И этот взгляд – Рокэ то ли оценивал, насколько его офицер по особым поручениям трезв, то ли на что-то намекал. Подойти и полюбопытствовать, каковы планы на ближайшую ночь? Так ведь экстерриор…
Может, вообще не упадешь, а у меня собака в Олларии, Давенпорт – у Савиньяка, Елена – в тревоге. Где утреннее чудище, я и сам не знаю, а рэй Кальперадо, между прочим, твой порученец…
Как водится, несусветная, – подсказал Валентин и поднялся. – Буду тебе весьма признателен, если ты останешься со мной весь вечер. Не хочу приватных разговоров слишком со многими здесь присутствующими. – Вообще-то, – посоветовал Савиньяк, – проще довести парочку собеседников до сумасшествия, ты это можешь. Конечно, придется потерпеть, зато после этого к тебе никто не сунется. – Возможно, – кивнул лучший друг, – я так и поступлю.
Да кто тебе мешает?! Ну а если в сложной ситуации окажутся обе, я тебе помогу. Предпочел бы Селину, но и против рыжули ничего не имею. – Я понимаю, как звучит то, что я сказал, – Валентин принялся расправлять манжеты, – но я не шутил.
мы с матерью шли по дворцу, еще не арестованные, уже не существующие. Давенпорт рассказывал, как он во сне метался по Надору и мог только смотреть; его не задевало обломками, он не слышал криков, но и его не видели. С нами было похоже, только убивало нас, и нас же не видели и не слышали. Я очень рад, Арно, что мы стали друзьями.
Все равно пошли. – Спрут не жаловал смородину, а вот Арно против нее ничего не имел, скорее напротив! – Зачем тебе это розовое чудо понадобилось? Она же из Манриков! – Вот именно, – порой Придд умудрялся напоминать Ли, причем даже не думая щуриться. – Девушка была одна. Среди вроде бы людей, знакомых, даже родни, и при этом одна. Трудно объяснить
Бежим? – подмигнул Арно, и приятели юркнули в вожделенное убежище. – Те, кто здесь не бывал, сюда не сунутся, даже если захотят прогуляться по Старому Арсеналу. – Очень удачно, что портьеры закрывают всю стену, – согласился Придд, сдвигая двуцветный бархат. – Догадаться, что за ними дверные проемы, с первого взгляда трудно, но танцевать нам придется. – Танцы пережить можно… Постой, выходит, я тебя без кальтаринной дамы оставил?!