Глава 3
Катя

Каблуки отстукивали по мраморному полу длинного коридора, грудь колыхалась от каждого шага, норовя выпрыгнуть из узких, вертикальных полосок, которые ее слегка прикрывали. Я подходила к столовой, откуда доносились мужские голоса, и умоляла себя потерпеть. Всего пару часов, и можно уйти к себе. Толкнула высокую белую дверь и оказалась внутри. Три пары глаз сразу впились в меня оценивающим взглядом. Меня передернуло.

– Добрый вечер, – я вежливо поздоровалась и плавной походкой от бедра тронулась к столу. Модельный опыт навсегда оставил след в моей ДНК, поэтому кошачья походка и идеальная осанка – мои неизменные спутницы.

– Привет, Кэти! – растекся в улыбке мой муж. – Позволь тебя представить, Мигеля ты уже знаешь, а это его друг и партнер из Гватемалы, Лукас.

– Очень приятно, Кэтрин. – Я натянуто улыбнулась одними уголками.

Мужчины весь вечер говорили о работе. Я молчала и пила вино. Лукас рассматривал меня исподтишка, зато противный мексиканец ни в чем себе не отказывал. Я не выдержала и задала ему вопрос, который, по моему мнению, должен был его остудить.

– Как поживает миссис Мартинес? Жаль, что вы не взяли ее с собой к нам? – я пристально посмотрела на него и захлопала глазами.

– Она осталась в Мехико.

– С детьми, надо полагать? – Я отпила вино. – Напомните, сколько у вас ангелочков? Четверо?

– Пятеро.

– Вы, наверно, прекрасный отец?

Он самодовольно улыбнулся. Мой маневр не смутил его ни на грамм.

– Не жалуются.

После ужина мы перешли в малую гостиную, где мужчины продолжили пить виски. Муж поставил свой любимый винил с музыкой восьмидесятых. Я скучала и считала минуты, когда можно уйти.

– Обожаю эту песню, Дэн, в России она тоже была популярной? Помню, как вся Мексика сходила по ней с ума. – Уже прилично подвыпивший Мартинес даже задвигал своим полным телом, сидя в кресле.

– Не стесняйся дружище, хочется танцевать – танцуй. – Муж повернулся ко мне. – Кэти, составь компанию моему другу. – Я обмерла, внутри все сжалось. Послала вопросительный взгляд мужу, потом сменила его на умоляющий.

Денис смотрел на меня ровно и твердо.

– Потанцуй.

Это был приказ.

Я медленно встала со стула, на котором сидела и на негнущихся ногах пошла в центр комнаты. Мексиканец с восторгом в глазах облизал свои толстые губы и подошел ко мне. Быстро положил свои липкие руки на мою обнаженную спину и, пользуясь добротой моего мужа, плотно прижал к себе. Я сжала челюсть и все нутро, боясь, что меня вырвет. Мартинес задвигал меня в танце, периодически поглаживая спину, а когда отворачивал от мужа, опускал свои клешни еще ниже.

Это был мой край. Раньше муж позволял только пялиться на меня, но никогда не допускал, чтобы меня трогали. Что будет дальше? Он подложит меня под него и будет сидеть смотреть?

На что еще может пойти мой муж, чтобы у него встал?

Когда эта бесконечная песня закончилась, я молча вышла из комнаты. Сегодня я отдала свой максимум.

Весь остаток вечера я пролежала в кровати, ожидая мужа, но он не пришел. И я не знала, радоваться мне этому или нет. С одной стороны, я его давно не хотела, но с другой стороны – это значило, что методы, которые работали раньше, больше не работают. И из этого следует, что Денис может пойти на большее. Собственно, он это уже и начал делать.

Сегодня был третий раз, когда муж устраивал свой любимый спектакль со мной в главной роли, но не получал желаемый результат. У нас не было секса уже восемь месяцев. А иногда в моей голове закрадывалась странная мысль. Может, моему мужу и вовсе секс неинтересен и все эти игрища он устраивает, чтобы помучить меня. А как я недавно узнала, услышав пару обрывков разговоров, мой муж очень любил играть в разные игры с людьми…

Может, он получает удовольствие, лишая меня секса. Как жестокий садовник, который сорвал самую красивую розу в саду и поставил ее в вазу без воды, чтобы смотреть, как она с каждым днем увядает.

Чтобы подтвердить себе, что я живая, расслабить тело и развеять неприятные мысли, я просунула пальчики под резинку трусиков и погладила чувствительную горошину. О, да! Я живая! Мое тело моментально среагировало на ласку! Я замычала от удовольствия. Рвано и часто втягивая воздух, облизнула губы. Я знала, как сделать себе хорошо. Влажные пальцы, уже полностью измазанные в моих обильных соках, быстро ходили по складочкам периодически ныряя внутрь. Еще, еще чуть-чуть. Взрыв и протяжный стон.

– М-м-м…

* * *

Пару дней спустя я вышла на террасу, где завтракал мой муж, и пожелав доброго утра, плюхнулась на стул с мягкой подушкой. Еще одним негласным правилом в нашей семье было то, что мы никогда не обсуждали, что происходило на вечерах, когда я щеголяла полуголая перед публикой. Просто на следующий день мы делали вид, что все как обычно.

– Через неделю приедут Питер и Сесилия. – Денис не отрывался от чтения новостей в планшете.

Радости эта новость у меня не вызвала. Дети мужа от первого брака, естественно, не жаловали мачеху, которая была младше их. Хорошо, что Денис был увлечен фондовыми сводками и не видел, как я закатила глаза.

Сесилия жила в Лос-Анджелесе с матерью и строила карьеру кинозвезды. За деньги папочки ее продюсер успешно покупал ей роли в неплохих фильмах. А Питер возглавлял один из филиалов компании отца в Нью-Йорке.

– Зачем, есть повод? – я постаралась, чтобы вопрос звучал нейтрально.

– Я уже год не видел своих детей. Решил, что это не дело. Проведем уикенд вместе.

А я ведь тоже не видела своих родителей уже больше года. А родину – почти пять. Сразу накатила тоска, которую я научилась успешно отгонять, но сейчас я подумала, что это несправедливо.

– Денис, я тоже хочу увидеть семью.

– Не вопрос, бери билеты родителям. Пусть прилетают.

– Ты же знаешь, что отец со своим давлением вряд ли перенесет перелет, еще и с пересадками. В последний раз ему было очень тяжело. И я очень соскучилась по России. – И набравшись смелости, озвучила свои мысли: – Я хочу полететь в Сочи сама.

Муж отложил планшет и посмотрел на меня.

– Катюша, об этом и речи быть не может. Я даже представить не могу, чтобы ты одна, без защиты, там.

– Там безопаснее, чем здесь, мне не нужна никакая защита! – Внутри я начала беситься от невыносимого чувства, когда ты сама себе не хозяйка. А самое обидное, я даже не заметила, как оказалась в этом положении.

– Тема закрыта. Ты никуда не полетишь. – Он встал из-за стола, поцеловал меня в макушку и пошел в сторону дома.

Хотелось рвать и метать. Перевернуть этот чертов стол с дорогим фарфором и хрусталем и насладиться видом, как все это великолепие превращается в хлам. Я сорвалась с места и бросилась к дому. Надо сбежать из этого места, хотя бы на несколько часов, иначе я начну задыхаться.

Пробегая через холл к гаражу, я столкнулась с мужчиной. Длинный, худой и с отталкивающей внешностью. Я видела его уже пару раз в нашем доме, и каждая встреча оставляла неприятное послевкусие. Единственное, что я о нем знала, это то, что он русский, потому что он здоровался со мной по-русски. Мужчина прошел мимо меня прямиком в кабинет мужа и плотно закрыл за собой дверь. Что его может связывать с Денисом? Явно что-то нечистое.

Я вспомнила, что надо взять сумку, и поднялась к себе в комнату. Пока шла до спальни решила, что лучший способ выпустить пар – это спорт. Пока выбирала спортивную форму, переодевалась и укладывала волосы в гладкий пучок, потратила минут двадцать. Психоз за это время немного отступил, и я неспешно, подхватив спортивную сумку, покинула комнату. Бесшумно, в мягких кроссовках, ступая по коридору первого этажа, я услышала приглушенную русскую речь. Она раздавалась из чуть приоткрытой двери кабинета. Наверно, кто-то из слуг приносил напитки и плохо закрыл за собой. Я не смогла совладать с любопытством, что же за странный мужчина и по какому вопросу он ходит к мужу. Не дыша, подошла к двери, и прижавшись спиной к стене, напрягла весь свой слух. Речь шла о Мартинесе. Я так поняла, что муж поймал его на очень крупном обмане. Мексиканец что-то проворачивал за его спиной и уже давно. Денис рассказывал своему собеседнику, как нужно наказать партнера-предателя, и от каждой фразы у меня волосы становились дыбом. Я зажала рот рукой, чтобы сдержать свой ужас. Я подозревала, что мой муж не гладкий и пушистый и ему лучше не переходить дорогу, но то, что он изощренный сумасшедший, я поняла только сейчас.

* * *

Официант, поставил передо мной латте и собирался отойти, но я его остановила.

– Что ты мне принес? Это горячий кофе, а я просила айс-латте!

Он стушевался на секунду, но быстро сообразил.

– Прошу прощения! Сейчас поменяю.

– И можно мой салат побыстрее. – Это уже в спину.

Я фыркнула и откинулась на спинку стула, натягивая бейсболку пониже. Уличное кафе, в котором я договорилась встретиться с подругой по университету, находилось на одном из самых престижных участков океанского побережья, в Бал-Харбор. На первой линии стояли элитные высотки, в одной из которых и жила Селин, и по какой-то неведомой мне причине уже опаздывала на тридцать минут.

Я повернула голову в сторону океана, который как раз накатил очередной волной на берег и забурлили белой пеной. Втянула морской воздух. Красиво, мощно – отметила в свой голове, констатируя факт и больше ничего не испытывая. В этот момент опять захотелось домой, к черному морю. Эта тяга становилась невыносимой. Самая сильная за пять лет.

– Кэт, прости! – Селин налетела на столик и, пошатнувшись, упала на стул. – Торопилась со всех ног, но Дэвид не выпускал, если ты понимаешь, о чем я. – И заиграла бровями.

Я не понимала.

– Все ок. Мне еще ничего не принесли.

– Слушай, тут в Майами сейчас находится моя знакомая. – Она открыла меню. – Тоже модель, мы с ней работали в одном агентстве, когда я жила в Нью-Йорке, и она русская! – восхищенно сказала Селин и уставилась на меня, ожидая ответной радости. – И я пригласила ее присоединиться к нам. Ты же не против? – из вежливости решила уточнить Селин, как будто это могло что-то поменять.

Мне было все равно, в Америке много русских, и я довольно часто встречалась со своими соотечественниками. Меня эти встречи никак не будоражили.

– О! А вот и она. – Селин замахала рукой кому-то за моей спиной.

– Кэт – это Маша, Маша – это Кэт. – Быстро представила нас друг другу моя одногруппница, когда незнакомка садилась за столик.

– Можно Катя. – Я дала понять, что тоже русская и дежурно улыбнулась. Девушка была очень интересной внешности. С нестандартными чертами лица. Тонкий нос, крупный рот, длинные темно-русые волосы. Очень модельная внешность – запоминающееся лицо. Симпатичная.

Они переговаривались с Селин о чем-то своем, а я, слушая в пол уха поглощала долгожданную еду, которую мне наконец-то принесли.

– Я решила вернуться в Россию, – Маша сказала это Селин, но скользнула по мне взглядом, ожидая реакцию.

– Насовсем?! – удивилась та.

– Надеюсь, что да. За десять лет жизни здесь я так и не нашла свое счастье. А в России у меня есть планы на личную жизнь и… на одного мужчину…

– Ты влюбилась? – захлопала в ладоши Селин.

– Кажется, да, – Маша робко улыбнулась.

– А он?

– А он… сложный… – возникла неловкая пауза. – В любом случае расстояние в несколько тысяч километров не способствуют нашим отношениям, поэтому я решила перебраться поближе к нему.

– А как же карьера?

– Буду работать в России и иногда летать по контракту. Поэтому еще несколько дней в Америке и сменю Атлантику на Черное море. – Она засмеялась, а я впервые за весь их диалог оживилась.

– Черное море? А ты откуда?

– Из Сочи. – Она посмотрела на меня.

– И я из Сочи! – необъяснимая радость навалилась на меня. Я как будто частичку Родины почувствовала.

Я начала заваливать землячку вопросами, из какого она района, где училась, когда в последний раз была в Сочи.

– Сейчас в самом городе у меня уже никого не осталось, – отвечала она на мои вопросы. – Родители погибли. Есть только бабушка, но она живет в селе Заветное.

– Слышала про такое. – Мы немного помолчали. – И когда ты улетаешь?

– Еще два дня работаю в Майами, потом вернусь в Нью-Йорк собрать вещи и улечу.

– Знала бы ты, как я тебе завидую. – Я грустно улыбнулась и посмотрела в даль океана. – Пять лет не была дома.

– Может, хочешь что-то передать? Мне несложно, – предложила Маша.

– Даже не знаю… давай обменяемся номерами, если что – я позвоню.

Если б я только знала, что случайная встреча с этой девушкой перевернет мою жизнь навсегда…