Цитаты из книг автора «Вамик Волкан»

Работа горя включает не только полное оплакивание утрат в настоящем, но и прохождение через любые не полностью оплаканные утраты в прошлом. Такие задачи становятся невыполнимыми, когда одна утрата накладывается на другую. Психолог, консультирующий случай тяжелых утрат, заметил: «Живущие в мире ВИЧ, едва завершают скорбеть по одному ушедшему, как обнаруживают, что умерли еще четверо, а то и десять других» .

Никто не знает, где начинается СПИД. Теперь мои друзья в Лос-Анджелесе с трудом могут вспомнить, что они чувствовали раньше, до появления болезни. Но все мы наблюдали за тем, как росли потери в Нью-Йорке, потом в Сан-Франциско – за годы до того, как это коснулось нас здесь. Медленно зарождающи

Чтобы избежать позора, связанного со СПИДом, некоторые семьи скрывают природу болезни и не пускают родственников и друзей в больницу, не допускают их до похорон, опасаясь, что те обнаружат истинную причину смерти. Подобное поведение изолирует семью, лишает ее традиционных источников поддержки и может осложнить горе. «Понесшие утрату переживают обычное в таких обстоятельствах чувство потери, – замечает миссис Перри, – но они испытывают также гнев и стыд из-за вынужденной лжи и тех способов, которыми они добились сокрытия тайны. Этот стыд может препятствовать изживанию их горя».

оль от отсутствия формального признания отношений делается сильнее, если семья умершего возлюбленного не одобряла их и не пустила на похороны понесшего утрату партнера, отрицает его право на общую собственность или же как-то иначе вымещает на нем свой гнев.

Горевание может также осложниться, если понесший утрату не получает формального признания факта существовавших отношений и понимания значимости потери

После того, как СПИД диагностирован, скорбь постепенно нарастает из-за осложнений, поскольку пациенты утрачивают способность работать и не справляются с повседневными делами.

Отсутствие толерантности и дискриминация пациентов со СПИДом распространяются и на тех, у кого СПИД отнял любимых людей. Переживающим такое горе часто не хватает поддержки: у них нет никого, с кем можно было бы говорить о своей боли. Слишком часто они становятся теми, кого мы называем „невидимыми скорбящими“, – сказала Кэтлин Перри, директор программы помощи и поддержки в Манхеттенской больнице Св. Винсента. – Наша культура обесценивает человека, который умер. Что может изолировать больше?»

СПИД лишает нас наших ролей в привычной сцене смерти. Он – помеха любым утешающим нас шагам, которые мы, возможно, сделали в сторону Смерти. Смерть от СПИДа носит характер эпидемии, и поэтому никогда не может быть полностью личной. Она приходит незаслуженно раньше времени, дает отсрочку или поражает по своему произволу, и поэтому не может быть полностью неизбежной. Из-за ее случайного характера никто никогда не может считать ее всецело результатом своих собственных действий и полностью взять ответственность за нее на себя

СПИД имеет сходство с любой хронической болезнью, в которой диагноз обычно опережает смерть на несколько месяцев или лет, что дает время заранее погоревать и осуществить некоторые приготовления к расставанию. Но вместе с тем смерть от СПИДа – особенная смерть, а связанное с ним клеймо может сделать переживание горя чрезвычайно мучительным и обрекающим на изоляцию

Наконец, чтобы горевать, мы должны быть способны принять мысль об утрате. Тот, кому известна скорбь об утрате, возможно, решит, что наше уменье горевать превышает меру.