Цитаты из книг автора «Вероника Рот»

каждая фракция теряет что-то, получая свою добродетель: лихачи смелые, но жестокие; эрудиты – умные, но самовлюбленные; члены Товарищества – миролюбивые, но пассивные; правдолюбы – честные, но эгоистичные; альтруисты – самоотверженные, но упрямые.

Уходят наши страхи насовсем или остаются, просто теряя над нами власть?

В какой-то момент наши глаза встречаются, и мне хочется заорать на него. Докричаться до самых темных глубин его души, чтобы, наконец, он услышал меня и понял, что натворил. Но вместо этого я просто смотрю ему в глаза. Он не выдерживает и отводит взгляд

Мне драться нравится. Люблю ощущение взрывной силы, энергии и чувство некоей избранности. Но я ненавижу эту часть себя, именно она испорчена во мне больше всего.

Раньше я действительно много размышляла о том, как это – отдать свою жизнь за что-то. Но я тогда не понимала, что это означает на самом деле, пока обстоятельства не потребовали этого от меня самой.

Машинально ищу привычные цвета фракций, но не нахожу, разумеется. Да и на мне сейчас – серая рубашка, синие джинсы, черные ботинки. Но под новой одеждой – старые татуировки. Невозможно стереть свое прошлое.

Часть меня восхищается идеальной синхронностью стрельбы, другая содрогается от омерзения, видя, как Джанин Мэтьюз превратила еще одну фракцию из людей в технические детали.

это дар, который нельзя заслужить, иначе он перестанет быть даром.

Некоторые вещи я любила, другие – терпеть не могла, – отвечаю я. – А еще здесь было то, что я не ценила, пока не потеряла.

Где-то и когда-то я читала, что у плача нет научного объяснения. Слезы предназначены лишь для смазки глаз. У слезных желез нет очевидной причины к гиперфункции во время эмоционального всплеска. Думаю, что мы плачем, чтобы выпустить на свободу животную природу, не переставая быть людьми. Потому, что внутри меня зверь, который рычит и скалится, рвется на свободу, к Тобиасу и, превыше всего, к жизни. Как бы я ни пыталась, я не смогу убить этого зверя. И я рыдаю, уткнувшись лицом в ладони.