лета. С ней сложно блефовать. Я прощал неровности, терпеливо ждал четыре часа, когда она одевалась, но – не враньё. За 26 лет я ни разу не обещал вечную любовь. Даже когда это стоило мне чьих-то слёз, даже если я любил как в последний и задыхался от каждого её взгляда. Даже когда ей это было нужно, как при остановке сердца, я – молчал.