Колдун выхватил из-за пояса кожаный кнут с металлическим наконечником и острыми шипами. Несколькими точными ударами невероятной силы он загнал дракона в дальний угол железной клетки. Чудовище металось и ревело все сильнее и сильнее, пуская клубы дыма и огня в разные стороны. Колдун замахнулся и закинул плеть на шею дракона. Затем резко дернул, затянув петлю и притянул уродливую звериную морду с огненно-желтыми глазами к своему лицу.

– Ты принадлежишь мне на веки и будешь подчиняться только мне, – злобно прошипел он.

Затем вытащил из кармана своего плаща серебряный обруч, подержал его некоторое время над горелкой и надел его на шею сопротивляющегося дракона. Дракон зашипел от раскаленного серебра, прожигающего его кожу и плоть. В комнате до тошноты запахло паленой кожей. Обруч туго сжал шею дракона и замкнулся.

–Теперь ты мой навеки!– воскликнул колдун, отпуская кнут.

Дракон отпрянул и уперся могучей спиной в прутья. Колдун закрыл железную дверь клетки, задвинул засов и замкнул замок. Погремел ключами и злорадно захохотал.

– Когда вернешься в человеческое обличие, постучишь три раза в дверь, и я приду за тобой,– громко произнес колдун и вышел прочь из комнаты, заперев маленькую дверь.

***

Он очнулся на холодном каменном полу. Попробовал подняться, но продрогшее тело не желало двигаться. В голове стоял гул, перед глазами то возникали, то исчезали вспышки света. Руки и ноги сводило судорогой, по телу бегали мурашки. Его кидало то в жар, то в холод. Что же с ним случилось? Этот вопрос не давал ему покоя. А ответ крутился где-то на задворках сознания.

Неимоверным усилием он поднялся на локти, затем встал на четвереньки. Все тело затряслось мелкой дрожью. Он изогнулся словно кошка при виде собаки. В следующий момент его вырвало желчью. Он откатился в сторону и остался лежать на спине. Слабость овладело всем его телом. Глаза сильно слезились, а горло саднило так, что невозможно было сглотнуть без боли.

«Что же делать? Что делать?»

Им стала овладевать паника.

«Что, если он не сможет встать или хотя бы доползти до двери? Как он позовет хозяина? Выживет ли он вообще после случившегося? А что если хозяин уже забыл о нем, и бросил его здесь умирать?»

По лицу полились ручейки слез.

«НЕТ! Не надо паниковать. Надо успокоиться и собраться с силами»

Он глубоко вздохнул, закашлялся. Кашель заставил его непослушное тело перевернуться на живот. Переборов новый приступ тошноты он пополз. Через несколько метров он уперся головой в металлические прутья клетки. Нелепое сооружение как, оказалось, выполняло важную функцию: сдерживало тварь, которую создал колдун.

Еще несколько метров невероятных усилий и он дотянулся до двери. Стук оказался глухим и слабым. Он лежал обессиленный, вслушивался в тишину за дверью и был уверен, что никто за ним не придет. Он умрет прямо здесь, у выхода наружу. Впрочем, это не самый плохой вариант. Так он, по крайней мере, освободится, а снаружи его ждет все та же клетка.

«Вереника.» В сознании возникло имя, заставившее его очнуться от страшных мыслей о смерти.

«Вереника…»

Где-то по ту сторону двери послышались глухие шаги, зазвенели ключи в замочной скважине, проход открылся, и оттуда повеяло бодрящим сквозняком. У самых его глаз возникли кожаные сапоги его хозяина. Не в силах подняться, он продолжал лежать, распластавшись на полу, словно рыба, выброшенная на берег.

– Наконец-то ты очнулся!– прошипел колдун. – Вставай!

Голос был властным и нетерпящим возражения.

Тем не менее, он даже не пошевельнулся. Не было сил. Хотелось просто закрыть глаза и тихо умереть.

–Вставай! Если хочешь видеть свою жену в живых.– Колдун резким движением ноги, ударил своего раба в бок. Тот тихо застонал и начал медленно подниматься. После нескольких жалких попыток, ему все-таки удалось приподняться и сеть, облокотившись о каменную стену. Острый камень впился ему между лопаток, причиняя тупую боль. На лицо упало что-то мягкое и теплое.

– На, вот, оденься и иди за мной.

Он еле натянул на себя рубаху и штаны. Обессиленный остался сидеть. Больше всего на свете ему хотелось заползти в самый дальний угол и провалиться в глубокий беспробудный сон. Он уже начал терять сознание, как новый удар хозяйского сапога привел его в чувства.

– Вставай! Чего расселся?!

Он снова застонал и, корчась от боли, начал подниматься, цепляясь за острые камни. Наконец поднявшись на трясущиеся ноги, он посмотрел в лицо своего мучителя.

–Чего уставился?! Иди за мной.

Хозяин вышел за порог, взял горящий факел со стены и широким быстрым шагом пошел по коридору, не оглядываясь назад. Его раб еле поспевал за ним. Шатаясь из стороны в сторону, он цеплялся за каменные стены, падал и снова вставал. Он безнадежно отставал от своего господина, который шел, не останавливаясь и не замедляя шаг. Наконец они вышли из темного коридора, миновали зал с колоннами и, пройдя через кованые двери, очутились в покоях колдуна. Хозяин, не обращая никакого внимания на своего полуживого раба, последовал к дубовому столу и взял инкрустированный драгоценными камнями кубок. Отпив немного вина, подошел к окну во всю стену, обрамленному тяжелыми бархатными шторами. Через мутное стекло слабо проступал солнечный свет. В зале не было электричества, и лишь огромная люстра из сотни свечей освещала это унылое место. Сделав несколько глотков, колдун поставил кубок на стол и проследовал к своему трону, стоящему на возвышенности. Усевшись на свалявшуюся шкуру бурого медведя, колдун взглянул на несчастного, забившегося в угол человека. Его небритое злобное лицо выражало неприязнь и отвращение. Некоторое время колдун внимательно рассматривал своего раба, не произнося ни слова. В зале воцарилась тишина, нарушаемая лишь хриплым дыханием и кашлем несчастного. Раб медленно осел на пол. Кажется, он снова терял сознание. Колдун встал с трона. Взяв кубок со стола, он подошел к рабу и плеснул вино прямо ему в лицо. Тот вскрикнул и очнулся, вытирая винные капли с лица.

– Хватит корчить из себя слабого! Ты долен понимать, чем ты теперь стал. Поверь, я сделал это с тобой не со зла, а лишь ради достижения своих целей. И не скрою, еще ради забавы и любопытства. Интересно посмотреть, что из тебя выйдет, – колдун хмыкнул и злорадно улыбнулся.

– Ну, хватит пустых разговоров. Перейдем к делу. Теперь с твоими новыми способностями, ты выполнишь мое указание в два счета. У тебя должен быть чуткое обоняние, слух и зрение. Ты найдешь ту, которая мне нужна по запаху.

Колдун подошел к своему рабу в плотную, вынул из кармана руку и поднес ее к его носу. На раскрытой ладони лежало несколько миндальных орешков.

– Запомни этот запах. От нее пахнет миндалем и лесными травами,– произнес колдун. Его лицо стало каким-то отрешенным, как будто он углубился в воспоминания.

– Да, от нее всегда так пахло,– добавил он задумчиво.

Но в следующее мгновение он вернулся в реальность и его лицо приняло прежнее грозное выражение.

– Даю тебе три недели      . И если ты не уложишься в срок, то пеняй на себя. Когда обнаружишь ее, сразу же превращайся в дракона, хватай ее и неси в замок. Вот тебе деньги на расходы,– колдун снял с пояса два мешочка с золотыми монетами и кинул их под ноги своему рабу.

–Теперь ты обречен на успех!– злобно захохотал колдун, и его хохот эхом пронёсся по залу.

– Ну что застыл, убирайся с глаз моих!

Раб незамедлительно подобрал мешочки с золотом и вихрем скрылся за дверью.

***

Он шел по бескрайней речной долине, не разбирая дороги. Вокруг сплошной стеной стоял туман. Туман настолько был густой, что человеку казалось, что он слился с ним и стал его частью. В голове не было ни одной мысли. Он брел, не думая ни о направлении, ни о цели. Наконец туман стал рассеиваться, и он оказался на берегу реки. Неподалеку стоял пришвартованный паром. Старичок-паромщик, завидев завсегдатая, встрепенулся и уже приготовился исполнять свои обязанности. Человек, вышедший из тумана, не видя ничего вокруг, подошел к самому краю берега. В следующее мгновение его тело наклонилось вперед и рухнуло в холодную темную воду. Старик охнул и кинулся спасать утопленника, но было уже поздно. Человек моментально скрылся в глубоких бурных водах реки. Оказавшись в ледяной воде, он почувствовал, как все его тело пронзают тысячи острых ледяных шипов. Кровь отлила от кожи. И сердце забилось с бешеной скоростью, цепляясь за жизнь. Сознание же было спокойным, готовое умереть. Что-то сжалось в груди, забилось, пытаясь вырваться наружу. Это невозможно было удержать. В следующее мгновение все тело изогнулось, по венам и сосудам побежали огненные ручейки, словно потоки лавы, изрыгаемой вулканом. Из-за рта пошел пар, окутав все тело множеством жемчужных пузырьков. Все тело моментально согрелось и начало рваться наверх, к солнцу, к воздуху, к жизни. Человек шел ко дну, он хотел умереть. Но тварь, которая жила теперь в нем желала жить. Животный инстинкт самосохранения взял вверх. Он вынырнул, жадно глотая воздух. Капли воды на его разгоряченном теле испарялись, превращаясь в пар. В изнеможении он выбрался на берег реки. Изумленный паромщик подбежал к нему, и хотел было выразить свое беспокойство и оказать помощь, но сразу же в страхе отпрянул. Глаза человека горели огнем, из ноздрей валил пар. Паромщик чуть было не бросился наутек, но вовремя остановился. Еще никогда на своем веку он не видел таких странностей. Немного совладав с собой, он отправился к своему скромному жилищу, шалашу из веток ивы и камыша, и через пять минут вернулся со стопкой новой сухой одежды. Положил вещи возле странного, хоть и знакомого человека и отошел в сторону. Мужчина медленно переоделся и пошел к парому. Старичок услужливо проводил его взглядом и приступил к своим обязанностям. Плыли молча. Паромщик не решался задавать вопросов из робости и страха. У человека же, напугавшего его, не было сил, что-либо говорить и объяснять. Сойдя с парома, он уже точно знал, что будет делать.

***

Он шел быстрым широким шагом по городской улице по направлению к центральному рынку. По пути ему попадалось множество всевозможных лавок и магазинчиков, продающих товар на любой вкус. Торговцы не скупились на рекламу своего товара и щедро обставляли витрины всевозможными плакатами с изображениями вкусной и полезной еды, косметики и прочих продуктов. Манекены, одетые по последнему писку моды, завлекали покупателей в кулуары модных салонов. Мясные лавки сплошь были увешаны тушами свиней, молодых бычков и овец. Тут же продавали оружие, и всевозможные изделия из стекла, фарфора, стали, железа…

Он шел, не обращая внимания на шум и галдеж, исходящий от зазывал, на музыку бродячих музыкантов и крики сварливых торговок. У него была цель, и чтобы достичь ее он придумал нехитрый план. Он решил обойти все лавки, парфюмерные, магазинчики травников, где продавали миндаль. Торговцы – народ щепетильный. Наверняка большинство из них ведут списки постоянных клиентов. И нужно только добыть эти списки любым способом, просмотреть их и найти ту, чье имя не выходило из его головы с тех самых пор, как он вышел из замка.

«Тая!»

Не исключено, что женщин с таким именем будет несколько. Тогда придется потрудиться. Но главное сейчас списки и адреса. У него было очень мало времени, и надо было действовать незамедлительно. За две недели ему удалось обойти практически все места, где продавался или мог продаваться миндаль. Торговцы пряностями, парфюмеры, травники были людьми простыми и по своей натуре сребролюбивыми. Им достаточно было предложить пару золотых монет, и они выкладывали всю необходимую для него информацию. Правда иногда попадались и такие, кто свято чтил закон о конфиденциальности клиента. Тогда приходилось убеждать угрозами и даже кулаками. И все же, к концу второй неделе у него на руках был список из пяти адресов. И возможно по одному из них живет та самая, которую он ищет вот уже второй месяц и от которой зависит жизнь его жены. Собственная жизнь его теперь уже не интересовала. После чудовищного обряда, который совершил над ним колдун, он уже не мог думать о нормальной жизни. Он чувствовал себя уже не совсем человеком. В нем поселилось нечто ужасное, звериное, нечеловеческое. И это нечто меняло его изнутри и рвалось наружу. У него стали появляться странные повадки. Он стал больше и острее ощущать запахи, так что прежде чем куда-то идти он принюхивался словно пес, идущий по следу. Звуки стали громче и чётче. Приходилось порой закрывать уши руками. А зрение так обострилось, что время от времени он останавливался, закрывал глаза и стоял так несколько минут, чтобы глаза отдохнули от ярких вспышек. Зато ночью он стал видеть, как кошка. И это ему очень помогало в его поисках. Тем более что ночью он все равно не мог спать. Колдун наложил на него заклятие от сна. Голода он тоже не чувствовал. Видимо его хозяин решил сэкономить на ночлеге и еде для своего раба. Все было сделано, чтобы он безотрывно круглые сутки искал женщину, так необходимую колдуну. Но куда более тяжело было переносить внезапные приступы жара возникающего у него в груди. В эти минуты ему казалось, что он вулкан, готовый вот-вот взорваться и излить из себя потоки лавы, сжигающей все на своем пути. И чем дальше он продвигался в своих поисках, тем сложнее ему было сдерживать огненного зверя, поселившегося у него внутри.

Пять адресов в разных концах города за семь дней. Нереальная задача!

С первыми лучами солнца он отправился по первому адресу. Решил идти пешком, так как запасы золотых монет значительно оскудели. И было совершенно неизвестно, сколько еще придется потратиться, чтобы найти ту самую Таю. А если он ее не найдет? О последствиях своего провала он старался не думать. Главное сейчас успеть обойти все адреса.

Он прошел сквозь толпу студентов, устроивших забастовку на рыночной площади у храма святых Петра и Павла, завернул в узкий переулок и через несколько минут очутился на широкой мостовой. По обеим сторонам мощенной серым камнем улицы располагались богатые дома зажиточных купцов, банкиров, маклеров и других успешных и счастливых людей. Каждый дом представлял собой маленькую крепость, огороженную непроницаемым для чужих взглядов забором, за которым наверняка находилась целая свора сторожевых собак. Богатые люди окружали себя невероятной роскошью и шиком. И, конечно же, все это добро необходимо было хорошенько охранять. В общем-то, он и сам когда-то в прошлой жизни был одним из тех, кто не думает о хлебе насущном на каждый день. Родители оставили ему хорошее наследство, титул и поместье, которые, к сожалению, пришлось в скорости распродать. Он так и не успел пожить нормальной человеческой жизнью со своей женой. Все пошло прахом, как только он повстречал колдуна и поддался на его уловки…

Как бы там ни было, теперь он находился среди роскошных вилл и особняков, среди которых ему предстояло найти нужный дом, с проживающей в нем госпожой Таей.

Дом стоял почти на окраине богатого района. Он отличался достаточной скромностью в убранстве фасада по сравнению с домами, выходящими на центральную улицу. Стены его были покрыты белоснежной штукатуркой, а крыша выложена красной черепицей. Забор, как полагается, скрывал, все, что находилось внутри.

Проникнуть в дом с таким забором и охраной было сложным делом. Он думал об этом всю дорогу. Но подходя к воротам, он понял, что проблема может решиться сама собой. У входа толпились люди. Их было много, и лица их были печальны. Многие плакали, утираясь шелковыми платками. Кто-то удрученно вздыхал, кто-то заговорщически шептался. Подойдя ближе, он сразу же почувствовал, как в нос ударил запах смерти. Он отпрянул, но вовремя взял себя в руки. Оглядевшись, он заметил, что калитка была открыта. По возможности не обращая внимания на людей вокруг, он прошел внутрь и оказался на просторном ухоженном дворе. У самого дома стояло несколько мужчин и две плачущие женщины. Может одна из них и есть та самая Тая? Он присмотрелся, вдохнул запах. Нет, среди присутствующих дам не было той, которая ему нужна. Но, возможно она находится в доме. Он встал в сторонке, обдумывая свои дальнейшие действия. Может ему проникнуть в дом через черный ход? Или дождаться ночи и под покровом темноты выкрасть ту, которая зовётся Таей, утащить ее подальше, а потом уже разбираться, та это женщина или нет?

Но опять все решилось просто. Ему определенно сегодня везло. Пока он пытался наскоро придумать план проникновения в дом, центральная дверь распахнулась, и на порог вышел высокий мужчина в белом халате со скорбным выражением на лице. Он подошел к одному из мужчин и что-то тихо произнес. В следующую секунду две женщины громко заплакали и обняли друг друга. Мужчина, по-видимому, хозяин дома, к которому обращался врач медленно прошел к калитке и что-то тихо сообщил толпе. После этого за воротами раздались скорбные вздохи и плачь. Затем хозяин дома вернулся на прежнее место и печальным, уставшим голосом произнес:

–Наша баба Тая умерла. Кто хочет и может помочь подготовить тело к похоронам, пойдемте за мной.

После этих слов он повернулся и также медленно пошел в дом. За ним последовало несколько мужчин и две женщины. И в самом конце этой печальной процессии пристроился еще один незнакомец, на которого в прочем никто не обратил никакого внимания.

Пройдя по деревянной лестнице на второй этаж, все они вошли в светлую комнату, большая часть которой была занята роскошной кроватью с балдахинами. На кровати покоилась пожилая женщина. Ее лицо и тело еще хранили признаки жизни, которая завершилась, по-видимому, совсем недавно. Женщина болела и очень сильно. Это было видно по ее впавшим щекам и исхудавшему телу, прикрытому тонкой сорочкой. И запах, запах долгой неизлечимой болезни, заполнял все вокруг. Но когда незнакомец посмотрел на лицо несчастной умершей, то поразился. В нем не было горести и страха, разочарования или мольбы о пощаде. Лишь полное спокойствие и умиротворение. Ему даже показалось, что она улыбается, но как-то робко и застенчиво, как – будто извиняясь за причинённые неудобства в связи со своей кончиной.

Глаза старушки были закрыты и седые волосы были аккуратно заплетены. Он не мог определить та ли эта Тая, которую он ищет. Но если эта старушка та самая, которую так жаждет заполучить колдун, то его жену и его самого ждет печальный конец. Он огляделся. На столике возле кровати стояло фарфоровое блюдце с несколькими миндальными орешками.

Нужно было проверить все наверняка. Нужно как-то выяснить, есть ли у старушки шрам в виде полумесяца под правой лопаткой.

Он прислушался к разговорам в комнате. Две женщины сидели у кровати и шептали молитвы. Хозяин давал распоряжения.

– Давайте поднимем ее аккуратно и перенесем на простынь, а затем спустим вниз. Вы вдвоем беритесь за ноги, а я за плечи.

Мужчины начали переносить тело умершей. Но что-то пошло не так. В какой-то момент старушка накренилась в правую сторону и стала выскальзывать из рук хозяина. И если бы не поспевший вовремя незнакомец, все могло бы окончиться печально. Хозяин кивком поблагодарил незнакомого человека, вовремя оказавшего помощь, и отдал распоряжение положить тело на простынь, заранее расстеленную на полу. После чего вся процессия снова отправилась вниз по лестнице.