Цитаты из книги «Empire V / Ампир В»

рапортует о покорении Фудзи. Впрочем, тут есть один серьезный нюанс. И об этом обязательно надо сказать несколько слов. Вершина Фудзи – совсем не то, что думаешь о ней в детстве. Это не волшебный солнечный мир, где среди огромных стеблей травы сидят кузнечики и улыбаются улитки. На вершине Фудзи темно и холодно, одиноко и пустынно. И это хорошо, ибо в пустоте и прохладе отдыхает душа, а тот, кому случается добраться до самого верха, невыносимо устает от дороги.

Для меня тоже это был ужасно трудный выбор – решить, кто из вас останется жить. Выбрав тебя, я пошла против всех. Так что учти – кроме меня, друзей у тебя нет.

Отсюда и равнодушное отношение к твоему образованию. Ты, наверно, замечал, что никто кроме меня особо не интересуется твоей судьбой и не стремится ввести тебя в общество. Наверно, тебе казалось, что ты живешь как бы на отшибе нашего мира? Теперь ты знаешь, в чем дело.

До самой последней секунды он ни о чем не догадывался.

языка это, конечно, не гибель – он просто возвращается к истоку. Но Митра ушел навсегда, и это грустно.

На самом деле так всегда бывает, когда у богини меняется земная личность. Для того, чтобы соединить новую голову с главным умом в позвоночнике, нужен нервный мост, еще один язык, который становится связующим звеном.

Она все понимала, но ничего не могла поделать. Ужас, правда?

Теперь я понимаю, почему Борисовна так много пила последние полгода. С ней жестоко обошлись. Когда в скале долбили новую камеру, она всех спрашивала, что это за стук, но окружающие делали вид, что ничего не слышат, и уверяли ее, что это ей кажется. А потом, когда отнекиваться стало невозможно, стали врать, что ремонтируют лифт.

«земля, небо, между землей и небом война…» Не думал, про что она? Я тебе скажу. Война потому идет, что никто не знает, где небо, а где земля. Есть два неба. Два противоположных верха. И каждый из них хочет сделать другой верх низом. Это уже потом он землей называться будет, когда вопрос решится. Но в какую сторону он решится, никто не в курсе. И ты в этой войне полевой командир, понял? Князь мира сего – это ты. А не можешь – пойди в дальний окоп и застрелись. Только сначала язык передай по эстафете. И застрелись не в дурацком стишке, а в реальном времени. Вот так…

«Путь назад, – думал я. – Назад – это куда? Разве там хоть что-нибудь остается?»