Цитаты из книг автора «Вамик Волкан»

«терапия повторного переживания горя». Он стал включать в себя определение точки фиксации горя, способ ослабления фиксации, а также создания таких условий для скорбящего, чтобы он мог «повторно пережить» утрату с этого момента. Спустя годы терапия стала менее ригидной, гораздо больше времени я стал уделять выяснению различных страхов, которые порождала у скорбящего утрата. В фокусе лечения оставались связующие объекты.

Общество может помочь переживающим горе, сняв табу с разговоров о смерти. Мы можем поощрять их откровенные разговоры с родственниками и друзьями об этом опыте и сопровождающих его чувствах.

Анна Фрейд писала о «хронических неудачниках», чей симптом заключается в неспособности хранить свое имущество. Они постоянно теряют деньги, забывают тетради в школе, а одежду – у друзей, когда приходят к ним в гости. Она отметила два слоя идентификации, имеющих место в таких случаях. Хронические неудачники пассивно отождествляют себя с утраченными предметами (и таким образом подпитывают свое ощущение потерянности) и активно отождествляют себя со своими умершими родителями, которые оставили своих детей. Хронические неудачники обращаются со своим имуществом так же, как их родители обошлись с ними

Когда она больше всего нуждалась в близости с мужем, Джанет отталкивала его. Она не могла признать свою зависимость из-за бессознательного страха вновь быть брошенной.

умение оставшегося родителя адекватно реагировать на утрату сказывается на том, как ребенок справляется с потерей. Под адекватной реакцией имеется в виду способность переживать горе, утешать ребенка и обеспечивать ему подходящую замену умершего.

Очень велика вероятность того, что дети, которые потеряли одного из родителей, еще не преодолев подростковый возраст – и не обрели хороших заместителей родителей, не получили помощи в оплакивании утраты, – станут вечноскорбящими. В такой ситуации родитель превращается в «утраченную нетленность – фигуру, вечно преследующую ребенка и вечно недосягаемую для него.

Столкновение со смертью значимого взрослого может оказаться для ребенка слишком пугающим, поэтому бессознательно ребенок отрицает ее и не проявляет признаков печали.

Ребенок может более явственно проявлять печаль о смерти домашнего животного, чем о смерти члена семьи. С горем, вызванным смертью домашнего любимца, ребенок в силах совладать, поэтому ребенок выражает его.

Реакция детей предподросткового возраста на утрату часто кажется странной, совсем не такой, какой можно ожидать от сраженного горем человека.

«Когда умирает брат или сестра, – заметила писательница Барбара Ашер после смерти от СПИДа своего брата, – смерть берет нас за шкирку. И уже не ослабит свою крепкую хватку. „Ты тоже уйдешь, – говорит она. – Да, даже ты“»[78]. Оплакивая смерть брата или сестры, мы горюем и о себе.