– Сколько-сколько весит? – удивился Кузьма и попробовал поднять гирю.

Поднять получилось, но вот отжать уже нет.

– Все, командир, в наше отделение тебя не берем!

Все стоявшие вокруг засмеялись.

– А ты можешь? – спросил Кузьма, ставя гирю у ноги Аветисова и вытирая пот.

Казак улыбнулся и без особого труда стал отжимать гирю левой рукой.

– Одной левой! – ответил он, с улыбкой выжимая несколько раз неподъемную гирю. – Мы бы все хотели служить вместе, товарищ капитан 3-го ранга. Мы земляки, сослуживцы и у нас общие интересы.

– Обещаю, будете служить вместе! Я люблю спортсменов! Надеюсь, что к концу нашего обучения и я смогу выжать вашу гирю и вы примите меня в свое отделение! – и он похлопал по плечу Аветисова.

Под афганкой у парня, как бугры, вздулись гигантские мускулы, а его выточенное, как топором лицо, радостно улыбнулось.

– Становись! – скомандовал Кузьма, оглянувшись на Науменко.

– Кузьма Степанович, отправьте всех получать обмундирование и имущество на склад, а нам всем надо немного обсудить некоторые вопросы.

Кузьма приказал вахмистру Волкову:

– Вахмистр Волков, ведите людей на вещевой склад получать обмундирование и имущество. После переодевания общее построение перед казармой.

Тот кивнул головой и скомандовал:

– Направо! В колонну по шесть стройся!

И когда казаки перестроились в колонну по шесть, скомандовал:

– Правое плечо вперед! С места с песней про Марусю, шагом – арш!

И внезапно над лагерем разнеслась дружная песня:

 
         Маруся отчайно слезы льет,
         Как гусли душа ее поет!
 

Офицеры смотрели, как дружно с известной всем песней их воинство марширует мимо них. Отбивая дружно шаг, казаки направились в сторону склада получать обмундирование и имущество.

«Не так уж все и плохо, как казалось сразу!» – подумал Кузьма и посмотрел на Осиповича.

Тот улыбался во весь рот, казалось, что он тоже хочет побежать вслед за строем и запеть озорную солдатскую песню из известного кинофильма.

 
         Кап-кап-кап из ясных глаз Маруси
         Капают слезы на копье! – доносилось уже издалека.
 

– Товарищи офицеры, пройдем в здание штаба! Нам необходимо обговорить некоторые вопросы! – скомандовал Науменко.

В помещении штаба было пять комнат. Одна командирская, использовавшаяся для проведения совещаний и размещения командира. Еще четыре комнаты, как объяснил Науменко, предназначались для размещения офицеров отряда по два человека в комнате.

В командирской собрались для совещания Науменко, Гусаченко, Зленко, Осипович и Миронов.

Усков направился к своему подразделению, видимо, решив, что пусть разбираются, как хотят.

– А ты чего домой не едешь? Или тоже с нами решил в Чечню? – спросил Кузьма Пашу.

– Я бы с удовольствием поехал бы с вами туда, это лучше, чем зад протирать в военкомате или домой приходить к моим бабам. Но я же обещал твоей Петровне привезти тебя сегодня. Я не могу ее обмануть! – ответил тихо Паша.

– Тогда подожди! Мне еще отпроситься надо у Науменко. Я не волен уже делать, что захочу.

По праву старшего Науменко занял место за столом, остальные расселись на стулья перед ним.

– Направление деятельности вашего отряда – разведывательно-диверсионное. То есть то, чем традиционно занимались казаки на войне. Хочу сразу сказать, что на вас возлагаются большие надежды не только руководством Кубанского казачьего войска, но и командованием, занимающимся проведением специальных операций на территории Чечни. Это, прежде всего, руководством ГРУ. Нам нужны хорошо подготовленные бойцы для проведения специальных операций. Не скрою от вас, что армия крепко завязла в Чечне. И требуются специальные методы решения проблемы. Прежде всего – это физическое устранение руководителей Ичкерии, стоящих за войну с Россией. Не буду также лицемерить и врать. Наш спецназ ГРУ и ФСБ уже понес большие потери в Чечне. Пополнить сразу их сейчас некем, а решать необходимо. Готовятся уже и другие отряды. Война есть война и она не терпит пропусков и потери времени. Потеря времени как в шахматах, это потеря темпа, а значит – проигрыш. Против нас воюют не простые горцы, пастухи, земледельцы, а прежде всего – страны НАТО, задача которых – не дать свободу Ичкерии, а через Ичкерию развалить Россию. Наше руководство приняло решение в этот тяжелый для нас момент использовать ваш отряд казаков. Не просто казаков, набранных по станицам, а подготовленных казаков для решения наших задач. Все отобранные нами люди, в той или иной мере, уже участвовали в боевых действиях в различных регионах страны и других странах и имеют боевой опыт. Наша задача за это время подготовить их к решению специальных задач. Для этого мы сегодня здесь. Есть вопросы?

Кузьма, решившись наконец, встал, прокашлялся в кулак.

– Товарищ полковник, я хотел сказать, что я, наверное, самый неподготовленный и не имеющий боевого опыта с точки проведения специальных операций, о которых вы только что всем сказали. У меня нет опыта руководства таким отрядом. У нас есть с вами подготовленный старший лейтенант Осипович, имеющий специальную подготовку и неоценимый опыт. Предлагаю его, пока не поздно, назначить командиром отряда. Я же готов возглавить взвод, а если надо – пойти простым десантником.

Науменко усмехнулся.

– Вы все сказали?

– Так точно!

– Значит, так! Ваша кандидатура, Кузьма Степанович, одобрена на самом высоком уровне в нашем учреждении. Мы ознакомились с вашим личным делом. Вы нам подходите. И никто этот вопрос пересматривать уже не будет. Мы постараемся максимально помочь вам подготовиться к выполнению всех ваших обязанностей. Я за это отвечаю. И гарантирую, что у нас будут хорошие учителя. У Осиповича уже есть свое задание, согласно его профиля подготовки. Еще вопросы есть? – он оглядел присутствующих офицеров, – вопросов нет!

Науменко усмехнулся.

– А вы не струсили? Вообще, Кузьма Степанович, я ожидал от вас такой демарш! Но когда я сказал, что вы нам подходите, я не кривил душой. Вы именно тот человек, который нам сегодня нужен. Прежде, чем согласиться на вашу кандидатуру, мы внимательно ознакомились с вашим личным делом. Сегодня мы знаем практически о всех ваших подвигах и в Севастополе, и во Владивостоке. Наши люди на Дальнем Востоке встретились с теми, кто вас знал лично. Вам великолепную характеристику дал ваш бывший представитель особого отдела капитан 3-го ранга Лебедев. Давайте лучше перейдем к делу. Времени у нас немного. Что необходимо в первую очередь вашему отряду для обеспечения подготовки и действий в тылу врага? Какие же будут ваши запросы?

– Владимир Александрович! – задумавшись, сказал Кузьма. – Я думаю, что Михаил Осипович сможет более грамотно изложить наши потребности, свои предложения. И уверен, что в ходе подготовки мы их сможем корректировать?

Науменко кивнул головой.

Осипович прокашлялся, встал и сказал:

– Владимир Александрович, нам необходимо специальное снаряжение. Это десантные автоматы АК-103, снайперские винтовки СВД БСК, бесшумные снайперские винтовки ВСС, бесшумные пистолеты, гранатометы, огнеметы РПО ПДА-А «Шмель-М», пулеметы РПК, пара хороших минометов, гранаты Ф-1, РКГ-3. Побольше патронов, в том числе, на период подготовки. Мне нужны десантные ножи, бросательные гвозди, средства связи для связи, обеспечивающие связь внутри отряда, обязательно в диапазонах, где могут работать боевики. Нужны медикаменты. Альпинистские крюки, веревки, хорошие инструктора. Обязательно нужны врач и фельдшера. В отряде должен обязательно быть начальник связи и шифровальщик. И все они должны быть подготовлены к ведению боевых действий в тылу врага. А без хорошего снаряжения и вооружения – это сделать невозможно.

Науменко все подробно записывал, и хмурился.

– Заявка у тебя веселая и самое главное, что подробная. Все это вам обеспечит капитан Усков. Мы планируем, что в ваш отряд пойдет дополнительно и экспериментальное вооружение для спецназа прямо с заводов. Что не будет у Ускова, будем присылать из Москвы самолетами. Дадим все, что есть у нас в загашниках, самое лучшее. Теперь по технической части.

Науменко посмотрел на капитана Миронова.

Он покраснел, потом достал мятый листок из кармана своего комбинезона, надел на нос очки и стал подробно излагать технические вопросы:

– Нам нужны десять БТРов, причем, один из них в командном варианте, второй обязательно ремонтный, медицинский и шесть боевых. Лучше, если это будут БТР-80М. Нужны обязательно дополнительно машины для перевозки полевых кухонь. Есть и готовить пищу отряду будет надо. На такой отряд минимум три-четыре полевые кухни. Теперь, наверное, будут нужны легкие минометы и желательно минимум два горных орудия небольшого калибра. Для их перевозки нужны будут автомобили, штук шесть, я прикидывал. Обязательно нужны бензозаправщики. Не всегда будет возможность в степях или горах иметь бензоколонку под боком. Теперь по людям: мне обязательно нужен подготовленный заместитель, способный заниматься ремонтом материальной части, которая почему-то имеет привычку выходить из строя, особенно при интенсивной эксплуатации в горных условиях и боевой обстановке, – он сдвинул очки на лоб и внимательно посмотрел на Науменко и Кузьму и сел.

Кузьма встал и сказал:

– Если воевать, Владимир Александрович, так воевать! Для войны готовимся и опозорить казачество не должны и не имеем права. Нам нужен старшина отряда. Я думаю, вахмистр Волков подойдет на эту должность, тем более, что он уже сам стал исполнять обязанности. Приказы нам будут нужны по всем вопросам, наверное, печать, как в отдельной воинской части. Когда пойдем в горы – все сдадим.

– Назначай, Кузьма Степанович, старшину! Набирай штат канцелярии! Начальника штаба мы тебе пришлем позже!

Кузьма посмотрел с недоумением на Осиповича. Он-то рассчитывал, что начальником штаба станет специалист по диверсионной деятельности Осипович.

Перехватив его взгляд, Науменко сказал:

– Осипович возглавит разведывательно-диверсионный взвод. Вам же тоже нужна будет разведка и мобильные отряды. А начальник штаба обязательно будет.

Поднял руку и попросил снова слова Осипович:

– Я забыл. Мне в разведку будут нужны кони. Горные кони или хорошие ишаки. Голов тридцать-сорок. Нужны в составе разведывательно-диверсионного взвода хорошие проводники, знающие местность в горах, обычаи и язык местного населения. Мне необходимы будут специалисты, имеющие альпинистскую подготовку. Я планирую в разведвзводе минимум четыре разведывательных отделения из числа бывших десантников, морпехов, спецназовцев, знакомых со спецификой нашей деятельности. Отделения должны быть многофункциональны и независимы друг от друга. Они должны быть способны в одиночку и вместе выполнять разведывательно-диверсионные задачи. В каждом отделении по опыту должно быть четыре или пять человек.

Науменко все аккуратно записал. Записав все, он встал и подытожил результаты совещания:

– Товарищи командиры? Постараюсь все вопросы решить положительно. То есть я понял предлагаемую структуру вашего отряда так. Взвод разведывательно-диверсионный, возглавляемый старшим лейтенантом Осиповичем, в составе которого должны быть 4–5 отделений, то есть четыре-пять самостоятельных разведывательных конных групп. В том числе, несколько групп, имеющие альпинистскую подготовку. В составе каждого отделения должен быть, наверное, снайпер, сапер, связист, проводник, знающий местные языки и обычаи горцев. Далее идет боевая рота для поддержки разведывательно-диверсионного взвода и проведения более крупных операций, также состоящая из минимум трех боевых взводов и разноплановых специализированных отделений, способных самостоятельно решать задачи, в том числе и разведывательно-диверсионного характера. Требуется минометно-артиллерийский взвод для огневой поддержки подразделений. Требуется механизированный взвод для передвижения отряда в составе минимум 10 БТРов и шести автомобилей. Помимо этого, должны быть санитарное подразделение во главе с врачом, отделение снабжения во главе со специалистом тыла. Пока надо сегодня определиться и посмотреть из бойцов, кто уже прибыл к нам, кто – есть кто. Сейчас надо распределить их по подразделениям в соответствии с тем, что мы здесь уже наметили и, используя предыдущий опыт вашей и моей службы.

– Нам желательно иметь армейских офицеров: начальника штаба, офицера сапера, офицера артиллериста, специалиста по снайперскому делу, офицера врача и офицера снабженца! – сказал Кузьма.

Науменко закрыл блокнот и сказал:

– Пока могу только пообещать вам буквально завтра, так сказать, инженера человеческих душ, духовного наставника отряда отца Михаила. А он специалист по многим вопросам.

С улицы раздался дружный топот ног возвращающихся со склада казаков и песня

 
         Россия, любимая моя,
         Родные березки тополя!
         Как дорога ты для казака,
         Родная русская земля!
 

– Раз, два, левой! – раздавались в открытое окно команды вахмистра Волкова. – Отряд, стой!

Науменко предложил всем выйти на улицу.

Все дружно встали и направились к выходу.

Казаки стояли перед штабом, переодетые в новенькую камуфляжную форму одежды.

– Называется «пятно», – объяснил Кузе Осипович. – Хорошая форма!

Они вышли к строю, и вахмистр Волков скомандовал:

– Смирно! – хотел доложить, но Науменко движением руки остановил его.

– Будем сейчас распределять всех по подразделениям. Первый формируем разведывательно-диверсионный взвод. Михаил, ваше слово!

Осипович вышел вперед и скомандовал:

– Бывшие десантники-разведчики, морпехи-разведчики, спецназовцы, альпинисты. Выйти из строя на пять шагов!

Человек двадцать вышли из строя и ожидающе смотрели на Осиповича.

– Вы будете проходить службу в разведывательно-диверсионном взводе, сокращенно РДВ. Я ваш командир взвода. Пройдем в вашу казарму, там поговорим, кто что умеет и может. Направо!

Разведывательно-диверсионный взвод стройно замаршировал в сторону ближайшей казармы.

– Механики-водители, шоферы, специалисты по ремонту автотранспорта. Выйти из строя на пять шагов! – продолжал командовать Науменко.

Человек десять вышли вперед.

– Сергей Викторович! Забирайте своих людей!

– Налево! – скомандовал Миронов и повел своих людей в сторону гаражей знакомиться и составлять списки взвода.

– Минометчики, артиллеристы, корректировщики – выйти из строя!

Из строя вышло человек пять. Среди них стоял слегка узкоглазый черноволосый старший сержант.

– Ваша фамилия как?

– Старший сержант Нургалиев Евгений Прохорович. Командир минометного отделения.

– Нургалиев, вы назначаетесь командиром артиллерийско-минометного взвода! Пока знакомьтесь со своими людьми. Составляйте списки.

Нургалиев увел в сторону казармы минометчиков и артиллеристов.

– Фельдшера, санитары, повара, баталеры, писари – выйти из строя! – продолжал командовать Науменко.

Из строя вышло человек шесть, среди них был в солдатской форме светлоусый сержант.

– Вы кто будете по специальности? – обратился к нему сразу Науменко.

– Сержант Вислогузов. Фельдшер, сороковая армия. Афганистан. Закончил медицинское училище в городе Краснодаре! – коротко ответил высокий светлоусый парень.

– Вот вы и возглавите пока санитарное отделение.

– Писаря есть?

– Так точно!

– Поступаете в распоряжение вахмистра Волкова!

– Есть! – ответил невысокий крепыш.

– Снабженцы, повара есть?

Оставшиеся подняли руки.

– Это не значит, что вы тыл, вы должны будете уметь использовать любое оружие так же, как и в боевых взводах. Поэтому занятия на полигоне для вас также обязательны вместе со всеми. А пока составьте списки и распределите своих по специальностям. Старший будет высокий и симпатичный казак в кубанке. Понятно?

– Так точно!

– А кто вы по профессии?

– Повар! Ефрейтор Груздев!

– Отлично! Составляйте списки!

Перед Кузьмой в строю осталось человек семьдесят во главе с вахмистром Волковым.

– Волков, распределите оставшихся казаков на три взвода. В каждом взводе три отделения. В отделении должен быть снайпер, связист, пулеметчик, сапер.

– Есть распределить людей по взводам! Урядники Павленко, Громов и Царегородцев – выйти из строя! – скомандовал вахмистр Волков, – распределить людей на три взвода, так как приказал товарищ полковник. Вы назначаетесь командирами боевых взводов. Распределите людей по отделениям! – скомандовал Волков.

Разношерстная толпа быстро преобразовалась и превратилась в несколько стройных подразделений. Единственное, что отличало ее от армии, так это то, что в строю стояли не восемнадцатилетние мальчишки, а уже готовые специалисты, многие из которых прошли и огонь, и воду и медные трубы, имели воинские специальности и боевой опыт. Раздавался легкий шум, слышались споры. Порядок в строю боевой роты наводили Волков и назначенные им командиры взводов.

К Кузьме, Зленко и Науменко, отошедших от строя к курилке, представлявшей из себя несколько скамеек, врытых букой П, посреди которой находился небольшой бак с водой, подошли капитан Усков и с ним низенький и плотный капитан и стройный лейтенант.

– Разрешите представить, капитан Семенов – специалист по саперному и стрелковому делу, закончил Борисовское общевойсковое училище, прошел Афганистан и лейтенант Лихошерст. Закончил Екатеринбургское артиллеристское училище. Ваши наставники и инструкторы. На время подготовки прикомандировываются к вам.

– Ну что же! Это очень хорошо! – заулыбался Науменко, пожимая офицерам руки, – вот ваши подчиненные на период подготовки. – Он показал Лихошерсту в сторону минометчиков и капитану Семенову в сторону боевой роты. – Знакомьтесь, получайте оружие и обучайте!

Оба офицера, откозыряв, убыли к своим подразделениям. К Науменко, Кузьме, Ускову и Зленко подошел улыбающийся Осипович и доложил Ускову:

– Я своих распределил по отделениям, получилось четыре отделения. Хлопцы все боевые, прошли горячие точки – это хорошо. Сейчас, товарищ капитан, получим у вас оружие и у нас кросс с полной боевой выкладкой. Надо же мне знать, кто на что способен! Заместителем командира взвода я назначил старшего сержанта Вороненко. Бывший спецназовец, прошел Африку. Хороший парень.

– Оружие получите на оружейном складе, там же боезапас! – вежливо сказал Усков, – команды я все уже отдал и вас там ждут!

– Ну, я тогда пошел? – попытался откланяться Осипович.

– Подожди, Миша! – мягко и вежливо сказал Кузьма, – я только вчера прилетел с Дальнего Востока. Практически не видел родителей. Разрешите, товарищ полковник, мне отлучиться до завтрашнего утра. Все равно сегодня организационный день. Я обещал родителям приехать, но это последний раз!

Науменко немного помялся, подумал и затем разрешил Кузьме до девяти утра отлучиться из лагерей, оставив за себя Осиповича.

К офицерам подошел Волков с тремя казаками.

– Это Шевченко, Хименок и Журавский – писари. Разрешите их забрать в штаб? Нам необходимо организовать канцелярию! Оформлять личные дела, документы, вести прочую писанину, без которой не может существовать ни одна воинская часть. Ну и еще содержать, получать, отправлять и оформлять секретную документацию. Ведь, наверное, будет такая?

– Волков, все правильно! Все будет! Только полигон для них не отменяется. Каждый боец должен уметь воевать и воевать хорошо! – поучающим голосом сказал Науменко.

– Старшину второй статьи, вернее, младшего урядника Шевченко я назначил старшим среди писарей! – заулыбался Волков, – и дал ему команду составить полные списки отряда, оформить личные дела казаков. Нам необходима пишущая машинка типа «Москва» или «Украина».

– Получите пару машинок «Москва» в моем штабе! – коротко сказал Усков.

– Павло! – сказал майору Зленко Науменко, – будь ласка, забери Кузьму в станицу до утра! А там пусть встретится с родителями и утром, часам к шести, не позже, опять сюда доставь. Попрощаться ему надо, а то мне потом его старики проходу не дадут.

– Точно не дадут! – усмехнулся в усы Павло Александрович, – особенно мне не даст дед Степан. Глотку перегрызет или сам сюда прикатит на своем «запоре».

– Ну, значит, так тому и быть, Кузьма! Сегодня ты домой с ночевой, а завтра по полной выкладке все занятия с раннего утра и до позднего вечера! – отпустил Кузьму Науменко, – а я, значит, побуду немного и соберусь в Краснодар – выполнять ваши задания! Все, Кузьма Степанович! Пусть командуют Осипович и Миронов, а ты со Зленко пока в Охотскую. Завтра утром к шести утра быть здесь!

– Все понятно, товарищ полковник!