В полночь крепко спавший император российский Николай вдруг проснулся и сел на постели.
Владимир Ильич Ленин осмотрелся. Сквозь большие окна его обширной спальни на третьем этаже Зимнего дворца между портьерами пробивался лунный свет, оставляя светящиеся в темноте молочно-белые полосы на паркете.
Со дня преступного мятежа дворян против воцарения Николая прошел уже месяц, поэтому вступивший на престол молодой император уже более или менее успокоился и вновь стал крепко спать по ночам, как и положено молодому человеку, отнюдь не пренебрегающему воинскими, фехтовальными и конными тренировками.
Пульс тела был ровным. Как и обещал Владимиру Ильичу академик Чесноков, замена личности реципиента прошла без осложнений. Ленин встал и подошел к висевшему в простенке между окнами большому зеркалу, раздвинул портьеры и отступил в полосу лунного света.
В зеркале обнаружился рослый молодой человек в длинной ночной рубашке. Ильич стянул рубашку через голову и тщательно осмотрел себя в зеркале. Остался доволен. Широкие плечи, гордая прямая осанка, рельефная мускулатура без капли жира. Удлиненное лицо с усиками, небольшие плотно прижатые уши. Волевой подбородок с ямочкой, узкие губы, нос, правда, длинноват. Волосы светлые, а цвет глаз в лунном свете определить было невозможно. Практически красавец. После пузатенького невзрачного и низкорослого тела, которым он обладал в прошлой жизни, более чем выгодная замена.
Покопавшись в своей памяти, Ленин обнаружил огромные пласты новой информации, записанной в его голове потомками. И вторую память, принадлежащую 29-летнему Николаю Павловичу.
Прежде всего следовало определить взаимоотношения с прошлым хозяином тела. Этим Старик и решил заняться. Чесноков разъяснил ему, что он может вызвать личность Николая для общения мысленной формулой «Романов, ответь!». И может передать Николаю управление телом формулой «Романов, действуй!». При этом он сохраняет за собой полный контроль над ситуацией. И снова запереть личность Николая за ментальным барьером формулой «Романов, стой!». Еще он знал, что, оставаясь за барьером, Николай все видит и все слышит, но мыслей Ленина слышать не может. И предпринять какое-либо действие тоже не имеет возможности. Есть возможность полностью отсечь Николая от всех органов чувств формулой «Романов, блок!».
Ильич мысленно произнес: «Романов, ответь!». В ответ в мозгу раздался мысленный вопль: «Изыди, сатанинское отродье! Сгинь, пропади, нечистая сила!» Аж в голове зазвенело от этого истошного вопля.
Зная о религиозности Николая, Ленин решил воздействовать на него с этой стороны.
– А с чего ты взял, Николай Павлович, что я попал в твою голову по воле сатаны? Неужели ты считаешь его сильнее Господа нашего? Так вот, я в твою голову направлен самим Господом, чтобы уберечь империю Российскую от неминуемого распада.
– А чем докажешь? – не поверил Николай.
– Легко докажу. Только подожди недолго. Четвертого апреля сего года Россия подпишет с Великобританией протокол о совместных действиях в отношении Греции. А четвертого мая умрет вдовствующая императрица Елизавета Федоровна. Сам в этом убедишься.
– А с чего ты взял, что империя распадется?
– Расскажу тебе коротко, как будут обстоять дела в империи в следующие сто лет. Через три года империя выиграет войну у Турции, но в 1855 году проиграет следующую войну Турции, которую поддержат Англия и Франция. Ты от огорчения умрешь. Твой сын Александр Второй будет убит революционерами-террористами в 1881 году. Твой внук Николай Второй проиграет в 1904 году войну Японии, а в 1917 году проиграет войну Германии. В этих двух войнах погибнет шесть миллионов человек. Из-за этих поражений в стране произойдет революция и начнется Гражданская война, в которой погибнет еще пятнадцать миллионов человек, а вся страна будет разрушена. Николай с супругой и всеми пятью детьми, как и большая часть фамилии Романовых, будут убиты революционерами, самодержавие в России падет, будет установлена республика. А я в этой республике возглавлял правительство разрушенной дотла страны. Умер я в 1922 году и после смерти по воле Господа был перенесен в твою голову. Чтобы не допустить гибели России.
До 7 часов утра, почти до самого прихода обер-камердинера с лакеями, Старик просвещал Николая о предстоящей нерадостной истории дома Романовых. Николай проникся и озадачился.
Договорились, что Николай будет вести себя как обычно, а Владимир будет только приглядываться и привыкать к обстановке. Управление телом Ленин передал Николаю. С утра жизнь в Зимнем дворце потекла своим чередом.
Ленину предстояло завести в свою оперативную память множество действующих в окружении императора лиц: обер-камергера, обер-гофмейстера, обер-гофмаршала, обер-шталмейстера, обер-егермейстера, обер-форшнейдера, обер-церемониймейстера, камергеров, гофмейстеров, гофмаршалов, шталмейстеров, егермейстеров, форшнейдеров, церемониймейстеров, камер-юнкеров и многих других. А также камердинеров, лакеев, казаков охраны, вершников, фурьеров, тафельдекеров и метрдотелей. А также своих многочисленных родственников, сенаторов, министров, членов Госсовета, военачальников. А также сослуживцев по прежним местам службы Николая и просто знакомых. В памяти Николая все они были, но извлечение этой информации из второй памяти требовало некоторого времени, что вызвало бы подозрительные заминки в беседах. Кроме того, следовало усвоить все титулования, шутливые обращения к родственникам и знакомым, произношение слов и речевые обороты, заметно изменившиеся за сотню лет. На все эти дела Ленин определил себе четверо суток. А в свободное время решил разработать идеологию реформ, продумать тактику и стратегию действий.
Для начала следовало встретиться с другими подселенцами и определить каждому круг их ближайших задач. Потом хотя бы бегло оценить загруженные ему массивы информации по истории России и мира. А для того, чтобы можно было разговаривать без опаски, необходимо было обеспечить полную секретность переговоров.
Николай вызвал обер-камергера барона Шмидта и распорядился, чтобы все смежные с его рабочим кабинетом по горизонтали, по вертикали и по диагонали помещения дворца были очищены от пребывания каких-либо лиц. Оставить в них только картины и предметы интерьера. Все вентиляционные решетки, выходящие в кабинет, повелел заделать наглухо. Приток и выход воздуха организовать через решетки прямо на улицу через наружную стену дворца. Отопительные воздуховоды и дымоходы от каминов перегородить тремя решетками каждый на несколько десятков саженей от его кабинета. Этот приказ был связан с необходимостью защиты от возможного нападения сообщников мятежников, все еще остающихся на свободе. На выполнение всех работ выделил трое суток.
Однако откладывать дела в долгий ящик Владимир Ильич не привык. И на следующий день он направил приглашение брату Константину прогуляться после завтрака в Адмиралтейском саду. Академик Чесноков сообщил ему, что все подселенцы будут заброшены в головы реципиентов одновременно, в ночь на 16 января, поэтому Старик полагал, что Дзержинский уже успел осмотреться в новом теле.
Встретившись с братом на Адмиралтейской набережной, Николай пригласил его проследовать в сад. Предварительно повелел конвою полностью очистить сад от посетителей и перекрыть все входы. Братья прошли по короткой аллейке к центру сада и присели на скамью. Казаки императорского конвоя остались стоять у входов.
Старший брат уже давно подписал акт отречения от престолонаследования, а их покойный отец подтвердил этот акт в своем завещании. И хотя во время недавнего мятежа предводители бунтовщиков требовали на престол Константина, он однозначно подтвердил свой отказ, чем выбил почву из-под ног мятежников. Поговорили о супругах, о детях. Затем Николай, глядя в глаза брату, осведомился:
– Ну и как тебе в новом теле, Феликс Эдмундович?
Дзержинский тут же убрал Константина за ментальный барьер и ответил:
– Отлично себя чувствую, Владимир Ильич! Благодарен ученым потомкам и их науке за этот эксперимент.
– На сколько ты меня пережил? – поинтересовался Ильич.
– Да ненадолго. Умер я всего через два года после твоей смерти, в двадцать шестом году, от инфаркта.
– И как там у вас шли дела после моего ухода? – Ленин из подгруженного ему университетского курса истории знал о положении дел в Советской России, но хотел услышать оценку от Дзержинского.
– Дела в стране тяжелые, но выправляются постепенно. А вот Троцкий, Пятаков, Рыков, Зиновьев и Каменев в партии воду мутят, раздрай в ЦК вносят. Троцкий в одну сторону тянет, Пятаков с Рыковым – в другую, а Зиновьев с Каменевым – в третью. Выигрывает от всего этого Сталин. Тихонько сидит, но в губернские и уездные парткомы, используя положение генерального секретаря, своих людей ставит.
– Ладно, Феликс, это для нас дела уже прошлые. Теперь я думаю Константина назначить главой моей личной Канцелярии. Главная твоя цель на этом месте будет такая: в рамках Третьего отделения Канцелярии организовать все государственные спецслужбы – контрразведку, политический сыск, разведку, охрану всех наших реципиентов и их семейств, охрану государственных тайн и секретных объектов. Все следует организовать по стандартам двадцатого века. Ну и вообще порядок в делопроизводстве навести нужно. Для начала подчиним Третьему отделению Охранное отделение МВД, пограничную стражу и корпус жандармов. Что скажешь?
– Дело мне знакомое. Я сам ЧК – ОГПУ, погранохрану и службу ВОХР создавал и развивал. К тому же мне потомки массу информации по работе спецслужб в двадцатом веке в память загрузили, так что справлюсь. Только кадры нужны будут. Где их взять в этом времени?
– Будем исходить из того, что имеем. Можешь в политический сыск из уголовной полиции и корпуса жандармов людей набрать.
– Это понятно. Но я думаю, чтобы был толк, нужно создавать специальное училище и набирать туда толковых юнцов.
– Это само собой. Есть у меня мысль насчет использования декабристов. Только нужно их побольше в тюрьму загрести. Ты этим делом, расследованием мятежа, в первую очередь займись. Загребай не только непосредственных участников, но и всех сочувствующих. Под обязательство помилования завербуем их в спецслужбы. А пока что вникай в обстановку и попутно думай, как дело сделать. Я намереваюсь через три дня собрать всех подселенцев у себя в кабинете и начать работать над планом действий.
Завтра я выпущу указ о назначении Константина главой Канцелярии. Кое-что я в Зимнем уже делаю, чтобы обеспечить секретность совещаний в моем кабинете. Это дело в первую очередь обязательно проверь!
Поговорив около часа, братья расстались.
В этот же день после обеда в этом же месте Николай встретился с младшим братом Михаилом – Слащевым. Разводить политесы Ленин не стал и, поздоровавшись, сразу взял быка за рога:
– Рад приветствовать вас, Яков Александрович! Как себя чувствуете в новом теле?
– Благодарение потомкам, Владимир Ильич, чувствую себя превосходно. Как в молодости еще до Мировой войны. Ни ран, ни болячек не осталось.
– Ознакомился я с вашей деятельностью в Ветви реальности, которую вы с потомками создали. Более чем впечатлен. Вы в одиночку сумели развернуть империю на новый курс и сильно ускорили ее развитие.
– Да уж, пришлось мне постараться в теле племянника моего нынешнего реципиента.
– Зато теперь у нас в этом времени целая команда, да еще какая! Думаю, полегче нам будет. Да и сделаем гораздо больше, я надеюсь. Ведь какую величайшую задачу потомки нам поставили! Создать при нашей жизни всемирное государство! Как думаете, справимся?
О проекте
О подписке
Другие проекты