Цитаты из книг автора «Виктор Точинов»

Тарантул по сути своей – существо безобидное и малозаметное. Убивает иногда, куда ж без этого, но не со зла, а пищи ради или для самозащиты. Никого и никогда не укусит из-за денежной выгоды, или ради политической идеи, или просто из садистского желания поглазеть, как корчится в судорогах жертва, получившая порцию яда. По нынешним временам – образец гуманизма.

глупо жить в стеклянном доме, если имеешь привычку швыряться камнями в соседей.

Разве нормальные люди будут зарабатывать на жизнь стрельбой, взрывами и перерезанием глоток? Вот то-то и оно.

большинство граждан России испытывали к Москве двойственное чувство: люто ненавидели и мечтали туда попасть. Хоть тушкой, хоть чучелком просочиться в относительно благополучный Анклав, зацепиться там, пустить корни – и свысока поглядывать на оставшихся снаружи, за надежно охраняемым периметром россиян, растяп и неудачников.

восемнадцатилетние пацаны и давно осознавшие себя отцы и кормильцы многолюдных семейств должны расплачиваться за чужую глупость, с матерными воплями кидаясь в безнадежные контратаки на накатывающийся вал очередного нашествия. С самодельными сулицами и дроворубными топорами, с фузеями, с трехлинейками образца 1890-го и 1890/ 30-го, с ППШ и модернизированными «калашниковыми». Да сколько ж можно?

Ветер бил майора в лицо, и только поэтому он не пытался утереть слезы. Россия, бедная, несчастная Россия, как же часто тебе везет на предателей и просто дураков, стоящих у власти… Как часто сопливые восемнадцатилет

В нашем исследовании намеренно использованы самые очевидные параллели между «Золотым ключиком» и Новым Заветом, не нуждающиеся в долгой цепочке доказательств, – дабы не раздувать статью до увесистого тома.

Кощунство, говорите? Не мог Толстой вкладывать такой смысл в свою сказку, изображая Богородицу в виде сосны? Мог. Доказательства последуют ниже, а покамест замечу одно: кто скажет, что Буратино был зачат порочно, пусть первым кинет в меня сосновое полено. Можно березовое. Или ольховое.

Но вот любопытный момент: в православном иконописном каноне строго предписано, как можно изображать те или иные евангельские сюжеты (Богородицу с младенцем-Иисусом, например, лишь в трех определенных позах, и никак иначе). Так вот, в православном каноне сюжет «Иисус и Иосиф-плотник» изображается следующим образом: мужчина с нимбом слева, подросток с нимбом справа, а у их ног разложены инструменты: тесло, стамески и долота, несколько буравов, рубанки двух или трех видов… Пардон, но инструменты-то столярные! Пилы и топора – главных орудий плотника – нет и в помине!

Вышел из типографии апокриф в 1936 году вполне достойным тиражом. Назывался он «Золотой ключик, или Приключения Буратино». Странно? Удивительно? Но если евангельские роли могут исполнять роботы («Поиски св. Аквина» Э. Бучера), то чем хуже деревянный человечек?