Человека никто не мог наказать за то, что он видит то же самое, что хозяева мира. Это означало начать борьбу против них. Но постепенно хозяева мира потеряли силу, и их правда стала рассыпаться на биты и пиксели.
Грым вспомнил огромное лицо нового уркагана над рынком.
– Потеряли силу? – спросил он. – А в чем сила, дискурсмонгер?
Человек страдальчески хихикнул, и Грым догадался, что он тоже видел плакат с Рваном Контексом – хотя было непонятно, когда и где.
– Сила всегда в силе. И ни в чем другом. В Древних Фильмах говорили: «сила там, где правда». Так и есть, они всегда рядом. Но не потому, что сила приходит туда, где правда. Это правда приползает туда, где сила. Когда люди пытаются понять, где правда, они в действительности тихонько прикидывают, где теперь сила. А когда уходит сила, все дружно замечают – ушла правда. Человек чует это не умом, а сердцем. А сердце хочет главным образом выжить.
– Как правда может уйти? – спросил Грым. – Дважды два четыре. Это всегда так, неважно, есть сила или нет.
– Дважды два – четыре только по той причине, что тебя в детстве долго пороли, – сказал дискурсмонгер. – И еще потому, что четыре временно называется «четыре», а не «пять». Когда добивали последних неандертальцев, никакой правды за ними не осталось, хоть до этого она была с ними миллион лет. Правда там, где жизнь. А где нет жизни, нет ни правды, ни лжи.