, при том, что самая я… не мелкая получилась.

Одна рука остаётся на бедре, вторая медленно ползёт выше, к талии, задерживается на животе, сжимает его, как будто проверяет, насколько я мягкая. Я не мягкая. У меня там в полный нолик. Пожмякать – это к Карине или к Насте, я сухая. Никаких лишних килограммов – они просто не успевают прилипать с моим графиком в жизни.

Выдыхаю, прогибаюсь в пояснице, даю ему упереться сильнее. Кручу задницей в такт музыке, трусь о него. Знаю, что делаю. Ни капли случайности.

Он вжимается в меня сильнее, бедрами подстраивается под мой ритм. Сбоку кто-то толкается, но нам до звёзд на это.

– Пиздец, Янка, – шепчет хрипло, обдавая горячим дыханием шею.

Большие пальцы цепляются за ткань платья, подтягивают его наверх. Ещё немного и чулки будет видно… Накрываю ладонью, притормаживаю – не отталкивая, а направляя. Двигаю его пальцы чуть вперёд, на кость. Раздевать меня при всех точно не надо! Я ему что, потаскуха, что-ли?!

– Ну, что ты так сразу… Разве можно вот так девушку…

Он шумно выдыхает, чуть прикусывает мочку уха.

– Я ж не из железа, блять.

Усмехаюсь, а он ухо мне облизывает. Решаю откровенно не тормозить, но спустя несколько таких касаний, всё-таки не выдерживаю! Это ужасно щекотно и никак не связано с ласками.

Фу, как собака.

Это мысленно, вслух другое:

– Съешь меня… притормози.

Говорю и специально делаю пару движений ещё медленнее, глубже, прям по нему, так, чтобы прочувствовал каждый сантиметр. Сжимает меня, выдыхая так горячо, что это даже пробирает. Я понимаю, что он держится… понимаю и от всей души дёргаю за усы дальше. Меня такое прикалывает.

Где-то сбоку кто-то орёт строчку из песни, слышится смех Насти или не Насти… хер его знает, а я… повторно накрываю ладонь, ползущую к груди. Может он меня и лапает, но и я грань знаю.

– Тут шумно, – сбивчиво шепчет. – Пойдём куда потише? Мы тут недалеко совсем, там тоже музыка, бухло нормальное.

О-о-о… спёкся зайчик.

Рано, конечно, рано…

Хотя… может, и самое оно. Он мне подходит. Максимка вайбово одет и дорого пахнет, а судя по брелочку ещё и с бабками. Мне всё больше и больше заходит мысль о том, как девки с работы слюной изойдутся, когда я буду выпархивать из крутой тачки.

Чуть-чуть оборачиваюсь, так же оставаясь в его объятиях. Одна я к нему не поеду, а вот с девками – вполне могу. Чё их тут, всего-то двое.

– Надо поговорить с девчонками, – говорю, прижимаясь напоследок ещё раз. – Если не начнут мозг выносить – поедем. Но Светку завести надо. Она всё, в отрубоне.

– Там есть где поспать, – отвечает даже не задумываясь. – Комната свободная, кровать здоровая. Пускай спит.

– М-м-м… это так мило.

С этими словами тащу его к столику. На Светку мне чихать, но раз уж он такой щедрый, пусть берёт. Хотя… конкурентку лучше, конечно, оставить…

У стола одной рукой придерживаю платье, второй тянусь к фужеру. Закидываю залпом. Заказали нам, конечно, «для девочек». Эта хрень больше шоколад, чем «то самое». Сиропчик, блин.

Но мы девочки хоть и цеховские, зато благородные. Улыбаемся, киваем, пьём. Там бутылка стоит, как я слышала, штуки три, если не больше. Конечно, мы её выпьем! И ещё выпьем. Они же платят.

– Поедем? – орёт Настя, перекрывая музыку.

Ого… Это Костик, что-ли подсуетился? Слаженно они, конечно.

Вопросительно приподнимаю бровь. Хочу покрутить у виска ей. Тут ещё надо посидеть. Хрен знает, что у него там есть, а тут целая поляна и заказ как бы хороший: закуска, запивка, нарезки…

Макс двигается ближе, наклоняется и шепчет:

– Ну, как, согласны?

Кивком показываю на стол:

– Мы только сели.

Скользит взглядом по бутылкам, тарелкам, девчонкам.

– С собой возьми. – Пальцем пододвигает бутылку ближе ко мне. – У нас ещё есть, если не хватит. Поляну организую, не парься.

Поджимаю губы, смотрю прямо в голубые глаза.

Эх, и классно выглядит… самое то, блин. Весь такой: часы, шмотки, телефончик, машинка, улыбка… Моё сердце куплено с лёту, клянусь.

Кусаю язык изнутри, чтобы не заулыбаться как дура. Я должна быть роковой девой, а не вот это всё… Мне надо хорошо. Правильно надо, чтобы наверняка. У меня на него свой план и он не ограничивается одним весёлым вечером. Так-то, могли и в туалете провернуть или в его тачке… но я, на меньшее не согласна. Не тогда, когда рыбка приплыла сама.

– Поехали! – орёт Настя, заваливаясь на Макса.

Я перевожу взгляд на Каринку. Её Костя измял вдоль и поперёк. Понятно, чё ему резко «поехать» приспичило. Договорились пацаны похоже, пока мы «носики пудрили».

Эх… а так «нежно» всё начиналось. Появились новые лица… ну как новые: они, скорее всего, чьи-то братья-сватья-близкие знакомые, иначе хрен бы им наши же цеховские дали посидеть. В общем, всё начиналось спокойно – и вот уже всё так быстро сворачивается… Я бы ещё посидела тут, потянула момент

Каринка пересаживается ближе ко мне, хватает за плечо и притянувшись вплотную, цедит:

– Ты чё тупишь! Не видишь, что ли? Он весь уже облизался. Не тупи. У него видела, какая тачка стоит? Настя все уши прожужжала. Светка в говно – пользуйся моментом. Ещё и Вадик подходил, спрашивал чё-как. Поехали, пока он не доебался.

Да… Вадик – это плохо… не хватало чтобы бывший отмудохал несостоявшегося.

Выдыхаю и нахожу глазами Светку – голова на столе, телефон в руке, ресницы дрожат, но в реальность она уже не возвращается. Всё, минус одна. Придётся брать с собой.

– Ну? – поворачиваюсь к Максу. – И какая у тебя программа? Учти, должно быть весело.

– Охуенная, обещаю.

Улыбаюсь шире. Классный мальчик. Зовёт покататься и «пообщаться». Ну да, пообщаться… языком, руками, чем бог дал, но всё равно. Я не против, честно – я даже не против на Светку в общем забить и тут её оставить. Она завтра всё равно ни хрена не вспомнит, кроме того, как ей плохо. Но, я уже заикнулась… зачем-то, идиотка, поэтому придётся тащиться с ней.

Ещё раз скольжу по лицу парня глазами. Я за последнее время ничего, кроме блевотины по углам да оров ночами, не видела. Имею я вообще право хоть раз пожить так, как хочется? А вдруг он – мой билет в нормальную жизнь с бабками, а? Кто знает… а-а-а? Кто, блин?

– Ну, поехали.

Макс улыбается шире и сигналит Костику:

– Собираемся!

Костя тут же отлипает от Каринкиной задницы ровно настолько, чтобы перехватить свою куртку. Настя издаёт радостный клич и тоже подпрыгивает, а мне приходится наклониться к Свете.

– Свет, очнись, блять.

Реакции ноль. Выпрямляюсь, поворачиваюсь к Максику и сладенько напоминаю:

– Ты говорил, может у вас поспать до утра?

– Естественно, – кивает. – Мы ж не звери. Пусть спит.

Беру сумку, проверяю на автомате телефон, ключи, карточку и думаю о том, что в мои планы не входит с ним потрахаться так рано, но если надо – я трахнусь. Что не сделаешь… ради хорошей жизни…

Макс легко подхватывает Светку, Настя притаскивает куртки и рвётся помочь напялить на Светку хоть что-то. В этот момент Света чуть приходит в себя, смотреть на её танцы или что она там изображает нет никакого желания – выхожу покурить. А остановившись у крыльца, вижу тачку… его тачку.

Да… трахаться всё-таки придётся.

Блин.