Цитаты из книг автора «Виктор Пелевин»

Виктор Пелевин Лампа Мафусаила, или Крайняя битва чекистов с масонами большой полифонический нарратив Действие книги происходит в параллельной вселенной, все совпадения с которой являются кошмарным сном. Высказывания и склонности героев не являются выражением позиции или вкусов автора и служат исключительно характеристике персонажей для достижения глубокого и незабываемого художественного эффекта. То же относится к каббалистическим интерпретациям знаков «Алеф-Бет». Идут белые снеги… Евтушенко Часть 1. Золотой жук производственная повесть Эдгару Аллану По Поскольку значительная часть моей истории (если не вся она) будет посвящена событиям с отчетливым мистическим привкусом, хочу сразу сказать, как я отношусь к этой самой мистике. Я считаю себя одним из мелких лейтенантов Мамоны – и, как служитель серьезнейшего из земных мистицизмов, испытываю брезгливое недоверие к любым формам мистицизма декоративного – от косых хомяков, предсказывающих футбольное будущее, до мировых религий, не способных даже на это. Я называю серьезнейшим из мистицизмов, конечно, ту его форму, которая помогла сказочно разбогатеть всемирно известным инвесторам – например, Джорджу Соросу или Уоррену Баффету. Как профессионал, я знаю: при отсутствии надежного инсайда подсказать, в какой момент покупать, а в какой продавать акции, валюты или коммодитиз[1], может только мистическое чувство. Это нельзя раз за разом делать верно, опираясь лишь на

Если русских зовут иванами, а немцев фрицами – то всех людей вообще зовут кримпаями. Но жить с таким именем от этого не легче.

Эдгара По, заложенный на рассказе «Золотой Жук». Я прочел эту удивительную историю очень быстро

И да, шутка «Крим наш» уже была. Много раз, с кримом и без.

В России не рекомендуется непрошено подвывать утюгу, кидая камни в либеральную витрину Отчизны, на которую тратит последнюю выручку Газпром – но можно без всяких проблем годами состоять в непримиримой фронде, откуда набирают кадры для министерства финансов.

переживаемого нашим обществом. А псевдовосточная поп-метафизика, шапочным знакомством с которой автору не терпится похвалиться перед такими же унылыми неудачниками, способна вызвать

– Приветствую брата Месяца, – сказал Капустин и поднял кулак с двумя оттопыренными пальцами – указательным и мизинцем. Месяц кивнул и ответил зеркальным жестом. На его пальце мелькнуло золотое кольцо с большой черной «G». – Высочайший полагает, что вы все постигли и приняли, – сказал он по-русски, – и готовы к серьезной беседе. – Так точно. – Вы наш новый баал? – Да. Если сумею оправдать… – Сумеете, – сказал Месяц, – я надеюсь… Братья из России в последнее время не слишком частые у нас гости. Я слышал, это связано с каким-то абажуром? – Да, – ответил Капустин. – Но мы почти решили эту проблему с братом Солнцем. Или скоро решим.

Согрешивший и вернувшийся к свету дороже сердцу Адонаи, чем праведник, не грешивший никогда.

про золотую рыбку, бывшую у вас в детстве? Вы верили, что она волшебная, обращались к ней со смешными просьбами – и думали: ежели желание не исполнилось, это потому, что вы плохо себя вели и рыбка сердится…

Вернее, он есть, пока снится. Но мы просыпаемся, постоянно просыпаемся. А потом, когда жизнь протрет в нас достаточно дыр, мы просыплемся окончательно – и превратимся в белый ракушечник, по которому побегут загорелые юные ноги. Если приглядеться к ракушечнику, он состоит из миллиардов крохотных черепов.