удовольствие от игр, а, наоборот, печалиться? Но зачем тогда вообще лить воду на муравейник? А боги ведь постоянно ее льют. Или одни боги льют, а печалятся другие? – То есть боги несчастны? – спросил я.– Я не был богом, – ответил Ганнис. – Но слышал от мудрых, что для богов счастье и несчастье подобны игре. Они опьяняются ими, как люди опьяняются вином и маком.– Как можно опьяняться несчастьем?– Нам сложно понять, как такое может быть…Ганнис встал и поправил фитиль лампы, горевшей на стене. В этом не было особой нужды, но он часто так делал, когда хотел отделить одну часть беседы от другой. – Позволь мне вернуться к танцу, – сказал он. – Ты сможешь говорить с богами на их языке лишь тогда, когда твой танец будет порождать ясные им чувства.