Глава 10. Полоса ветреных перцев

Выйдя из кабинета директора, Вика, теперь уже Феврония, поняла, что не знает, где искать некую ученическую келью. «Неужели ангелы живут так же скромно, как и монахи?» По виду ее нарядного платья было как-то непохоже…

Возвращаться в кабинет Прохора и спрашивать не было желания: тот хоть и был ангелом, но как-никак являлся директором, а начальству лишний раз свои слабости лучше не показывать.

Вика пошла по длинному коридору в надежде встретить кого-нибудь и попросить помощи. Впереди за поворотом послышались голоса, она поспешила туда.

Четверо прекрасных парней-ангелов беседовали друг с другом. Один сидел на подоконнике, остальные стояли возле, облокотившись. Вика осторожно подошла к ним. Тотчас парни ее обступили.

Ангелы были один краше другого: блондин со снежно-белыми волосами, кудрявый золотовласый парень, бирюзовоглазый шатен и четвертый – брюнет с яркими фиолетовыми глазами, вызывавшими неподдельное удивление. Они встали возле нее полукругом. Тела их прикрывали лишь струящиеся светлые брюки. Ступни были босы, торсы – обнажены. Их мышцы так и хотелось разглядеть, но она стеснялась делать это.

– Привет, ты новенькая? – спросил парень с белоснежными волосами, положив руку ей на плечо. Вика удивилась прикосновению незнакомца, но руку с себя не сбросила.

– Да, меня зовут… – она чуть не сказала Виктория, но вовремя вспомнила свое истинное имя, – Феврония.

– А я Макар, – представился снежный блондин в ответ. – Мы все очень дольны познакомиться с тобой.

«У ангелов есть свой сленг? – подумала Вика. – Отчего бы не сказать по-человечески?»

– А меня зовут Эдгард, – назвался фиолетовоглазый брюнет и неожиданно приобнял за плечи. «Ну, ничего себе, приветствие…» – подумала она. – Наверное, ты не привыкла к ангельским выражениям?.. – предположил он. – «Дольны» – это значит рады, Феврония. Мы рады тебе.

– Я примерно так и поняла… Спасибо, Эдгард.

– Возможно, тебя также удивляет, что мы откровенны в проявлении чувств? – снова спросил Макар, проводя пальцем по ее щеке. – Не смущайся… Пока в тебе еще много человеческого, мы чувствуем это.

– И нам это так нравится… – вступил в разговор кудрявый блондин, волосы которого имели медовый оттенок. Он тоже коснулся ее, ласково проведя тыльной стороной ладони по… груди!

Вмешался Макар:

– А этот ангел, переходящий некоторые человеческие рамки приличия, наш Аристарх, – и обратился к кудрявому приятелю: – Будь сдержанней, пожалуйста, Ари. Феврония еще не понимает нас. Она может неправильно все истолковать.

Вика стояла как вкопанная, пока красавцы лапали ее и разглядывали, точно куклу.

Шатен с глазами бирюзового морского оттенка все это время держался немного в стороне. Он произнес:

– Феврония, среди ангелов это принято – касаться других ангелов во время разговора. Это так же естественно, как для людей вести вежливую беседу, принимать пищу, чистить зубы. Но мне понятна твоя растерянность, потому я не стану прикасаться к тебе сегодня… Это вовсе не из-за того, что я сноб. Меня зовут Ираклий.

– Ты все же сноб, – подколол кудрявый Аристарх. Но Ираклий не прореагировал.

Вика обратилась к нему:

– Я благодарна тебе, Ираклий, за уважение моих остаточных человеческих чувств. Спасибо вам всем, ребята, за теплый прием. Мне, правда, приятно. Наверное, мне нужно идти в отведенную комнату, чтобы…

– Посмотреть на себя в зеркало! – подсказала невесть откуда возникшая Гликерия. Она подхватила Вику под руку. – Я тебя провожу, Феврония.

Вика, то есть уже Феврония, была очень благодарна этой низкорослой девушке. Обращение парней-ангелов вогнало ее в краску. Уходя, она обернулась и посмотрела на них – все четверо смотрели ей вслед прекрасными ангельскими лицами. Такими сладкими и возвышенными, лишенными даже намека на сексуальный интерес. Казалось, они и правда трогали ее потому, что хотели просто подружиться…

 
                                              ***
 

С момента инцидента, случившегося на Марининой кровати, прошла неделя. Она старалась не думать об этом и всячески блокировала мысли об Адриане. Шесть суток она была в эстафетном рейсе – многократно облетела вокруг света. За работой ей удавалось неплохо отвлекаться. Были в случившемся и преимущества: лицо (раньше она выражалась куда хлеще) ее бывшего бойфренда – второго пилота, наконец, перестало ее раздражать. Она спокойно наблюдала, как тот флиртовал с новенькой долговязой стюардессой. Теперь тем лицом, что выводило ее из равновесия, стала физиономия Адриана, нет-нет да предстающая перед ее мысленным взором.

До следующего рейса Марине дали двое суток выходных. Приехав из Домодедово домой, на Нахимовский, она оставила чемоданчик у порога и вернулась на улицу, желая дойти до торгового центра. Ей хотелось что-нибудь перекусить в ресторанном дворике, никакого желания готовить после рейса у нее не было.

У входа в торговый центр возле эскалатора Марина поймала взгляд знакомых зеленых глаз.

«О боже! Это он…» – пронеслось в голове.

Застать Адриана здесь было вовсе не удивительно, ведь фитнес-центр, где тот работал, находился с торца этого здания. Он даже тренировочную форму не сменил, правда, обулся в кроссовки.

– Привет, Марина. Выпьешь со мной кофе? – спросил он непринужденно, делая шаг вперед.

«Паршивец, ведь ему даже не стыдно!» – поняла она и не стала прятать эмоции на лице. – И не подумаю, – ответила она, не скрывая неприязни.

– Как знаешь, – он беспечно пожал плечами. – Ты очень красивая, – добавил он, уходя.

«Чертов ловелас!» – ругалась в мыслях девушка, поднимаясь по эскалатору на второй этаж.

«А может, я зря не согласилась? – подумала она вскоре после этого. – Он же мне нравится… Понятно, что он не подходит для серьезных отношений, но ведь у меня сейчас все равно нет отношений… Могла бы развлечься немного… Хотя, нет. Опускаться до такого парня со странными привычками пояснять и указывать все равно не стану. Извращениями попахивает… Я молодец, что отшила его. А вот кофе все-таки хочется. Зайду в кофейню – выпью латте. М-м-м…»

Марина присела за столик, заказала кофе и круассаны. Пусть это вроде как и пища для завтрака, но ей вот отчего-то захотелось круассанов вечером. Видимо, сказывалась неразбериха с режимом сна во время недельных перелетов.

К ней за столик подсел незнакомый очень красивый парень с ярко-рыжими тщательно уложенными волосами и с огненной трехдневной щетиной. Она знала, что кажущаяся небрежность такой бородки – на самом деле результат тщательного ухода за растительностью на лице. Парень был одет с иголочки, как молодой топ-менеджер нефтяного холдинга.

– Добрый вечер, леди. Вы так прекрасны, – его баритон обволакивал. – Могу ли я способствовать улучшению вашего настроения? Меня зовут Герман.

Он протянул ей руку и посмотрел в глаза так, что отказаться было попросту невозможно. Марина протянула свою для рукопожатия в ответ, но он ловко подхватил ее и поднес к губам. Поцеловав ручку, он спросил:

– Как зовут тебя, незнакомка?

«В моей жизни началась жаркая полоса из ветреных перцев? Рыжику-то что от меня нужно?»

– Марина, – произнесла она с нежной ухмылочкой.

– Морская… – он озвучил перевод с латинского. – Прекрасное имя. Могу ли я угостить тебя второй чашечкой кофе, или чем покрепче?

– Не стоит… – она начала было отказываться, но услышала позади знакомый голос:

– Ты пьешь кофе без меня? Но это же была моя идея! – фраза прозвучала по-детски задорно.

«О-о, нет!» – подумала она и обернулась.

Рядом стоял Адриан. Он успел переодеться в джинсы и бежевый вязаный пуловер, в котором выглядел как экранный киногерой.

– Это ты… – констатировала Марина. – Я не приглашала тебя.

– Вижу, – сказал он нарочито обиженно. – Что этому рыжему нужно от тебя? Ты его знаешь?

Марина в ответ на это выпучила глаза. Какое право он имел интересоваться подобным и совать нос не в свое дело!

– Красавчик, – обратился Адриан к конкуренту, – пойдем-ка обсудим принципиальный вопрос.

К ее удивлению, этот Герман не сказал ни слова против. Подмигнул ей, поднялся и вышел из кофейни вслед за Адрианом.

 
                                              ***
 

Адриан остановился в малопроходимом закутке возле эвакуационного выхода и обратился к парню, имени которого не знал:

– Послушай, инкуб. Почему ты вертишься возле моей подопечной?

– Ловец, а ты ничего не попутал? – уточнил парень нагловато, ничуть не испугавшись. – Я здесь по официальному заданию от Миндобра. Пришел украсить жизненный путь Елены, так сказать…

– В подобных украшениях она не нуждается! – свирепо процедил Адриан. – Постой… ты сказал, Елены?

Инкуб кивнул.

– Это Марина, идиот, – пояснил Адриан заметно мягче, будто слово «идиот» было ласковым обращением. – Лена – ее сестра-близнец. Но это для тебя ничего не меняет. Держись подальше от обеих. Давай-давай отсюда. Они кандидатки на вступление в мой Орден, а ваша конторка может идти лесом.

– Управление Страсти – серьезная организация, ничем не хуже вашей, – с достоинством пытался защитить «честь мундира» парень. – С каких это пор ловец диктует правила посланникам Миндобра?

– Ты не понял меня? – давил Адриан. – Мне приложить дополнительные аргументы к твоему прекрасному личику?

– Понял-понял. Остынь, – спокойно ответил инкуб. – Я доложу руководству о возникших осложнениях. Бывай, ловец. – Он развернулся и поплыл прочь величественной походкой.

– Забудь о Лене! – прикрикнул Адриан вслед, – если узнаю – тебе не поздоровится. И своим дружкам передай!

 
                                              ***
 

Марина ждала возвращения Адриана, или хотя бы Германа. Хоть кого-нибудь из них! На душе против воли было неспокойно, ситуация напоминала какие-то дворовые разборки. Она допила кофе и съела круассаны, о них напоминали только крошки на блюдце.

В кофейню зашел Адриан. Марина приосанилась, но отвернулась.

– Послушай, Марина, – обратился он, подсев напротив. – Я хотел извиниться. Я был… козел.

– О, ты признаешь это? – хмыкнула она, не ожидая от него подобного самобичевания. – И что из этого? Допустим, я тебя извиняю. Но далее нам с тобой в любом случае не по пути. И йога твоя мне не интересна, как и твои зеленые глаза. – Она ужаснулась, что выпалила это: «Боже, зачем я сказала ему так!»

– Марина. Я. Извинился. Я. Был. Не. Прав. – Он говорил прерывисто и выразительно. – Я переосмыслил произошедшее и мне стыдно. Правда. – Его зеленые глаза светились раскаяньем, в той или иной степени…

– А за что именно тебе стыдно? – решила она уточнить, подозревая, что его взгляды на проблему могли разительно отличаться от ее видения.

– Я отнесся к тебе… легкомысленно. И я хотел получить удовольствие, – он остановился и добавил: – обоюдоприятное. Но я ошибся на твой счет: ты не из таких девушек. А вот я из таких парней. – Он вздохнул, будто опечаленно. – Прости, что обидел тебя и ввел в заблуждение.

Марина оказалась права: его объяснение собственной неправоты было вовсе не таким, как ей хотелось бы услышать. Но она оценила его попытку признаться откровенно.

Потому ответила:

– Не было особенных заблуждений, – она покачала головой. – Я сразу поняла, что у меня с тобой не может быть ничего серьезного. У таких парней, как ты, всегда толпы поклонниц. Но вот что мне непонятно… Неужели всякая готова предлагать себя, да еще и выслушивать эти безобразные комментарии, как «правильно» вести себя в постели? Ты так привычно это делал… Я до сих пор в шоке! – Марине давно пора было остановиться, она прекрасно это понимала, но сдержать язык за зубами не могла. Неудовлетворенное любопытство рвалось наружу: – Тебе нравится заставлять девушек чувствовать себя неуверенно?.. Или это какая-то форма доминирования?

– Можно, я не стану комментировать этот поток сознания… – вздохнул Адриан. Но его ответ не прозвучал грубо. – Я просто хотел перед тобой извиниться. Прости. – Он встал и вышел из-за стола.

– А зачем ты спровадил моего нового ухажера? – кинула она ему вслед.

Адриан обернулся, делано округлив глаза, и ухмыльнулся:

– Он тебе не пара, Марина. Я знаю, о чем говорю.

Она смогла выдавить из себя лишь многозначительное: – Пф-ф!

Адриан удалился.

«Вот гадство! – злилась она, сидя за пустым столиком, стараясь не выпустить пар наружу. – Зачем он вообще приходил в кафе?! Чего хотел? Извиниться? Как-то не верится… Мы те, кто мы есть. Не придумывай на его счет небылиц. Он ловелас и развратник. Даже на роль временного увлечения никуда не годится, слишком уж самонадеян, поверхностен и с прибамбасами! Все, Мариночка, девочка моя, запрещаю тебе о нем думать!»

 
                                             ***
 

Герман, выйдя из торгового центра, тотчас позвонил другу.

– Ну как прошло? – спросил его сходу Костя.

– Бро, ты не поверишь! Это была не твоя Лена. Это ее сестра-близнец Марина.

Костя даже поперхнулся, но смолчал.

– И возле этой Марины крутился ловец. Он дал мне ясно понять, что территория строго охраняется его хуками слева и справа. И еще сказал, что обе сестры кандидатки на вступление в их Орден.

– Твою мать! – выругался Костя. У Германа от неожиданности чуть телефон не выпал из рук. – Хотя, если Лена станет ловцом… Это не сильно помешает мне. Она так и так на меня не реагирует. – Герман слышал глубокую печаль друга и уже сильно беспокоился за него. – Кстати, как на тебя среагировала ее сестра?

– Да я только к ней подсел, пару слов не успел сказать, как подрулил этот громила. Я видел его где-то раньше, смазливый такой блондин. Кажется, он из истинных. В общем, я не понял, повелась ли на меня Ленина сестра. Глаза вроде горели, но не ручаюсь.

– Престарелый инкуб! – выругался Костя. – Нужен новый план.

– Я вот что подумал… Может, мою Соню попросить помочь?

– А чем она поможет?

– Ну, к примеру, познакомится с ней, подружится… Устроит вам встречу в спокойной обстановке…

– Девчонки просто так дружить не начинают… – засомневался Костя.

– Ну, я и предлагаю поразмыслить, – пояснил Герман. – Обмозгуем детали, чтобы начали.

– А Соня согласится?

– Ты ж ее знаешь, она безбашенная. Думаю, с удовольствием. Вот только как будем решать проблему с ловцом? Он явно дал понять, что в обиду девчонок не даст.

– Я и не планирую их обижать, Герман, – сказал Костя на полном серьезе. – А с ловцом я сам поговорю, если придется. За такую и по морде необидно получить.