«Напиши мне. Я не все сказал…»

Ни за что.

Мне совершенно не ясно, что делать дальше. Я могла бы выбросить все из головы и забыть, как страшный сон, будто все это было не со мной, но каждый раз меня выдергивают из состояния, выведенного в ноль, эти его сообщения. Такие пугающие, с дымком неизвестности и адреналина.

Рассказать Саре? А стоит ли? Станет легче, только и всего.

А что это изменит? – Ровным счетом НИ-ЧЕ-ГО.

Она мне ничем по факту не поможет…

Разумеется, отвечать на его сообщения я не собиралась. Я тут своим знакомым не всегда первая пишу, а тому, кого боюсь все так же сильно, как при первой встрече – уж подавно не напишу и не отвечу.

Утренний ритуал был произведен мной на «ура» – довольный кот мурлыкал в углу, вытирая лапой сытую морду.

– Вот только гостей мне не намывай… – произношу вслух, но коту до моих страхов дела нет.

Мнительная стала, надо расслабиться – он наверняка не знает, где я живу – значит все хорошо.

Надеваю кроссы и выбегаю на улицу – обычно по выходным, я совершаю пробежки в парке.

Мардины – не особо большой городок – двадцать минут езды по краю из одного конца в другой. Родом я из соседнего городка – Карси. В свое время пришлось оттуда переехать по работе, но езжу туда часто, поскольку друзья у меня там. Карси – еще меньше, чем Мардины и особо в нем не разгуляешься: ни по работе, ни пешком.

Пока настраиваю Air Pods, выхожу на центральную улицу, ведущую в парк. Там – воздух чистый, всегда свежо и безлюдно. Безлюдно сейчас будет и в других частях города, поскольку как ни пыталась поспать, чтобы выспаться, встала я на час раньше, отключенного будильника.

Я прекрасно понимала, собираясь с утра на пробежку, что высадила Его вчера в том самом парке, где бегаю по утрам, но менять место своих постоянных тренировок пока не собиралась, несмотря на жуткий страх от одной мысли, что могу пересечься с ним вновь.

Рассвет уже брызжет вдали и прокладывает свои лучи сквозь салатовые деревья. Все это время я шла быстрым шагом, разогревая легкие, теперь перешла на бег и достаточно быстро включилась в процесс. Я люблю это ощущение: холодный воздух и горячее дыхание вперемешку – отличное начало дня.

Для меня.

Спустя тридцать минут, бросаю взгляд на фитнес часы и понимаю, что достаточно натопала и пора бы разворачиваться. Снимаю наушники и вслушиваюсь в пение птиц, но вместо этого улавливаю разговор неподалеку.

Останавливаюсь и делаю вид, что ничего не слышу и вообще никого не замечаю, но спустя пару минут настолько увлекаюсь разговором, что вжимаюсь в дерево, лишь бы остаться незамеченной и дослушать до конца.

Один из говорящих – ОН!

Не могу объяснить, КАК я это вычисляю. Голос его тем вечером, разумеется, не запомнила, поскольку пугающий вид затмевал все остальные способы восприятия, в том числе и слух. Но сам разговор двоих зацепил раньше, чем до меня дошло, что один из говорящих – ОН.

– … Пойми ты, наконец, я не собираюсь ничего менять! Ни при каких обстоятельствах я не сунусь на Изнанку! Мне это все не нужно! С меня достаточно того, что каждую неделю я нахожусь на этом чёртовом Озере не по своей воле! И я в отличии от тебя видел Их! Они – не Мы! Они созданы, чтобы убивать!

– Тебе рано или поздно придется сделать это. От предназначения не уйти, пойми, наконец…

Голос собеседника и тон, с которым он напирает, вызывают во мне открытую неприязнь, и я ловлю себя на мысли, что, несмотря на лютый страх к своему вчерашнему попутчику – неприязни к нему я уж точно не испытывала. А к этому человеку – с первых же секунд.

– Откуда тебе известно мое предназначение!? Портал и Изнанка – не моё предназначение!

– Во мне сидит такая же тварь! – последнее слово переходит в раскатистый животный рык, и мое тело накрывает ледяной страх, – И я, как никто, знаю эту тягу к Озеру. И тягу эту нельзя ни во что не ставить – они хотят домой!

– Так пусть проваливают! Я его к себе не привязывал! – он явно злится, каждое слово из него будто выдавливается этой злостью.

– Слушай , эти создания мощнее нас… И находясь в нас, они делятся этой мощью с нами…

– Нет, брат… Все не так… Даром мне его мощь не сдалась, а вот свою жизнь я бы вернул, но, знаешь ли, благодаря этим тварям – это больше не возможно! Все, что ты говоришь, я прекрасно знаю и без тебя! Ты мне новое что-нибудь расскажи! А раз не можешь, тогда послушай, как принимаю ситуацию я: достаточно уметь удерживать Его в себе – остальное меня не касается! Мне нет необходимости узнавать, кто Они и зачем живут в нас… И уж тем более нет необходимости отправляться в другой мир. Даже больше скажу тебе: из Него уже приходили… И очень может быть, что за тобой и за мной!

– О чем ты?

– Я видел их. И благо, что они не видели меня! На нас, возможно, охотятся, Натан! Услышь меня…

– Неужели ты не хочешь хоть глазком посмотреть КАК Они живут?! – опять принимается за свое этот Натан.

– Нет! – коротко, весомо и мне все ясно.

А его собеседнику, видимо, не ясно, или же он не собирается так легко отступать. Мои мысли сконцентрированы на последних словах моего вчерашнего попутчика и эхом в моей голове звучат слова: «За нами охотятся» и «Они приходили». Я понятия не имею о ком речь и это ещё сильнее разогревает страх.

– Ладно, не хочешь в портал, не надо, но в любом случае парни будут ждать тебя… Хотя бы повидаться приходи. Общее детство из памяти не сотрешь, кем бы нас не сделала жизнь и как бы не развела пути. Я сказал им, что ты придешь, так что будь добр, сдержи мужское слово!

Несмотря на то, что между нами метров двадцать точно, различая по ту сторону, за спиной, чавкающие во время разговора, не естественные для человеческих ушей звуки, я все же переминаюсь с ноги на ногу, всерьез задумавшись над возможностью покинуть укрытие и уйти, сделав вид, что все это время была в наушниках и ничего не слышала. Но не успеваю даже додумать мысль, улавливаю шаги в свою сторону и неосознанно отступаю, вжимаясь в дерево. Явственно ощущая, как под ногами хрустят ветки, сухие листья и прочий лесной мусор, зажмуриваю глаза от досады, но понимаю, что стало слишком тихо, чтоб утверждать, что произведенный мною шум не был ими воспринят. По спине стекает холодный пот. Открываю глаза и глушу любопытство, чтоб не выглянуть снова и не посмотреть, почему так резко все стихло.

– Ты слишком любопытная… Я просил написать, а не следить за мной… – серые глаза резко оказываются чересчур близко, не давая возможности понять, как он так быстро и тихо оказался рядом.

Зажав меня между собой и деревом и прислонив руки по обе стороны от моего лица, он окончательно перекрыл все возможности сбежать.

– Черт, ты… Прости, умоляю! Клянусь, я ничего не слышала… Не ввязывай меня… – едва дышу, отвечая ему в самые губы и отворачиваясь, чтоб не рассматривать потрескавшуюся кожу на его лице.

– А я и не ввязывал! Ты сама очутилась на той трассе! Ты сама пришла в парк, в котором высадила меня! Ты все делаешь сама! – его холодное, мятное дыхание и ровные, грубые, не гибкие во время разговора губы, не дают вникать в смысл сказанного, – Я просил всего лишь написать…

– Я не хотела! – признаюсь и выдаю все как есть, – Ни видеть! Ни писать! Это все случайности! – цежу слова, отчего – то зажмурившись – невыносимо близко находится это лицо.

Лицо, которое вгоняет в чертов ад настолько, что конечности перестают реагировать на сигналы.

– Но, тем не менее ты здесь! – режет словами больнее ножей.

Это правда. Он прав и нет смысла доказывать обратное!

– Это совпадение, прошу поверь… – мой напор стихает, превращаясь в мольбу, – Дай мне уйти, умоляю…

К моей неожиданности, он делает шаг назад и произносит:

– Иди…

Поднимаю взгляд и вижу вновь человека. Немой вопрос застывает на губах, но я не решаюсь спросить, как он делает все это.

Уходи, идиотка! Беги!

Делаю шаг – он недвижим. Не верю, что отпускает.

– Иди! – повторяет вновь, добавляя жестко, – Уходи!

Я послушно разворачиваюсь к нему спиной и ухожу – медленно и растерянно. По щекам текут слезы от напряжения.

Именно этот его поступок сбивает с ног, угнетает сознание и убивает веру во все, что жило во мне до сих пор. Все мои убеждения, что зло не способно сочувствовать – оказываются вдребезги разбиты.

Всю дорогу из парка оборачиваюсь, убеждаясь, что слежки нет. Но он так и стоит на месте до тех пор, пока не отхожу на приличное расстояние, затем разворачивается и уходит.

Мой мозг отказывается во все это верить, а смешанные чувства туманят сознание.

Оставшийся день я провожу в постели, бездумно поглаживая толстую морду своего Барса, вальяжно развалившегося на моей груди.

Глава 4

Дик

Выходка Натана вызывает во мне агрессию – я не собирался видеться с парнями, уж тем более устраивать посиделки у Озера, но он дал им мое слово!

Оказывается, так можно было?!

Мало того, что сам туда неохотно езжу, так тут еще и вылазка внеочередная, да к тому же совместная, и возможно, требующая веселья и настроения, которое отправляется к черту, стоит только издали увидеть блеск проклятой воды, отнявшей у меня нормальную человеческую жизнь.

После того самого дня, перевернувшего всю мою жизнь и отобравшего детство, я постепенно стал отдаляться от друзей. И Натан с парнями не особо тянулись и нуждались в нашем общении. Виделись, конечно, периодически, но наши жизненные принципы и цели разошлись, как у Робина Гуда и Соловья Разбойника. Они – творили разбой и наслаждались, а я «помогал людям» только тем, что практически не вступал с ними в контакт, оберегая от встречи с Темным.

На сегодняшний день я не видел Джека и Криса уже около года. Мне это было и не нужно в целом, не особо хотелось видеть тех, кто, по сути, должен страдать от произошедшего, так же, как и я, но отчего-то ведет себя иначе, даже получая удовольствие и уживаясь с нечистью внутри.

Мне никогда не понять этого.

Разговора с Натаном в парке не получилось – Темный то и дело просился на свободу и вместо того, чтоб выяснять отношения, я гасил в себе Его ярость, чтоб не ввязаться в потасовку с тем, кто дал моё слово без моего ведома. Натан – единственный из них троих, с кем я более-менее поддерживаю связь, и то возобновили мы её примерно год назад. Скользкий тип, не поспоришь с этим, но те двое, после обращения – вообще ад кромешный.

А тут еще она…

Какого черта забыла в этом парке?

Это везение, что Натан ее не услышал. Я практически сразу понял, что она рядом, потому что Темный запомнил ее запах. Оттого каждый прилив ее страха не прошел мимо него – Он прекрасно слышал, с какого момента она появилась в разговоре и как сильно была напугана, когда Натан перевоплотился.

Я думал, достаточно напугал ее, чтоб избегала как минимум месяца два то место, в котором высадила меня, но оказалось недостаточно…

Она боится всего этого, вижу…

Но, словно пчелка на мед, летит на свой же страх…

Как так получается?

Действительно ли все это совпадение, как пытается убедить меня?

Снова отпустил – не хочу втягивать, не хочу привыкать, не хочу делать больно.

Себе.

И ей.

Напуганную мордашку не отказался бы увидеть вновь, а больно делать не хочу. И Темному не позволю.

Спустя час неспешной прогулки и мирного сосуществования с Тёмным внутри, без подобных вчерашним выкидонов и желания править мной, принимаю решение вернуться к обычной жизни. Иду пешком до окраины, поднимаюсь на пятый этаж, открываю ключом дверь в свою квартиру – и все это на автомате, в голове совершенно другие мысли.

Первым делом ставлю чайник, закидываю сосиски в кастрюльку, ставлю на огонь и направляюсь в душ.

Телефон все это время не умолкает.

С тех пор, как год назад в моей жизни вновь появился Натан, бесконечные звонки и смс от женщин также влились в мою обыденность. Сперва меня это пугало, поскольку с ними надо было быть осторожными – Темный мог появиться в любую секунду, а его появление достаточно пагубно влияет на окружающих. Стоит ли объяснять, что я не мог толком расслабиться, постоянно гася себя и свои эмоции, и в сексе, и в общении, стараясь максимально избегать как первое, так и второе. Позволяя себе это только когда крышу рвёт и организм требует – никаких излишков.

Со временем, конечно, понял более-менее, как Его контролировать: достаточно не срываться на эмоции, чтоб не подпитывать Его, и можно даже свидания устраивать…

Относительно.

До сих пор мне удавалось скрывать от партнёрш эту часть своей жизни – не скрывать ее было опасно: для них, для Темного и для меня.

Для всех.

Никто из моих женщин не видел Темного.

НИКТО, кроме нее.

И плюс ко всему тот факт, что она – не моя женщина.

Как так случилось?

Я двадцать лет жил со скелетом в шкафу и у меня получалось скрывать это, до тех пор, пока не появилась она.

В первый же день вывернула всю мою душу!

И какого черта меня теперь это так выбивает из колеи?!

Она видела Темного уже четыре раза. И даже видя Его облик, не задала ни единого вопроса, словно ничего особенного нет. Только сладкий страх витал вокруг, дурманя сознание: мое и Его…

И несмотря на этот факт, девушка снова встречается мне на пути!

Я выкладываю сосиски на тарелку, заливаю сублимированный кофе кипятком и, выставив все на журнальный столик в зале, усаживаюсь на диван, закурив очередную сигарету.

Мысли не дают покоя. Я не могу не думать о ней. Не могу разгадать эту девчонку.

Не могу поверить в то, что двадцать чертовых лет я боялся себя и своей тайны, боялся показать свое второе «я» кому-либо, уж тем более женщине, а тут она – и двадцать лет жизни просто в прах перед ее смущенными от увиденного глазами!

Черт возьми!!! Смущение! Не страх вовсе…

Неужели смущение от понимания, что увидела больше, чем должна была?!

Так вот оно что меня не отпускает…

Это ее чувство вины от того, что видит больше нужного…

Понятно теперь почему до сих пор ни единого вопроса по типу: «Что ты такое?»

Активирую телефон и смахиваю в сторону все пропущенные и сообщения от малознакомых девушек.

Всех к черту!

Открываю переписку с ней и вглядываюсь в короткий столбик сообщений – своих сообщений.

Ни разу не ответила.

Две синих галочки на каждом.

Она в сети.

Любопытство настолько сильно, что не могу удержать в себе желание. Все мои мысли и откровения злят Темного – Его злость обнимает все тело изнутри.

Никогда раньше не писал женщинам сам. Не испытывал интерес. Не думал о них больше, чем до и после секса. Никогда.

Темный в ярости.

– Пошел вон! – кричу в сердцах сам себе.

«Мия… Нужно поговорить…» – написал, удалил.

«Дай возможность все объяснить…» – написал, удалил.

Выругался и отправил одно единственное слово.

«Прости…»

Доходит не сразу, что на том конце диалог открыт давно, поскольку тут же две синих галочки оповещают о том, что абонент прочитал мгновенно.

То ли видела, что набираю, то ли ждала…

Неоправданное ожидание и безнадежность накрывают с головой как только девушка выходит из чата.

Ем сосиски, запиваю залпом остывшим кофе, беру ключи от своего старого форда и ухожу в ночь.

Знаю точно, что вернусь не скоро.

Глава 5

Мия

– Сара… Ты чего в такую рань? – вяло бубню в трубку, пытаясь разглядеть цифры на часах.

Звонок подруги обрывает мои сны и постепенно возвращает в реальность.

– Мия, время вообще-то – одиннадцать… – спешит сообщить она.

– Так сегодня воскресенье… – все еще слабо сопротивляюсь.

– У меня есть предложение к тебе… – полностью игнорируя мое желание, чтоб от меня отстали, она выдает бессвязный и с трудом разбираемый текст, – Тут наши одноклассники устраивают встречу в будущую субботу… Ну, ты поняла… Топят за то, чтоб в ресторане и снова вся эта скукотень… Каждый год одно и то же… Поддержи меня, а?!

– Что нужно делать? – неохотно соглашаюсь, чтоб отвязалась, наконец.

– Напиши в чате, что не против встречи на свежем воздухе… К примеру на беседках у озера между Карси и Мардины… Ну, прошу! Мне не охота снова выбирать вечерние платья и слушать классическую музыку. Я хочу оторваться – весна на улице ведь…

– Сара… Я вообще – то против…

– Против на природе?! – удивляется наивно.

– Против встречи в целом! – я, отчаявшись, закатываю глаза.

– Почему?! Как можно пропустить этот цирк?! – подруга заливается смехом, и я понимаю, что сон окончательно пропал.

Не усну больше при всем желании.

А она не отвяжется, пока не получит положительный ответ.

– Ладно, хорошо. Мой голос ведь не подразумевает моего присутствия на этом представлении?

– Эй… Ну прекрати… Там будет этот твой… Алан…

– Тем более… – снова закатываю глаза, окончательно убедившись, что ноги моей там не будет.

– В общем, так… – подытоживает Сара, – Вечером едем за купальниками. Кидай свой голос в чат и расходимся. Точнее встречаемся у меня в пять!

Открываю рот, чтоб понудить в ответ, но слышу гудки.

Тут же захожу в чат, ставший причиной моего пробуждения, безынтересно пролистываю вниз все триста с лишним сообщений и даже не здороваясь, кидаю сообщение:

«Я против ресторанов. Мой голос – за свежий воздух. Место выбирайте сами»

И тут же ловлю ответ Мэри:

«Эй… Смотри кто пожаловал… Как дела, зубрилка?» – и следом сотни смайликов от всяких «королей жизни» и «ядовитых кобр».

Перспектива разглядывать аватарки и вычислять кто есть кто, не вызывает во мне никакого желания. В целом то, что Сара просила – я сделала, остальное меня не касается. Я и на мероприятие – то идти не собираюсь.

Постепенно готовлюсь к рабочему дню. Завтра предстоят две сделки и если все срастётся, в обед уже буду свободна. Подбираю одежду, с учетом того, что собираюсь все же этим вечером проехаться к подруге, а после не захочется ничего делать, тем более думать о работе.

Пробежку пропустила теперь надо наматывать шаги – по магазинам, так по магазинам.

В конце концов, в парк ее затащу – в Карси тоже парк что надо.

«Тебя сегодня не было на пробежке… Я ждал…»