Глава 4

– Маш, я не понял, а почему ты съехала? – папа в очередной раз пытался достучаться до моего здравого рассудка, который, как он думал, есть.

Я в этом уже сомневалась …

Мы прощались у ворот нашей дачи. Он со Светланой уезжали в город. Оказалось они уже жили вместе. Поэтому я просила оставить мне ключи от дома.

– Папа! Не съехала, а дала возможность собрать ему вещи без моего присутствия!

Я сдерживала слёзы, отвернувшись от отца, чтобы он их не видел, и нервно переминалась с ноги на ногу.

Подошедшая Светлана погладила его по плечу, успокаивая. Она тактично не вмешивалась в разговор, только лишь выступала гасящим фактором в приступах ярости отца.

Когда я ему поведала о причинах развода, папуля собирался лично поехать в эту же минуту к Юрию, «чтобы набить мерзавскую рожу». Именно так он охарактеризовал никогда нелюбимого зятя.

Я лишь всхлипывала и пила успокоительное, которое мне накапала Света. Страшно было представить, что будет, если он узнает, что я совершила. Связи у папочки были: всё-таки не последний человек в городе. Шилов так испепелял меня своим гневным взглядом, что казалось, что он и вправду в курсе всего.

– Может ко мне? Поживешь с нами. Ты на работу замучаешься по этим пробкам мотаться туда-сюда.

Я посмотрела на женщину, безмолвно стоящую рядом. Она не выражала никакого протеста, по крайней мере никаких намеков я не заметила.

– Не хочу вам мешать, это мои проблемы.

Папа, кажется, зарычал, нет он взревел, точно зверь.

– Ты моя дочь!

От его крика даже вороны с соседних деревьев всполошились.

– Так, Машенька, не говори глупостей. А ты, Шилов, не горлопанить. И так всю округу распугал своим рычанием, – спокойным командным тоном процедила Светлана, таким, чтобы слушали и слышали, точно мы на экскурсии в музее. – В конце концов, у меня тоже есть своё жилье. И я могу в любой момент пожить там.

Папа уставился на неё очумелым от возмущения глазами.

– Ну всё-всё, Шилов. И не смотри на меня так. В машине тебя подожду, – посмеиваясь, она чмокнула его в щеку и упорхнула в автомобиль, помахав мне ручкой.

И где он её только нашёл, такую?

– Светлана потрясающая женщина, – одобрительно протянула я, игриво пихнув отца локтем в бок.

Довольная широкая улыбка украсило вечно невозмутимое лицо бизнесмена.

– Растеряша, всё. Поехали домой, – отец не сдавался.

– Пап… – я умоляюще посмотрела на него.

– Ай! Делай что хочешь!

Сердито махнул рукой и пошёл к машине, затем резко развернулся, указав на меня пальцем.

– Хотя нет, что хочешь не надо, а то я знаю тебя.

– Спасибо, папочка. Ты самый лучший, – я расплылась в самой очаровательной улыбке из своего арсенала.

Всё-таки папуля действительно у меня самый-самый.

– Лиса! Всё, увидимся на работе. Я найду тебе лучшего адвоката по разводам, об этом не переживай, – тоном не терпящим никаких возражений сообщил он.

Несмотря на его поддержку, я не находила себе места. Какое-то свербящее изнутри чувство спешило вырваться наружу. Меня не отпускало, потому что Полонский больше не звонил и не писал. Вообще! Как затишье перед бурей. Отпустил? На него это было не похоже…

Перед отцом я храбрилась, а когда он уехал, дала волю слезам. Да и потрёпанные нервы от осознания, как муж поступил со мной, дали о себе знать. Меня прорвало, как дамбу. Не знаю, когда я заснула, но на утро выглядела ужасно. Пришлось прикладывать холодные огурцы на глаза, чтобы реанимировать опухшие веки. Нельзя, чтобы окружающие увидели меня такую: зарёванную белугу.

По пути на работу снова завывала под радио. И даже как-то полегчало, видимо прооралась. Не зря это упражнение в психологии имеет невероятный успех.

Как только я переступила порог своего кабинета, меня завалило документами, отчётами и чертежами. Привычно и ожидаемо. Даже не было времени подумать, да ни о чём не было времени подумать.

Так что, когда я выжатая, как лимон, выходила из офиса, не сразу заметила машину Юры. Он вальяжно подпирал собой мой автомобиль и выжидал, словно зверь свою добычу. Даже мурашки, неприятно пробежавшие по телу, явно посылали опасные сигналы мне дурынде, что не стоит без свидетелей вести с ним разговоры.

Полонский выглядел очень солидно и даже немного старше своих лет. Брюнет с холодными серо-голубыми глазами, густыми тёмными волосами и с невероятно притягательной и обаятельной улыбкой. Она у него выходила такая тёплая, такая… красивая. Он весь был красив… Так красив, что я дура, опять истекала на него слюной, даже сейчас. А он, подлец, только и ухмылялся, зная это.

Мысленно отпустила себе подзатыльник. Стряхнув морок наваждения, уверенно направилась к нему, проговаривая себе чёткую установку не поддаваться его влиянию. Иначе нельзя. Иначе, я опять поверю, или сделаю вид, что поверила, снова дам обмануть себя и буду играть роль счастливой жены.

– Здравствуй, – мой голос дрогнул, я старалась, очень старалась не сломаться.

– Привет, Маш, – Юра невозмутимо поцеловал меня в щёку, отстранился, поглаживая плечи.

Излюбленная ласка моего мужа: тёплый взгляд, ненавязчивое поглаживание, типа «что ты дурочка, снова себе напридумывала» и его сладкий гипнотический голос или шёпот с хрипотцой. Внутри я вибрировала от какой-то безысходности. Вот, что он делал со мной. Всегда.

Сначала я сама утонула в нём, растворилась. Позволила подчинить, подмять, подстроить. Ведь это было так легко! Первый во всём Полонский Юра заполучил наивную овечку. А потом не представляла себя без него, дышать не могла, задыхалась от мысли, что я не одна у него. И было плевать, на себя ведь было плевать!

Я смотрела в сторону, боясь встретиться с серо-голубыми океанами. И просто не могла найти в себе сил заговорить первой.

Тряпка! Тряпка! Тряпка!

– Маш, поехали домой, – Юра уткнулся носом в мою скулу и нежно провёл им по шее, вдыхая мой запах.

Я задрожала, от страха или от возбуждения.

А может и от того, что хотела его, и ненавидела себя за это?

Зажмурилась и вспомнила о своём народившемся ребенке, которого я убила. Я.

Мне почему-то казалось, что это девочка. Всё думала о ней. Девочка с тёмными волосиками, вся в Юрочку. А глазки мои и носик-кнопочка. И так больно. Больно. Больно.

Мне она снилась, спрашивала за что. А я думала свихнусь. Спасибо тогда контракт с финнами, работы «по горло» было, а так бы сдохла.

Всё. Окатила себя ледяным душем. Мягко отстранилась от мужа. Нашла в себе силы посмотреть Юре в лицо: морщинки у глаз, прямой нос, лёгкая трехдневная щетина, тонкие губы, аккуратные.

Ненавижу. И люблю.

– Нет, Юра. Нет, – прошептала не поднимая взгляд.

Протянула брелок с ключами от его Гелендвагена.

Не ожидал, Полонский, не ожидал.

Я видела это по злющим глазам. Юра сдерживался.

– Отдай ключи от моей, – попросила отстранённо, а у самой внутри всё дребезжало, кипело и просилось выплеснуться.

– Маша.

– Отдай. Мне. Ключи.

Каждое слово давалось с трудом, не могла больше находится рядом с ним.

Полонский сдался, но его этот дикий, звериный взгляд не предвещал ничего хорошего для меня. Он как обещание жуткого и невыносимого будущего.

Я села в машину и почему-то сразу заблокировала двери. Инстинкт самосохранения? Возможно. И наконец сделала вдох. Поморщилась от запаха какого-то приторного женского парфюма.

«Мерзавец, какой же ты мерзавец!» – меня потряхивало и домой не хотелось.

Вставив ключи в зажигание, завела двигатель. Мерс приятно заурчал и через несколько минут я мягко тронулась с места. В зеркале заднего вида наблюдала, как Полонский смотрел и провожал меня взглядом.

– Пошёл ты! – зло произнесла я, вытирая слёзы.

Когда-нибудь я осмелюсь плюнуть ему эти слова в лицо, а пока говорила это отражению.

«Не сегодня, Маша. Не сегодня…»

Глава 5

Как только я выехала с парковки, где оставила Полонского, который, к слову, сразу удостоил меня вниманием в виде сообщений с текстом «Маша, не дури. Жду тебя дома», я позвонила рыжей подруге.

Ехать на дачу не было сил, да и оставаться одной не хотелось. Мне нужен был кто-то, кто удержал бы от необдуманных действий, одним словом, якорь.

Самойлова довольно долго не отвечала. Но когда я услышала её голос, стало понятно почему. На фоне гремела танцевальная музыка и были слышны голоса. Я даже опешила, и проверила, ей ли я набирала.

– Hi, мышка! Как ты? – она громко говорила, пытаясь перекричать басы музыки.

– Ната, привет! Я не во время? – не знаю почему я ей позвонила, но она была единственной, кому я была готова излить свою душу.

– Да ты что! Я просто в клубе, с друзьями! – мои брови неосознанно поползли вверх.

– В понедельник? – удивлённо спросив, не смогла скрыть шокированной интонации в голосе.

Самойлова рассмеялась:

– Машка, да я тут с клиентами. Потом встретила друзей. Такая работа, – беззаботно оправдывалась девушка, я даже ей позавидовала. – Приезжай к нам!

«Работа? Клиенты? Чем она занимается?» – все эти вопросы крутились в моей голове, пока я думала над предложением.

Наташа не производила впечатление эскортницы, поэтому этот вариант я отмела сразу.

– Сейчас скину геолокацию! – она завершила вызов, даже ответить мне не дала.

Я подъехала по адресу, который мне скинула Наташка Самойлова. Это был какой-то ночной клуб, судя по столпившейся очереди снаружи, довольно популярный. И теперь я смотрела на глянцевую хромированную дверь с яркой неоновой вывеской. Стоило ли мне соглашаться? Сомнения одновременно будоражили и изводили.

– Зачем я вообще приехала?

Сжимала руль и, как дурочка, пялилась на вход в подозрительное заведение. Хотела уже уехать, как в боковое окно постучали. Я даже вскрикнула от неожиданности.

На меня смотрел весьма симпатичный молодой мужчина с ухоженной бородой. Я внимательно окинула его взглядом, что не ускользнуло от него. Опустив стекло, вскинула брови мол «что дальше». А парень странный какой-то, молчал и пристально сканировал своими черными глазами.

– Вам что-то нужно? – не вытерпела я, про себя отметив, что он с виду вполне прилично одет, не бомж и не пьяница.

Уже потом подумала, что я идиотка, открыла окно незнакомцу.

– Рыбка, ты мне проезд закрыла, – приятный голос мужчины посылал вибрации по телу.

Подзависла. Наверное, то ещё зрелище. Губки приоткрыла в форме буквы «о» в удивлении.

Брюнет, с взъерошенными в аккуратную прическу волосами, хмыкнул в ожидании, затем улыбнулся и подмигнул. Меня это так отрезвило, я тут же потянулась рукой к ключам. Но похоже так нервничала, что заблокировала руль. Парень хохотнул, от этого мне ещё стало хуже.

Нелепая ситуация.

– Помочь, малышка?

«Какая я тебе малышка!» – я только фыркнула своим же мыслям.

А брюнета происходящее веселило. Он наклонился и заглянул в салон, потянулся к рулю, и через мгновение завел мою машину. Пока он всё это проделывал, я успела вдохнуть безумно приятный парфюм, что-то свежее мятное с невесомыми нотками лимона и шалфея, слегка сладковатый, приятный и тёплый.

Боже…

– Не благодари, – парень со смешком отстранился, видимо заметил мой ошалевший взгляд.

– С-спасибо, – пролепетала в ответ, чуть ли не заикаясь.

Я отъехала немного вперед, ещё раздумывая зайти ли в клуб, как в окно снова постучали, на этот раз тихонько.

Я снова опустила стекло, вопреки внутренним предостережениям.

– Слушай, рыбка, не хочешь выпить? – игриво проговорил ненакомец.

Темноглазый парень снова нарушил моё пространство. Наклонился и сложив руки, как примерный ученик, оперся о мою дверь.

– Вообще-то, я за рулём, – удивляясь его нахальности, ответила я.

Не успела даже пикнуть, как он разблокировал мою дверь и открыл.

«К тому же, ты ещё замужем, Маша», – пронеслось в голове.

– Прошу, – протянул мне руку в ожидании.

Я замешкалась, всё ещё сомневаясь в правильности происходящего. Но вложила свою ладонь в его лапищу. Коснувшись его горячей кожи, я ощутила лёгкие покалывания от волнения. Странно и непривычно.

Я нервно озиралась по сторонам, чем выдавала своё волнение.

– Да не бойся ты, рыбка, – прошептал прямо возле уха наглец.

Схватив сумочку с телефоном, закрыла мерс, нажав на брелок. Повернулась к моему неожиданному компаньону, имя которого я так и не удосужилась спросить.

«А вдруг он маньяк? Ну да, Маш, чем тебе это поможет, имя его знать», – каждая мысль, возникающая в моей голове, была глупее предыдущей.

– Как тебя зовут?

– Андрей, – хмыкнул мужчина.

Я по привычке протянула руку для рукопожатия.

– А меня Маша, – представилась я, натянуто улыбаясь, чтобы скрыть стеснение.

Брюнет нахально улыбнулся, и его глаза тут же украсили смешливые паутинки морщинок.

– Маша-растеряша, значит, – резюмировал он, не сводя с меня своего хитрого взгляда.

Не дожидаясь какой-либо реакции, Андрей схватил меня за руку, переплетая наши пальцы, и повёл в клуб.

Я, по-видимому, привыкшая к подчинению, потому что по-другому объяснить для себя свою покорность не могла, шла за руку с малознакомым, да вообще незнакомым мужчиной. Конечно, очень красивым и притягательным. Он был выше меня, с широкими плечами и в целом, выглядел, как скала, в сравнении с ним, я вообще мелочь.

«Наверное, если он обнимет меня, то утону в его руках», – краснела от собственных мыслей, как малолетка какая-то.

Но ничего не могла поделать. Он мне понравился, был в нем какой-то мальчишеский магнетизм.

– Чего притихла, рыбка?

Андрей будто чувствовал моё смущение, остановился и развернулся ко мне лицом.

– Я никогда не была здесь, – ответила первое, что пришло на ум, не задумываясь, точно недотрога какая-то.

– Тебе понравится.

Двусмысленная фраза и я опять почувствовала, как кровь прилила к щекам. Он шаловливо подмигнул и снова потянул ко входу в клуб.

Внутри было темно, только свет от стробоскопа бил по глазам. Танцевальная музыка грохотала, отдавая басами в уши. Я давно не была в таких местах. Поэтому осматривала интересный дизайн: куполообразный потолок напоминал какие-то древние катакомбы, граффити на стенах, у входа стояли покрышки и мотоцикл.

Вот это антураж! Мои глаза округлились от восторга! Здесь было так круто!

Андрей поймал мою реакцию и довольно закивал с пониманием, как бы разделяя моё восхищение.

– Ты голодна? – парень прижался очень близко ко мне, пытаясь перекричать музыку.

Я показала жестом, что плохо слышу. А он потащил меня к барной стойке и усадил на стул.

– Сиди здесь, – снова горячий шёпот отправил по телу вагон мурашек.