***

Неизведанное пространство. Флагман ударной группы, борт два ноля один.

– Коридор разгона чист, – доклад с поста слежения вернул в сердца экипажей робкую надежду, – сканеры не фиксируют преследующих нас кораблей.

В голосе офицера слышится облегчение, но разделить его чувства никто не решался. Находящиеся на мостике флагмана офицеры молча смотрят на объёмную карту. Там, на краю астероидного пояса, кипит неравный бой, там гибнут люди давшие им возможность уйти из системы.

Коммандер тоже угрюмо поглядывал на проекцию. Его покрытое испариной, осунувшееся лицо всё больше мрачнело. Уничтожение чужой планеты и потеря части собственной группы тяжким грузом легли на плечи. Спасение четырёх единиц флота из, казалось бы, безвыходной ситуации не принесло облегчения.

Они по-прежнему находятся в неизведанной части космоса, и все усилия штурмана зацепиться за что-то, что поможет проложить курс домой, оказались тщетны. Меньше всего командующий думал о том, как это получилось и кто виноват. В голове вертелся вопрос – что делать дальше?

«Всё, хватит, – приказал он сам себе, – об этом буду думать позже»

– Время до конца разгона?

– Двадцать три минуты, – сверившись с приборами, ответил старпом, – что будем делать?

Мучивший всех вопрос прозвучал. Коммандер кожей ощутил напряжение, буквально повисшее на мостике в ожидании ответа.

– Надеяться, – обронил он и вдавил клавишу общей связи, – приказ по группе: приготовиться к переходу, перестроиться, экипажам занять места по расписанию.

Идущие на огромной скорости линкоры с завидным изяществом встали в хвост друг другу. На кораблях опустились порты, лениво втянулись надстройки и орудийные башни.

***

Низкий гул катится по палубам, но люди его не слышат. За три минуты до включения генераторов перехода, на четырёх оставшихся линкорах ударной группы бодрствовал только один человек. Старший пилот флагмана лейтенант Обриен Битти, услышав тревожную трель, заблокировал системы кресла. Несколько секунд Обриен смотрел на экран, после чего выругался.

Если противостоящие им корабли можно было хоть как-то классифицировать, то неизвестно откуда взявшаяся, идущая вслед за остатками группы конструкция оказалась вообще ни на что не похожа.

С экрана смотрели вертящиеся, будто вставленные друг в друга кольца. При этом скорость и направление вращения каждого постоянно менялась, создавая иллюзию независимости их друг от друга.

Сканеры показали, что объект состоит из сорока разной ширины колец. Диаметр внешнего приближался к четырём километрам, когда как внутренний насчитывал двадцать метров. Из-за хаотичного их вращения объект постоянно меняет форму.

Время тает. Кресло сигналит, что пора отдаться во власть аптечки, но лейтенант не решается уйти в сон. Вскоре датчики зафиксировали изменения в поведении объекта и пилот убедился в правоте своих действий.

Скорость вращения колец резко увеличилась. Между ними проявились ослепительные белые всполохи.

Частота всполохов меняется. Компьютер не успевает перенастраивать фильтры. Спасая глаза пилота от мерцания, он периодически отключает трансляцию. Когда экран в очередной раз включился, Обриен увидел погасший, собранный в плоскость объект и прозрачный диаметром в четыре километра диск, на огромной скорости устремившийся вдогонку за кораблями.

Заблокированные системы управления исключали возможность манёвра. До включения генераторов перехода остались считанные минуты, но расстояние, отделяющее группу от полупрозрачного диска, таяло с немыслимой скоростью.

Время словно остановилось, мгновения растянулись. Лейтенант словно в замедленной съёмке наблюдает за приближением диска.

Настигнув ближайший корабль, дымчатое образование пропустило линкор сквозь себя и, потеряв в размерах, устремилось дальше.

Замыкающий строй корабль не получил видимых повреждений и какое-то время продолжал движение. Затем по его бортам пошли волны. Спустя секунды, будто врезавшись в невидимое препятствие, огромный линкор, словно стеклянный, рассыпался на миллиарды осколков.

Картина страшная, но Обриен ждал чего-то в этом роде. Увидев дымчатый контур, он вспомнил гибель линкора возле злополучной планеты.

Тем временем контур настиг следующий корабль. Полупрозрачная энергетическая субстанция, уничтожив два линкора, сократилась в размерах на две трети. Пилот быстро определил, что силы выстрела хватит ещё на один корабль, а флагман благополучно совершит переход.

Пошло не так. Из тени астероидного пояса выскользнули два аппарата. С огромным ускорением они нагнали идущий за флагманом линкор под номером два ноля пять и примагнитились к его корпусу. Чужие машины, озарив пространство, сорвали линкор с курса. Всё случилось настолько быстро, что Обриен не сразу сообразил, что флагман остался один на пути идущего по пятам контура.

Решение пришло мгновенно. Обриен сорвал пломбы с консоли и вдавил клавишу. Аварийные системы посредством туннелей индивидуального спасения втянули кресла с членами экипажа в спасательные капсулы и сбросили их в открытый космос. Пилот угрюмо смотрел, как индивидуальные капсулы одна за другой скрываются в идущей по пятам убийственной энергии. Тысяча восемьсот капсул сократили её в размерах и замедлили скорость, дав линкору необходимые секунды для совершения межпространственного перехода.

Теряя рассудок и испытывая оглушающую боль, пилот упорно боролся. Он понимал, что не успевает. На запуск систем жизнеобеспечения требовалось время, лимит которого полностью выбран.

Тело лейтенанта забилось в конвульсиях. Сведённая судорогой рука, засучив по консоли, сорвала последнюю аварийную пломбу. Система экстренной эвакуации выполнила свои установки. Оставшиеся на борту семьсот членов экипажа были в срочном порядке катапультированы с терпящего бедствие корабля.

В следующий миг включились генераторы перехода. Опустевшая громада окуталась непроницаемым коконом и растворилась в межпространственном переходе.