Цитаты из книг автора «Валерия Чернованова»

перебор. Прописная истина, что с ума сходят поодиночке, а гриппом болеют вместе, из мультика «Простоквашино», сработала.

Оставив Лану на попечении брата, Габриэль скрепя сердце отправился в отцовский кабинет. Настроение у ведьмака было, мягко говоря, мерзкое. Мало того, что Франческа принципиально не реагировала на его звонки, и он уже даже подумывал о том, чтобы, наплевав на свои принципы, распрощаться с ней эсэмэской. Так еще и родители вернулись, вдрызг разругавшись. Не придумали ничего лучшего, кроме как обвинить друг друга в том, что их дочь выросла такой взбалмошной, глупой девицей, плюющей и на духов, и на пожалованный ей предками дар. Уже одного этого Габриэлю оказалось достаточно, чтобы потерять душевное равновесие. А тут еще и бабушка, которую препроводили с почестями на тот свет двадцать лет назад, заявилась!

Но это же Колизей, – посмотрела на меня, как на умалишенную, Инка. – Разве можно побывать в Риме и не увидеть это чудо? – Может, завтра увидим, а? Чудо ведь никуда не денется, – пошла я на компромисс. – Или сегодня вечером.

– Об имени думать пока рано. – А если будет двойня? – не унимался Герхильд. – У меня в роду, между прочим, были близнецы. – Невыносимый! Собиралась легонько ударить его в грудь, но этот несносный Ледяной перехватил мою руку и прижал к своему сердцу, которое сейчас стучало радостно и быстро, от переполнявшего его счастья. – А говорила, что любимый. – Говорила и буду говорить, – ответила тихо и шепотом с улыбкой повторила: – Мой самый любимый и родной. Но порой совершенно невыносимый дракон.

Тут уж Мориэна поставили на землю и на руки подхватили ее лучезарность. Покружили, вернули к сыну, ревниво вцепившемуся мне в юбку. Мориэн явно терялся в догадках, с чего это папа сегодня так разошелся (обычно он ведь не показывает эмоции) и почему вдруг начал играть не с ним, а с мамой. Сын обожал, когда его подхватывали на руки и подбрасывали. Маме, впрочем, тоже нравилось оказываться в руках папы. – Почему молчала? – хрипло прошептал Скальде, не сводя с меня взгляда, и послал вдогонку нетерпеливое: – Как назовем?

– Я бы тоже не отказался от девочки, – глядя на валяющуюся в снегу рядом с кьердом малышку, заявил Ледяной. Я закусила губу, гадая, рассказать ему сейчас или все же дотерпеть до праздника, как собиралась. В итоге не дотерпела и выдала: – А и не надо отказываться. – Взяла мужа за руку и прижала его широкую ладонь к своему пока еще плоскому животу, глядя, как меняется выражение лица тальдена, как загораются его глаза

Узнав, какую кашу заварила его старшая дочь, Ритерх посыпал голову пеплом, извинялся передо мной и заверял, что если бы он только знал, помог бы мне выпутаться из сплетенной его дочерью и моркантой паутины. Фьярру он так и не простил, вычеркнул ее из своей жизни. Не знаю, с каким сердцем она покидала Адальфиву, но я возвращалась сюда спокойной и счастливой, храня в душе теплые пожелания моих близких.

Показываю сыну, как надо играть с девчонками. Что скажешь, устроим им, Мориэн? – азартно выкрикнул его великолепие своей мини-версии: сероглазой, темноволосой и такой же упертой.

Снежок выразительно фыркнул, как бы говоря, что мы в принципе все его уже достали и что он предпочел бы в данный момент греть пузо возле камина, а не выгуливать малолетнего рыцаря и охотницу за хвостами. – Я с ней не иглаю! – насупился малыш. Риан скорчила рожицу

Нашей? – недобро сощурился Герхильд, и Лешка нервно сглотнул. Нет, какой же все-таки ревнивец и собственник. Еще даже не успел познакомиться с тещей, а она уже вся его.