5. Маша

Шоссе снова устремилось им навстречу, впереди был ещё очень длинный путь, а за окнами машины ночь. Говорить братьям пока не хотелось.

– Ты, Витя, давай, поспи пока, – сказал Игорь. Часов через пять – шесть проедем Москву, остановимся, перекусим, там и сменишь меня.

Это было разумное предложение.

Виктор откинул до упора спинку пассажирского сиденья. Перебрался на задний ряд, вернул спинку сиденья в исходное положение. Там, из специально подготовленного для этой поездки полиэтиленового пакета, достал подушку и одеяло. Позаботилась жена Игоря, она на этот счёт оказалась более практичной.

Витя с удобством устроился на подушке, укрылся одеялом и постарался уснуть.

Сон пришёл, но не сразу.

У него никак не шёл из головы разговор с Игорем.

А ведь он абсолютно прав, думал Виктор. – Мне самому не нужен никто. Если разобраться, мне не был нужен никто ещё до развода с женой.

Вернее, не так, вспоминал он. – С тех самых пор, с того злополучного дня, нападения наркоманов, когда я растерялся – с момента, когда отношения с женой стали меняться, я понял, что могу спокойно обходиться и без этих отношений.

Постепенно замкнулся в себе.

Стал задерживаться на работе, не видя смысла торопиться домой. Всё время старался остаться один, думал, размышлял о чём-то своём, никак не связанным с семьёй.

Затем, чуть позже стал пробовать писать.

А через небольшой промежуток времени полюбил тишину и окончательно отгородился от мира.

Мне стало по-настоящему нравиться быть одному и это вовсе не улучшило отношений в семье. – С женой мы всё больше и больше отдалялись друг от друга.

Разрыв произошёл не сразу.

Всё-таки мы любили друг друга, возможно, какой-то частью себя, продолжаем любить. Возможно, мне это только так кажется, а я ничего не знаю о том, что значит любить. Или…, может так оказаться, что я вообще многого не знаю и причиной нашего разрыва с женой, было что-то ещё. Любовник, например.

Я даже выяснять это не пытался.

Мне казалось тогда, что наши отношения совершенно логично подошли к своему завершению. Да, и некогда мне было в этом копаться. Я заканчивал написание своей первой книги и был полностью поглощён этим процессом.

Как в тумане выслушал её решение развестись. Спокойно согласился с ней, что так будет лучше обоим. Я действительно так думал тогда. Думаю так и сейчас. Только вот дочь …, она единственная из нас троих переживала это остро. Ведь её отношение ко мне нисколько не изменилось, и она никак не могла понять, почему дальше мы не сможем жить вместе.

Состояние своей дочери я тогда до конца не понимал – я даже не думал об этом в то время. Возможно, и сейчас понимаю не совсем. – Неблагодарная скотина. Спокойно отвернулся от близких мне людей и ушёл, как ни в чём не бывало. – Ушёл, дописал свою книгу, сдал её в издательство, снова на время стал самим собой – пришёл к дочери с подарками и понял, что не очень-то и нужен ей.

За какой-то месяц изменилось всё!

Ещё и обиделся, жалел себя, думал, что дочь меня больше не любит, хотя я ни в чём перед ней не виноват. И даже не задумался о том, насколько сильно её ранил, исчезнув на целый месяц – в тот самый момент, когда ей было особенно плохо. Не понял тогда, что такие раны не затягиваются мгновенно, что для этого нужно время…. И снова пропал, но уже на полгода и сделал ситуацию необратимой. – Писатель хренов, знаток человеческих душ. Если бы не Игорь, может быть, и не понял бы этого никогда.

– Негодяй, – чуть слышно, чтобы не услышал брат прошептал он. – Какой же я был негодяй!

Необходимо вернуть отношения с дочерью, решил он, она мне очень нужна, не исключено, что и я ей всё ещё не безразличен. – Всю оставшуюся жизнь на это положу, – шептал он. – Вернёмся, займусь этим незамедлительно.

Наверное, это было верным решением.

Он улыбнулся, погружаясь в прошлое, вспоминая, как же было здорово, когда у него ещё была семья, как они все любили друг друга, как он любил свою дочь, Машу.

– Как ты там, Мария Викторовна? – нежно прошептал он. – Прости меня, я ненадолго уеду – это необходимо – прошлое тянет назад, с ним нужно разобраться…. Но очень скоро я вернусь, и всё у нас будет, как прежде….

Такое решение его немного успокоило. И с мыслью, что всё обязательно станет хорошо, он не заметил сам, как уснул.

И ему приснился сон.

6. Сон Виктора №1

– Здравствуй папа, – сказала Маша мрачно.

Ему показалось, что дочь не хочет с ним разговаривать. Вроде бы вот она, прямо перед ним, но словно невидимая преграда встала между ними, словно огромное расстояние до неё. Голос слышен, но не почувствовать тепла.

– Маша, Машенька…, что с тобой…? Ты сердишься на меня? – скороговоркой пытался ответить он. – Не сердись, прости дурака. Я ведь ещё вчера не понимал ничего. Словно забыл, как нужно любить, словно заблудился, думал не о том – только о себе думал…. – Прости!

– Ты и сейчас не о том думаешь!

– Маша, почему ты так говоришь? – он ничего не понимал. Он видел свою дочь, видел, что это она, но не могла девушка пятнадцати лет так говорить со своим отцом. Или могла? – Мы очень редко видимся, с грустью подумал он, вот я всё и пропустил. – Прозевал все изменения, произошедшие с собственной дочерью.

– Ты и правда, не понимаешь? – спросила она.

– Что…? Что я должен понимать?

– Не понимаешь…, – заключила она безжизненным голосом. – Тем хуже для тебя, но скоро ты всё поймёшь, а пока смотри.

И она указала ему рукой направление.

Он невольно последовал взглядом за её рукой.

Увидел пологий спуск, один из откосов неглубокого оврага. Быстрый ручей на его дне. Маленькая чаша с хрустальной водой на его склоне.

Это был тот самый овраг и тот самый источник.

– Как? Маша, ты тоже знаешь об этом месте?

– О нём знают все из нашего рода, только многие пытаются забыть.

– Почему забыть …?

– Лучше забыть и тебе, пока не случилось непоправимого….

– Нет, Маша, нет! – выкрикнул он. – Как можно забыть? – Необходимо разобраться! Я не могу оставить свою историю, я должен увидеть наш священный источник хотя бы ещё один раз!

– Вряд ли ты сможешь его увидеть!

– Но почему…?

– Потому…, что там, куда ты едешь есть только смерть! Там нет больше места источнику с живой водой!

– Я не понимаю Маша….

– Вижу, что не понимаешь…. Несёшься, торопишься, пытаешься найти то, чего найти нельзя…. Но будь осторожен…. Не всем это нравится…, – грустно сказала она и словно призрак стала таять прямо у него на глазах.

– Погоди Маша, не исчезай, объясни….

– Прощай…, – успела сказать она, прежде чем исчезла окончательно.

Одновременно с этим качнулась земля.

Вслед за первым толчком последовал второй, третий, четвёртый.

Поверхность земли на склонах оврага пошла волнами. Зелёная трава моментально пожухла, смешалась с землёй. В чашу с хрустальной водой упал ком чёрной земли.

Он метнулся к источнику, но следующий толчок опрокинул его на спину и он скатился чуть ниже по склону. Чувствуя себя почти беспомощным перед силами, меняющими всё вокруг, Виктор, тем не менее, попытался снова встать на ноги и метнулся вперёд к источнику, но новый толчок снова сбил его с ног. Он упал на колени. До источника оставалось всего несколько метров, но он ничего не мог сделать. Земля под его коленями снова пришла в движение – целый пласт склона оврага с метр толщиной съехал вниз, заваливая волшебный источник, отбрасывая и его самого снова куда-то назад.

Склон, ещё совсем недавно казавшийся пологим, стал значительно круче и длиннее, овраг оказался намного глубже и Виктор стремительно катился по его склону и никак не мог задержаться на его поверхности. Он видел, как приближается его дно, видел, что оно тоже претерпело серьёзные изменения, но ему от боли и отчаяния было уже всё равно. Он уже ничего не мог контролировать. Он продолжал катиться к дну оврага, где небольшой ручей уже превратился в бурную реку, с рёвом несущую между скалистыми берегами грязно-серую воду.

Скальный берег скачком придвинулся к нему.

Виктор невольно закрыл глаза и почувствовал, что больно ударился головой обо что-то твёрдое.

Возможно, на время он даже терял сознание, когда же он снова открыл глаза, вокруг стало очень темно. Он был всё ещё жив, немного болела голова, и он оказался лежащим в какой-то узкой щели. В остальном его самочувствие казалось нормальным, но он никак не мог сообразить, где оказался.

Глава 2. НЕСКОЛЬКО СТРАННЫХ СОБЫТИЙ

1. Происшествие на дороге

– Ты как? – услышал он чей-то вопрос, но, не понимая происходящего, не спешил отвечать.

– Живой спрашиваю? Что молчишь?

Сознание Виктора качнулось в нужную сторону, и он смог воспринимать происходящее адекватно. Остатки его сна улетучились окончательно, и прямо перед собой он увидел своего брата, Игоря.

Реальность окончательно обрела знакомые черты, и он понял, что сидит на полу джипа в узкой щели между передним и задним сиденьем.

Машина стояла.

– Вроде живой, – наконец ответил он, невольно ощупывая лоб, которым ударился во сне.

– Это хорошо, – ответил Игорь, помогая ему выбраться. – Всё самое интересное проспал, – добавил он. – Жуткая авария, но нас, слава Богу, пронесло. Хотя увернулись чудом.

Они вышли из машины.

– Сильно ударился? – спросил Игорь.

– Нет. Похоже, головой о спинку сиденья, а она не очень твёрдая. Шишка, наверное, будет, а в остальном порядок.

– Рад за тебя…. А ребятам повезло меньше, – Игорь кивнул назад.

Там, в предрассветной дымке, в пятидесяти метрах позади, нечётким силуэтом, просматривалась фура, стоящая поперёк дороги, перегораживая все четыре полосы движения. Что находилось за ней, видно не было, но перед ней, на встречной полосе, уже начали скапливаться автомобили.

– Что случилось? – спросил Виктор.

– Толком не понял и сам, всё произошло очень быстро, – ответил Игорь. – Шла в правом ряду эта фура, в левом ряду «Ауди», мы следом. Пошли на обгон и в этот момент, не включая поворотников, грузовик резко начал смещаться в левый ряд – может неисправность какая – не знаю. Я притормозил, успел перестроиться в правый ряд и проскочил, а «Ауди» нет – фура выдавила его на встречку и …, похоже, лобовое.

– Нужно пойти…, – сказал Витя, – возможно, кому-то там помощь нужна.

– Это вряд ли, шли на обгон на ста двадцати…. Но пойти стоит, могут потребоваться показания.

Они обогнули фуру по обочине со стороны прицепа. Невольно посмотрели вдоль неё. На её поверхности видимых повреждений не было. На подножке кабины, обхватив голову руками сидел, судя по всему, водитель.

Впереди, на их полосе движения, пока хватало глаз, образовалась пробка. На встречной полосе, метрах в ста, они увидели свалку из трёх машин, вокруг которых уже суетились люди.

Ещё дальше, сверкали проблесковые огни полицейской машины, стремительно приближающейся к месту аварии.

– Быстро они…, – сказал Виктор.

– Пост ДПС в трёх километрах позади. Мы только-только проехали границу Москвы, – ответил Игорь.

– Пойдёшь к ним?

– Теперь уже и не знаю. По-моему, всё очевидно, а наша помощь, похоже, никому уже не требуется, застрянем только на неопределённое время. Плюс, я не вписан в твою страховку…. Разве что пойти сказать этому уроду пару слов, – Игорь кивнул на виновника ДТП.

– Это-то зачем? – Перестань, он и так уже всё понял, переживает ….

– Понял он, переживает! – выкрикнул Игорь, перебивая брата, двигаясь в сторону кабины фуры. – Ни черта он не понял! – Из-за него люди погибли, могли бы и мы, а он сел, за ладошки спрятался. – Да его убить мало…!

Витя нехотя пошёл вслед за братом. Больше всего в тот момент ему хотелось быть, как можно дальше от этого места.

Игорь же, напротив, только входил в раж. Он подошёл к водителю грузовика. Виктору ничего не оставалось, как подойти вместе с ним.

– Что прячешь лицо? – крикнул Игорь. – Хотя бы посмотри, что натворил! – Да тебе вообще ездить нельзя!

– Игорь хватит, – сказал Витя, пытаясь остановить начинающуюся перепалку.

– Ничего не хватит, – возразил тот. – Это только начало. Похоже, этот урод вообще ничего не понимает. Надо объяснить.

И Игорь потянулся к человеку, пытаясь убрать руки от его лица.

Внезапно тот распрямился как пружина, встал, перехватил руку Игоря и с силой её сжал.

Игорь скривился от боли.

Виктор от неожиданности застыл, наблюдая за происходящим.

– А ты сам всё понимаешь? – спросил человек без тени страха, глядя с лихорадочным блеском в глазах, в перекошенное от боли лицо Игоря. – Или может быть понимает он? – продолжал человек, кивая на Виктора. – А ведь ты сам виноват не меньше. Ехал за этой машиной – водитель фуры кивнул на свалку машин, видимо, имея в виду «Ауди» – и не оставил ей возможности для манёвра. Сам увернулся, а он…. Видишь, что из-за этого случилось…. Возможно, это вам не стоило никуда ехать.

– Что ты хочешь сказать? – прошипел Игорь, превозмогая боль, обращаясь к водителю.

– А я уже всё сказал, – ответил тот. – На первый взгляд, лопнула рулевая тяга, машина потеряла управление и…. А на самом деле…? Почему это случилось именно сейчас? – Вот он знает, – водитель, кивком снова указал на Виктора.

Витя будто очнулся от сна.

– Что ты такое несёшь? – Ты что псих? – Что я знаю? – И отпусти его! – выкрикнул он, с силой отталкивая водителя.

Водитель, теряя равновесие, разжал руку, отпустил Игоря и приземлился на пятую точку прямиком на ступени кабины своего автомобиля, приняв абсолютно такое же положение, как и до начала их разговора. Усевшись, он снова обхватил руками лицо.

– Думал, ты никогда не догадаешься помочь, – сказал Игорь. – Сильный гад, как тисками руку сжал. Надо бы ему морду набить.

– Отставить рукоприкладство, – услышали они за своей спиной.

Оглянулись на голос и увидели сотрудника ДПС.

– Кто водитель грузового автомобиля? – спросил инспектор.

– Я, – ответил человек, сидящий на ступенях кабины, убирая руки от лица, затравлено глядя, увлажнившимися от слёз глазами.

Виктор посмотрел на водителя снова.

Этот человек радикально изменился. Самоуверенной наглости, как не бывало. Он выглядел растерянным и несчастным, готовым от безысходности расплакаться в любой момент.