Цитаты из книги «Empire V / Ампир В»

А зачем их надо компенсировать?

Затем боль проходит и наступает вторая часть опыта

Но, как я уже говорил, происходит оно не с нами, и мы мало знаем про его суть. В это время ваши переживания будут весьма разнообразными, но довольно неприятными. Даже болезненными. Придется потерпеть. Это понятно?

Итак, красная церемония состоит из двух частей. Сначала язык сосет баблос.

повезет, невероятно повезет – вот как повезло тебе и Гере – он может стать лошадью, которая везет Наполеона. А еще он можешь стать лошадью, которая всю жизнь вывозит неизвестно чей мусор.

Но жизнь гораздо проще, чем принято думать. В ней есть две дороги. Если человеку

Последний раз, клянусь. Как ты полагаешь, лошадь знает, что думает Наполеон? – Думаю, что нет. – И я так думаю. Но когда Наполеон скачет по полю перед своей армией, он и лошадь кажутся одним существом. В некотором роде они им и являются… И когда Наполеон треплет свою верную лошадь рукой по шее…

И в избытке. Но это будет совсем не то, что испытывает язык. – А что испытывает язык? – спросил я. – Я не знаю, –

Баблос сосем не мы. Его сосет язык. – Разве мы не одно целое? – спросила Гера. – До определенной границы. Она проходит именно здесь. – Но ведь мы что-то ощутим, верно?

Точно так же, как Великая Мышь, – продолжал Озирис, – человек встал перед вопросом – кто он и за что сюда сослан. Люди начали искать смысл жизни. И, что самое замечательное, они стали делать это, не отвлекаясь от основной функции, ради которой их вывели. Скажем прямо, человечество не нашло смысла творения, который устроил бы Великую Мышь. Но зато оно пришло к выводу о существовании Бога. Это открытие стало еще одним непредвиденным эффектом работы ума «Б». – Бога можно как-нибудь ощутить? – Он недоступен уму и чувствам. Во всяком случае, человеческим. Но некоторые вампиры верят, что мы приближаемся к нему во время приема баблоса.