Глава 5

Как и следовало ожидать, Сашке повезло. Жемчужина, маленькая, размером в две спичечные головки, слегка розового оттенка, обнаружилась в четвёртой раковине. У мальчишки задрожали руки и округлились глаза. Он смотрел на жемчужину и не решался дотронуться до неё.

– Ну, чего застыл? – негромко сказал я ему почти в самое ухо. – Ты нашёл то, что искал – радуйся!

Мальчишка посмотрел на меня каким-то неуверенным и виноватым взглядом одновременно, сглотнул, но ничего не сказал.

– Что, не можешь поверить? – понял я несказанное. – Так бывает, что человеку везет, и он находит именно то, что ищет.

– Я… я хотел, но не думал… а оно вот… нашёл!

– Нашёл потому, что очень сильно хотел найти. У меня было такое, можешь мне поверить.

– Да? И что ты нашёл? – Сашка с интересом поднял на меня глаза.

– Ты не поверишь… целый мир и нового себя. Так тоже бывает.

Ни Сашка, ни слышавшие эти слова кадеты, ничего не поняли. Они переглянулись и вернулись к изучению найденной жемчужины. Она, кстати, оказалась не круглой, а была похожа на капельку. Честно говоря – очень редкая форма для жемчужины. Оставшуюся не вскрытой последнюю раковину Сашка, как и говорил, выбросил в воду. Вся троица, увлечённо болтая, постепенно стала удаляться в сторону костра, забыв и обо мне и о моих не вскрытых жемчужницах. Я посмотрел на лежавшие на песке раковины и, минутку подумав, одну за другой выбросил их обратно в реку.

Мальчишки уселись в кружок недалеко от кострища и о чём-то негромко переговаривались. Я не стал прислушиваться. Связался с катером охраны, спросил новости и долго ли ещё ждать Ильмара. Новостей не было, и катер с моим помощником пока не появлялся. Что ж, подождём. Полдень уже миновал, следовало подумать об обеде. Этим и занялся, выбрав в запасах пару брикетов концентрата горохового супа. Чем хороши такие брикеты – то, что их надо всего лишь размять, залить водой и некоторое время прокипятить. В результате получается довольно приличный суп. Не домашний, как у мамы или бабушки, но вполне вкусный и калорийный, а главное, что с его приготовлением справится любой мальчишка-кадет, не говоря уже о взрослых бойцах. Так что чуть больше, чем через полчаса, я объявил мальчишкам об обеде.

– Что будешь делать дальше? – спросил я Сашку за обедом. – Попытаешься научиться летать, наверное?

– Домой надо вернуться сначала. Наверное, меня уже потеряли. А летать… так ведь это не сразу… Должно время пройти, пока придёт это умение.

– Неужели не хочешь прямо сейчас попробовать?

– Что? Сигануть с верхушки дерева для проверки? Типа: «а вдруг получится?» Так я же не полоумный! Знаю, что не получится. Это уж потом как-нибудь попробую, когда подо мной что-то мягкое будет, куда падать не больно.

– Разумно, – согласился я. – И что про дом вспомнил, тоже правильно. Причём советую с возвращением домой поторопиться, а то мало ли чего…

– В каком смысле?

– Ты же сам говорил, что рядом с вами нет никакой реки. Как думаешь, откуда эта взялась? – я кивнул в сторону реки. – Или не думал?

– Не думал, – растерянно поглядел на меня Сашка. – Просто… в этот день она должна быть.

– «Просто должна быть» – хорошее определение, а главное – точное. Должна быть и всё тут! А если не всё так просто? Вот ты знал, что за забором ничего нет, а когда пошёл – там и лес, и озеро, и река, да и мы с ребятами ещё. Не задался вопросом, откуда всё это появилось? Ну да ладно. Давай доедай обед, и я тебя провожу обратно.

– Домой?

– Как получится.

– А мы? – тихо спросил Эл.

– Да! Мы тоже проводим, – поддержал его Гран.

Оба смотрели на меня вопросительно и с надеждой.

– Конечно, – кивнул я. – Вместе проводим.

Мои кадеты сразу повеселели и усердно заработали ложками, не задавая больше вопросов. Впрочем, обед и так уже подходил к концу. Лагерь сворачивать не стали, намереваясь скоро вернуться. У Сашки реально округлились глаза, когда мы трое оделись в форму. Рюкзаки брать не стали, но оружие оставлять без присмотра не полагается. Поэтому мои кадеты вооружились своими карабинами, на поясах ножи в ножнах и фляжки с водой. В карманы запихнули по паре пачек галет – так, на всякий случай. На моём поясе висела кобура с пистолетом и бастаган, про лук со стрелами я тоже не забыл. Ещё раз связался с катером и передал для Ильмара, если он появится раньше, чем мы вернёмся, то пусть идёт за нами по оставленным меткам и знакам. После этого из створок раковин я выложил на песке стрелку, указывающую направление, куда мы отправляемся. Ильмар всё поймёт, как надо.

– Ну, вперёд, воинство! – скомандовал я. – Поспешим, пока дверь не закрылась.

Озеро, как и вчера, поразило меня своей красотой и каким-то уютом, что ли. Ну, вот понравилось оно мне и всё тут! Наверное, само расположение его на острове посреди реки добавляло необычности и загадочности. И утки с утятами плавали, как вчера.

– Мимо этого озера проходил утром? – спросил я Сашку.

– Ага, только над ним тоже легкая такая дымка стояла.

– Ранним утром это нормально. А там, где ты живёшь, поблизости нет такого озера?

– Нет. И леса нет. Ну, кроме того, что я увидел в тумане. То есть в тумане он был, а на самом деле, когда без тумана, его нет.

– Понятно. Далеко ещё идти?

– Не очень. Вот сейчас за озером пройдём вон тот лес и выйдем прямо к заднему забору нашего огорода. Минут двадцать или тридцать.

Мы задержались немного у озера, не в силах пройти мимо этой красоты. Я посмотрел в сторону, куда показал рукой Сашка и… всё мажорное настроение мгновенно улетучилось. Присмотрелся внимательнее и волна «дежавю» накрыла меня с головой. Такое впечатление, что нечто подобное я уже видел. Или у меня появились глюки. Как будто сбоила какая-то компьютерная программа и на доли секунды за стеной леса мелькали дома какого-то поселения. Нечто подобное я видел давно, когда переходил в мир Грандзоора, что делал впоследствии неоднократно. Эффект наложения пространств двух миров друг на друга имеет свои особенности и признаки, впрочем, как и признаки близкого закрытия перехода. Всё это я оценил за доли секунды. До закрытия перехода оставалось немного времени и Сашке следует поспешить. Да и нам с кадетами в момент закрытия прохода не мешает держаться от него подальше. Сашку-то в случае чего с его артефактом в кармане вынесет в его родную реальность, а нас вполне может занести куда-нибудь к чёрту на кулички.

Мы обошли озеро и ступили под первые деревья. Прошли ещё несколько шагов, и я обратил внимание, что голос рассказывавшего что-то Сашки стал немного глуше, а все внешние звуки стали тише и как бы отдалились – явный признак близкого перехода. Сердце заколотилось быстрее. Оглянувшись, сказал кадетам, чтобы подошли ко мне ближе. Они не сразу поняли, что я говорю, пришлось крикнуть, только тогда они подбежали. Велел им взяться сзади за мой поясной ремень и не отпускать, пока не разрешу. Объяснять ничего не стал, не до того сейчас. Мальчишки удивились, но приказ выполнили. Так мы прошли по лесу минут пять или семь, и я всё время внимательно смотрел по сторонам, надеясь вовремя заметить условную черту межпространственного перехода и не переступить за неё. Не хватало мне только сейчас перенестись в мир Сашки, да ещё с двумя пацанами, за которых отвечаю. Нет, вообще-то, если бы я был один, обязательно прогулялся бы в новую реальность чисто ради спортивного интереса: что там и как, ведь судя по тому, что рассказал нам мальчишка, миры наши очень похожи и опасности там не должно быть. Однако, два кадета, которых я взял с собой чисто для компании, в данном случае становились якорем, препятствующим моему походу в другой мир. Даже двумя якорями – по одному на каждую ногу.

Скоро впереди появился просвет между деревьев, а краски вокруг стали более яркими, контуры предметов, наоборот, стали размытыми. Под последними деревьями мы остановились.

– Вон наш дом, красная крыша над яблонями видна, – показав рукой, сказал Сашка. – Пойдёмте!

– Нет, Саша, мы не пойдём дальше, – улыбнулся я. – Беги один домой, тебя, наверное, уже потеряли.

– Пойдёмте! Я вас познакомлю со своими!

– Нельзя нам дальше.

– Почему?

– Тогда нас потеряют и, возможно, очень надолго. Неужели ты ещё ничего не понял?

– Что я не понял?

– Ты только что был в другом мире, а сейчас возвращаешься обратно в свой. Странно, что ты, зная, что рядом с вами нет никакой реки, этого не понял.

– Ой… – Сашка смутился, – Я как-то не подумал даже. Легенда говорит, что река появляется, но то, что она в другом мире течёт – ни слова. Неужели на самом деле другой мир? А как же вы?

– Да, мы с ребятами из другого мира, и нам не следует идти к тебе в гости.

– Но, почему? Я же… был у вас, значит, вам можно ко мне.

– Нельзя. Проход закроется и что нам останется? Ждать целый год, пока откроется снова? Где жить целый год? Как объяснить, откуда мы взялись? Да и вообще – лишние проблемы не нужны никому. Поэтому нам нельзя принять приглашение и пройти в твой мир.

– Жалко… А, может, не закроется, пока ко мне сходим? Тут же совсем рядом!

– Обязательно закроется, как только ты пройдёшь несколько шагов от леса к дому. Видишь, твой дом, вроде бы близко, но воздух вокруг него словно плывёт? Как будто ты на него издалека смотришь? Это говорит о нестабильности пространственного континуума. Короче говоря – проход сразу закроется, как только ты пойдёшь к дому, поэтому нам нельзя с тобой.

Мы помолчали. Сашка, похоже, начал понимать, что происходит, и что с ним было совсем недавно. А я чувствовал, как дрожит и звенит в нетерпении готовая порваться струна, соединяющая два пространства-времени. С некоторых пор я это очень даже хорошо чувствую. Кажется даже, что не одна, а две или три струны натянуты и вот-вот порвутся, и это чувство тревожило.

– Так мы, получается, больше не встретимся? – негромко спросил Сашка.

– Скорее всего – нет. Жаль, мы не увидим, как ты научишься летать.

– Тогда, может, через год?

– Через год проход может открыться не у твоего дома, а где-нибудь в другом месте. Или ты просто не сможешь его увидеть, даже если он будет рядом.

– Почему?

– Потому, что ты уже использовал свою попытку, и, насколько мы понимаем, удачно. В другой раз проход может открыться для кого-то другого, – улыбнулся я. – Но ты не расстраивайся – всё может обернуться иначе, а не как я сказал, потому что те, кто хоть раз прошёл границу между мирами, становятся другими, не как все.

– Какими? – глаза мальчишки загорелись. – Откуда ты знаешь?

– Какими? Самыми разными. Разве уметь летать обычное для человека умение? То-то же! А откуда я знаю – неважно. Просто поверь – знаю! Ну, давай прощаться…

Мы пожали, один за другим руку, Сашке и он, виновато улыбнувшись и пожав плечами, повернулся и пошёл. Один раз он ещё успел оглянуться, и мы помахали ему руками, а потом струна со звонким хлопком лопнула. И Сашка, и его дом мгновенно исчезли, исчез и край леса. Нас ударила не очень сильная воздушная волна и улетела куда-то дальше, шелестя листвой деревьев. Я огляделся: мальчишки стояли рядом, продолжая держаться за мой ремень, деревья и кусты вокруг нас не изменились, только вместо края леса дальше продолжался лес.

– Ну, давайте теперь искать дорогу обратно, – сказал я кадетам. – Помните, как шли сюда? Где оставили последнюю стрелку?

Последнюю стрелку выкладывал из веточек Граник и нашли мы её быстро. Хвостик стрелки указывал прямо на проход между двумя высокими соснами, неизвестно как затесавшимися в этот лиственный лес. Я не помнил сосен по пути сюда – вероятно просто не обратил внимания за разговором с Сашкой. Но, с другой стороны, их вообще могло быть не заметно из-за накладок двух реальностей друг на друга. Ну да ладно, стоят сосны – и пусть себе стоят, красавицы. Задрав голову, я посмотрел на вершины сосен: они мерно покачивались, хоть не чувствовалось ни малейшего ветерка. Пока смотрел на них, вдруг на долю секунды показалось, будто густые кроны исчезли и тут же появились вновь, но, скорее всего, просто моргнул и так получилось.