Цитаты из книг автора «Венди Сузуки»

Если я испытываю слишком сильный стресс, то делаю перерыв и занимаюсь физическими упражнениями. Если у меня впереди серьезная лекция или презентация, я обязательно отдохну и хорошо позанимаюсь в спортзале. Если у меня нет времени на обычную тренировку, я пользуюсь одним из моих собственных вариантов упражнений для мозга или одним из любимых коротких фитнес-занятий: семиминутной тренировкой по версии The New York Times. Я теперь отношусь к физкультуре как к инструменту по улучшению жизни. И чем больше я узнаю о нейробиологии механизмов, которые здесь задействованы, тем более точными становятся мои рекомендации.

Эта теория подтверждается удивительным открытием: оказывается, одно из свойств самых распространенных антидепрессантов — стимулирование нейрогенеза в гиппокампе. Были проведены опыты на животных, и выяснилось: если блокировать способность этих антидепрессантов стимулировать нейрогенез, то и настроение они улучшать тоже не будут. Значит, причина эффективности антидепрессантов кроется в их способности стимулировать нейрогенез. Это говорит также о значении гиппокампального нейрогенеза в регуляции настроения в целом. Теперь влияние физкультуры на настроение можно рассмотреть под другим углом. Дело не только в повышении уровней серотонина, норадреналина, дофамина и эндорфинов, но и в стимулировании взрослого нейрогенеза. Кстати, нам теперь известно, что одна из недооцененных функций серотонина — стимуляция нейрогенеза в гиппокампе.

прогноза вам не хватает данных, попытайтесь задать дополнительные вопросы и получить необходимую информацию. Вас беспокоит ваше положение на работе, вам кажется, что начальник или коллеги дурно о вас отзываются? Найдите способ выяснить реальное положение дел и успокоиться. Взяв под контроль даже небольшую часть ситуации, можно добиться очень многого и серьезно облегчить психологический стресс.

В связи с этим у меня есть хорошая новость: при помощи мозга можно справиться со стрессовыми факторами. Существует немало стратегий борьбы со стрессом, которые направлены на устранение или снижение четырех основных аспектов психологического стресса. Так, в ситуациях, которые вы, по вашим ощущениям, не контролируете, следует подумать: как вы все-таки можете повлиять на обстоятельства — и приумножить тем самым ощущение собственной силы. Если вы чувствуете, что для

И это не последняя плохая новость. Хронический стресс негативно влияет на мозг. Проводились многочисленные нейробиологические исследования того, как длительный стресс и высокий уровень кортизона влияют на функцию мозга. Результаты печальны.

есть наше тело и разум не получают вообще никакого облегчения и постоянно пребывают в состоянии полной готовности к варианту «бей или беги».

Поэтому беспокойство по поводу уплаты налогов может активировать систему реакции на стресс примерно как появление стаи волков. Вероятно, из-за налогов система активируется слабее, чем из-за неожиданного появления волка, но все же она «включается». То же можно сказать и о нашем восприятии любого события, обстоятельства или проблемных отношений: если мы считаем что-то источником стресса, значит, для нас оно таковым и является. Это кажется странным и даже неестественным, тем не менее это так. Если симпатическая система остается активной под воздействием этих повседневных стрессов, то парасимпатическая система вообще не активируется — то

Действительно, человек привлекателен для таких, как он сам. В Дэниеле меня привлек умный, чуткий, интересный трудоголик, одержимый своей профессией и неспособный втиснуть в свою жизнь сколько-нибудь близкие отношения. Я вынуждена была посмотреть на себя со стороны и задаться вопросом: ко мне это тоже относится? С тех пор, как мое время вне работы напоминало покинутый город-призрак из фильмов Клинта Иствуда, я прошла немалый путь. У меня появилось множество друзей, да и социальная жизнь стала куда активнее. Однако, если разобраться, я по-прежнему ставила работу превыше всего остального (даже если выделяла на это остальное больше времени, чем прежде). Кроме того, я по-прежнему оценивала себя по успехам в работе. Возможно, я проделала немалый путь, но пройти надо было еще немало.

Я начала с того, что запротоколировала все свои трапезы и стала скрупулезно записывать размеры порций. Одновременно я искала интересные простые рецепты, соответствующие моему новому рациону, и стала гораздо реже покупать еду навынос и питаться в ресторанах — за исключением, разумеется, особых случаев. Готовить мне даже понравилось, а вот привыкнуть к постоянному чувству голода оказалось гораздо сложнее. Я ненавидела это ощущение. Особенно тяжело приходилось ближе к вечеру, где-то между обедом и ужином: в это время меня начинали настойчиво посещать мысли об автомате, полном хрустящих «Твиксов».

Я как будто вела двойную жизнь. Моя научная работа представляла собой один большой праздник, с которого никогда не хочется уходить: там много интересных коллег-собеседников и всегда происходит что-то новое и интересное. Но вся моя жизнь за пределами работы напоминала заброшенный город из вестернов Клинта Иствуда, где по немощеным улицам несется пыль и катаются шары перекати-поля. В своем стремлении раздвинуть пределы знания в интересующей меня области и получить вожделенную должность в университете я потеряла большую часть себя.