Теперь я очень сожалею об этом. Вместо зеркал, огней и стекол я вижу зелень и широту альпийских лугов, вижу темный хвойный лес и сверкающие водопады небольшого альпийского городка Лаутербруннена. Всплывают четко отпечатанные в памяти конкретные названия ( Интерлакен и Майринген) и картины смешиваются с воображаемыми образами, людьми и предметами и кажется, что сон приобретает реальность. Я вижу действительно Лаутербруннен , я прогуливаясь по его единственной улице и любуюсь снежными вершинами трех самых известных гор. В центре – Юнгфрау, третья по высоте вершина Бернских Альп, рядом расположились еще два великих горных пика – Айгер и Мёнх. А дальше начинаются ярко-зеленые луга, шумят ручьи, водопады ударяются о камни и создают водяные облака. Все так естественно и реально, что кажется, что ты вновь оказался в тех местах.

Иду дальше по улице этого курортного альпийского городка и вижу на открытой веранде небольшого ресторана женщину. Она сидит в кресле с высокой спинкой, на ней черное платье. Её фигура стройна, но суховата, лицо испещрено морщинами, а руки, покоящиеся на подлокотниках, выдают возраст – ей, должно быть, за семьдесят, а может, и за восемьдесят. Но в осанке, в линии подбородка, в разрезе глаз читается былое очарование: когда‑то она была довольно красива. На голове у нее черный платок, а на столе перед ней высокий бокал с игристым вином. Блестит камень в перстне и еще какие-то драгоценности может серьги или колье, сверкает браслет, когда она поднимает бокал.

А рядом с ней в соседнем кресле молодой человек. Ему наверно, лет в тридцать или сорок. Их разница в возрасте бросается в глаза, он тоже во всем черном, во фраке. И перед ним одинокий бокал с вином. Они молчат. Они смотрят на величественные горы со снежными вершинами, на зеленые луга и на реку и водопады – на все природные красоты этого ущелья.

Видимо эта немолодая женщина вспоминает былые годы, которые проводили на этом горном курорте. Может она приезжала кататься на лыжах. Она вспоминает

былые годы – когда жизнь казалась бесконечным праздником.

Они приехали сюда на несколько дней. И это, возможно, последняя встреча с природой, горами, звенящими водопадами и ручьями перед тем как отправиться к конечной остановке. И партнер должен поддержать ее в этом последнем свидании с уходящей прошумевшей жизнью.

Пора сказать прощай альпийскому ветру и горным красотам, время короткого визита вышло, сейчас официант принесет счет, они сядут в машину и уедут.

Наблюдать за необычной парой мне больше не было возможности. Нужно было спешить обратно в отель, чтобы собрать вещи, погрузить их в багажник, сдать номер и ехать дальше. Но прежде мы решили задержаться Лаутербруненне еще на несколько часов.

В итоге нам удалось совершить прогулку по сельской местности, лугам и подняться на подъемнике на одну из вершин. И только после этого выехали на трассу. Мой второй пилот изучал карту.

Мы направились через Бернские Альпы в сторону Санкт-Морица. На первый взгляд городок своим спокойствием и тишиной похож на закрытый санаторий для советского партийного руководства. Но проходя дальше видишь спортивные сооружения и вспоминаешь, что Санкт-Мориц – столица Зимней олимпиады.

Наш маршрут проходил через перевал Зустен (Susten ) не такой и высокий всего 2222.2 метра до города Вассена, но очень живописный, залитый солнечными лучами и поросший вековыми елями. Подниматься было гораздо легче, чем спускаться, поскольку, в частности, при спуске перегревались тормоза, а у Лены, моего второго пилота снизилось от резкого изменения высот кровяное давление. Она побледнела и просила не останавливаться, а скорее спуститься вниз.

А потом, уже после Санкт-Морица мы поехали в другой известный любителям шахмат горный городок Мерано. Там проходил матч за первенство мира по шахматам. Встречался легендарный гроссмейстер Корчной с владельцем шахматной короны советским гроссмейстером Карповым. Мы живо вспоминали это противостояние между свободным миром и представителем тоталитаризма, когда поднимались по горному серпантину, а потом спускались в долину, чтобы попасть в Инсбрук, который мы выбрали для ночлега.

На следующий день уже остановились в лыжном курорте Оберстдорфе. Запомнились ещё пустые подъемники, потому что только ранняя осень, и шумные по вечерам ресторанчики на мощеных булыжником улицах закрыты. Дальше мы планировали ехать на ярмарку в Тюбинген. чтобы посмотреть шоу фейерверков и купить что-нибудь из одежды на рынке. К сожалению, аутлет найти не удалось, записанный в блокноте адрес оказался неправильным, а какой-то немец с тротуара долго объяснял и показывал куда ехать, но все это было так длинно и путанно, что мы отказались от этой затеи.

Мы свернули на локальную дорогу и вскоре вернулись на знакомый автобан, идущий на восток. Мы вошли и в заключительную фазу нашего путешествия – возвращение.

Теперь от этих путешествий остались только обрывистые воспоминания, всплывающие при рассматривании фотографий. Неужели жизнь уже прошла, и мы больше не увидим водопадов и тропических пляжей, не проедем по лесной дороге в карельских скалах?

     Песня “Show must go on” – Фредди Меркьюри – звучит из неведомой тьмы словно свет погасшей звезды. Это призыв покинувшего нас музыканта – «Шоу должно продолжаться» –  несмотря ни на что.

Его уже нет с нами. Но на самом деле его нет только физически, а дух его летит рядом, заполняя вселенную именно этой мелодией “Show must go on”. Он понимал, что неизлечимо белен, что скоро умрет. И он оставил нам эту песню как завет и призыв: пусть меня нет, но шоу должно продолжаться. Несмотря ни на что шоу должно продолжаться. Немногим дается такое счастье: оставаться с людьми после смерти.

ПУТЬ в БЕРЛИН

     Путешествие в Лондон началось в Брест-Литовске. Там наша веселая, сплоченная на основе любви к рок-н-роллу и алкоголю компания погрузилась в двухэтажный автобус (нет, это был не лондонский дабл-деккер) и стартовала в направлении Берлина. Участники группы, их набралось почти 70 человек, а если быть точным, то именно 66, разместились по всей длине салона и прильнули в интересе к окнам, там другая – европейская жизнь, ровные газоны и чистые набережные, а другие участники – это была именно та часть энтузиастов, которая особенно влюблена в жизнь – сразу достали припасы и принялись за пиво.

       За остаток дня и часть ночи мы пересекли Польшу. Удачно, учитывая узкие дороги в восточной части и тяжелый трафик.

Первая остановка в Берлине. Нас привезли в какой-то пригород и высадили на пустынной улице. Наверно, эта территория прежде относилась к восточной части. Дома с одинаковой планировкой, очень много зеленых насаждений, каких-то кустов и клумб с цветами.  Не знаю почему, но взглянув на унылую скучную улицу с однотипными домами, я подумал о Лене, может быть, этот вид напомнил мне Воронеж, когда-то ее любимый, даже родной город, об ужасной жизни в котором она много рассказывала. Именно там и появилось у неё стойкое желание уехать навсегда из России.

       А потом, когда наступила перестройка, его удалось реализовать, поскольку неожиданно выяснилось, что у нее имеются немецкие корни. Хотя бабушка и родилась в России, точнее в Украине, но ведь прадедушка и прабабушка приехали из Германии еще до революции, они были одними из первых переселенцев. Осваивали земли, сажали сады – они вели хозяйство где-то в Юго-восточной Украине, между Мариуполем и Бердянском. Потом их ферма была разорена большевиками, а они сосланы на Урал.

  Немецкие корни еще предстояло документально доказать. Этим она и занималась. С того времени до нашей эпохальной поездки прошло почти 15 лет. Все это время Лена довольно интересно и успешно прожила в Германии и называла теперь эту страну своей родиной.

Оставаясь любознательной и активной, она успела побывать во многих больших городах, объехала почти всю Западную Европу. Но так и не добралась до Лондона. Да, вот все как-то не складывалось: только серьезно задумалась об Англии, думала туда во время осеннего отпуска поехать, уже и цены на туры посмотрела, но тут приглашение знакомого начальника почты: он звал составить компанию в рандеву в Тунис, как откажешь? Да тут еще одна приятная неожиданность: пакетный тур попался на распродаже с большой скидкой (60%)– такое нельзя пропускать! Опять приходилось Англию откладывать.  Получалась печальная картина: за 15 лет она так и не смогла из своего провинциального городка (название Пфейрзац, находится где-то под Штутгартом) доехать до Британской столицы. А было всего-то рукой подать…

А теперь выпал такой редкий удачный случай: можно поехать со мной на автобусе и прямо из Германии. Она обрадовалась, когда я рассказал ей о нашей поездке. Помню, что не ожидал, совершенно не ожидал, что она сразу прямо так и скажет: я всю жизнь мечтала побывать в Лондоне!!! И поэтому ты непременно должен пригласить меня. И чтобы не разочаровывать девушку, я так и сделал. А еще купил ей билет и оплатил гостиницу. (неоправданная и неуместная щедрость, но тогда это представлялось нормой.)

Елена Румиш ( ее новая фамилия в Германии, а в Советской России она была Денисова) была рада. Все складывалось просто замечательно. И как не воспользоваться такой возможностью, тем более немецкой женщине, отличавшейся меркантильностью и экономностью. Это как бы национальная черта. И нужно ей следовать, если хочешь стать настоящим немцем! (или, точнее, немкой!)

      Она присоединилась к нам в небольшом уютном городке неподалеку от Ганновера. Стояла на перекрестке как обычная студентка, возвращающаяся с фитнеса. С небольшой сумкой на ремне через плечо. И наш автобус подхватил ее словно запоздалого пассажира.

       После нешироких зеленых улиц провинциального городка, мы выехали на трассу (А1) и вскоре остановились на одной из заправок. Обычно вокруг них строят целые центры для отдыха, покупок и питания, которые называются “rest areas”. Там мы пообедали, размялись и уже готовы были двигаться дальше, но в этот момент перед нашим автобусом появились полицейские. Оказалось, что у автобусников неправильно оформлена страховка, и поэтому дальше ехать на этом автобусе мы не можем.

Никто не встал, когда нам предложили покинуть салон. Полицейские молчали. Напряженная тишина. Лена в этот момент заявила мне, довольно язвительно и капризно, что «это ты виноват, что вовлек меня в это сомнительное путешествие на неисправном автобусе». И еще добавила, что она вовсе не собирается ночевать в грязной придорожной гостинице для водителей траков…

  Мне не понравилась такая реакция, в общем то, на обычную дорожную проблему, но я промолчал. А потом вспоминал, что это был первый сигнал, что поездка будет неудачной.

Это был шанс. Можно было сразу заявить, что нам, в таком случае, лучше не ехать в Лондон вместе, тебе лучше сойти с автобуса и добираться авиатранспортом! (именно авиатранспортом: вертолетом, планером, дирижаблем еще каким летательным аппаратом, у них в Германии полно технических вариантов) Или вообще вернуться назад, в свой Пфейрзац дабы мы еще не покинули страну. Она бы не согласилась, но вести бы себя стала иначе: не устраивать мне сцен и не высказывать упреки, что ее интересы не учитываются.

Теперь сожалею, а ведь мог бы еще тогда поставить точку. Сразу не сойдешь со взлетной полосы, если вознамерился взлететь – я, помню, воображал себя сверкающем титановыми деталями лайнером. Или венным перехватчиком (как ЯК-истребитель у Высоцкого), который уже не остановить.

Изначально эта история должная была развиваться совсем иначе. Поскольку вместо Елены я планировал поехать совсем с другой девушкой. Но к старту поездки она оказалась не готова, что меня очень огорчило. И чтобы как-то поднять себе настроение и заполнить неожиданно образовавшуюся пустоту, я позвонил без всякой надежды на положительный ответ Елене. Но все оказалось точно наоборот: они вцепилась в мое предложение, словно находилась в полном отчаянье, что уже никогда не будет в Лондоне. Вдохновленный я мысленно согласился, что это путешествие для нее как фолл последней надежды.

Подождав еще немного, полицейские развернулись и покинули салон. Проблема с автобусом ставила наше путешествие на грань катастрофы. Мы по-прежнему стояли на паркинге, кто-то курил рядом, кто-то просто гулял. К счастью все разрешилось хорошо и довольно быстро.

    Через несколько часов наш автобус уже въехал на окраины Амстердама. Звучала из чьего-то мага “Shocking Blue”. Страховку прислали по факсу, в ближайшем деловом центре нашли открытый офис, туда из Каунаса отправили копию полиса, что вполне удовлетворило немецких полицейских. Они пожелали нам на прощанье веселых каникул на берегах Темзы! Мы дружно ответили: Rammstein forever!

 Теперь мы ехали по Голландии и пили голландское пиво. Наверно, «Амстел» или «Хайникен». Закупались в местном супермаркете, глаза разбегались от разнообразия марок и видов, а руки так и хватали новые и еще неведомые красочные банки с такими соблазнительными названиями напитков, которые хотелось протестировать, прямо не отходя от кассы.

  Твёрдо решили, что когда в Амстердаме заселимся в гостиницу желательно с видом на канал, то пойдем на прогулку и будем кататься на кораблике. Где же широко известная улица Красных фонарей?  Где же это замечательное место, где можно пообщаться с девушкой и покурить травы, при этом не таясь и не опасаясь быть схваченным полицией?

       Впрочем, это были только мечты, мои безумные мечты. Поскольку рядом со мной, в соседнем кресле сидела любимая женщина и меня поэтому не особо интересовали развлечения на улице Красных фонарей. Тем более что это удовольствие весьма недешево (500 E), но одновременно и сомнительно, если судить по внешнему виду жриц любви, выставляющих себя в окнах домов на обозрение пьяной и обкуренной публики. На прилегающих улицах и в многочисленных барах можно найти более симпатичный товар по более выгодной цене. Этим потом и увлеклись двое энтузиастов нашей группы.

  Недолго думая мы с Леной решили заняться сексом прямо в автобусе. Для этого переместились на последний ряд.  Товарищи по путешествию могли быть в некоторой степени смущены, если делать это у них на глазах. А на последнем ряду вполне подходящее место для тех, кто давно не видел друг друга, не обнимал не целовал и не проникал внутрь.

            Удивительно и противоречиво то чувство, которое возникает при встрече после долгого расставания. Сколько не виделись! Столько, кажется, хочется сказать, рассказать, поделиться, а вот настает этот миг, и ты молчишь как рыба. Все слова и мысли куда-то улетели.  Уже бесполезно вспоминать. Лучше просто спросить о погоде или о пробках в городе. Лишь бы как-то поддержать разговор.

– Ты где оставила машину? – спросил я, когда она вошла в автобус и села в кресло рядом.

– Я доехала на автобусе, от вокзала совсем недалеко. Машину оставила дома. Здесь дорого на местной парковке. Лучше ехать на поезде.

– Конечно, на поезде…,– сказал я и расстегнул у неё зиппер на джинсах.

ОТКРЫВАЯ ТУМАННЫЙ АЛЬБИОН

  Еще задолго до поездки на День рождения к Севе, у меня зародилась мечта – побывать в Лондоне. Помню, как в 70‑х или 80‑х, слушая передачи Би‑Би‑Си, я ловил себя на дерзкой мысли, что смогу когда-нибудь пройтись по улице Странд(Strand) до Буш‑Хауса (Bush House), где прежде располагалась Русская служба радиостанции. Сева так сочно и соблазнительно произносил почтовый адрес пост-офис 76, Стренд, Лондон ).

Тогда эта мечта казалась почти безумной. «Железный занавес» надёжно отделял нас от Запада, и путешествие в Лондон представлялось чем‑то из области фантастики – доступным лишь избранным, словно ключ от потайной двери в иной мир.

Через несколько лет, когда далёкие страны стали доступны и каждый россиянин мог свободно путешествовать, я составил для себя глобальный туристический план, который заключался в том, чтобы побывать сначала во всех столицах мира и прежде всего в европейских, а потом уже проехать и по самим странам. Это был список из 195 стран. Возможно я был несколько наивен, думая, что составлением списка стран и выполняя его по пунктам можно узнать мир, но это было тогда – в самом начале поездок.

Поэтому открывая Туманный Альбион, посещением именно Лондона, я чувствовал себя почти чемпионом. Поскольку все-таки это одна из столиц мира, которую разве сравнишь с Любляной или Братиславой, хотя это тоже замечательные города.

Хорошо помню, что как узнал о готовившимся путешествии в Лондон сразу же записался в его участники. Идея мне очень понравилась, я прямо загорелся ей, воображая, как буду гулять по Трафальгарской площади, а потом может быть еще удастся проехать по стране: добраться до Оксфорда и Дувра. В то же вечер я был настолько охвачен мыслями что скоро увижу Лондон, что прямо был готов начать собирать чемодан, хотя до старта оставалось еще три месяца.

Подготовка началось с формирования списка участников и затем обсуждения маршрута. По Европе мы намеревались ехать на автобусе и побывать во многих городах (список горячо обсуждался, там были Амстердам, Берлин. Брюгге и Кельн – они вошли почти единогласно. Было предложено, что каждый участник составит свой вариант, а потом счетная комиссия выберет наиболее часто названные города) .

Наконец с городами, кажется, определились, даже показалось, что о Дне рождения Севы позабыли. Впрочем, Татищев заявил, что все-рано в ходе движения придется вносить изменения, так что пусть те участники, чьи города не вошли в список, особе не расстраиваются – все еще может измениться и ни раз!

Стало понятно, что настоящие путешествия не планируются в тихой пыльной комнате – они создаются в пути и в процессе освоения дороги. И это еще раз подтверждает тезис, что движение – это жизнь, а в путешествии еще и интересная!

Фаны клуба Новгородцева сделали еще один шаг к реализации ежегодной встречи клуба слушателей Русской службы Би-би-си. Приближалось 9 июля.