***

Пёс не брешет, вечереет,

Гонит в хлев коров пастух.

Засыпает клён, робеет

От нежданных показух.

Подле берега ракиты

Чередой спешат в туман,

Полумесяц в выси хитрый

Так и тянет на обман..

Полуношная природа

Мирозданием живёт,

Где простор, весна, свобода,

Где не в моде недород.

Я бросаю крылья к небу,

Но доселе не могу

Разобрать, где быль и не быль,

Смирно кутаюсь в стогу..

Избегаю снов зловещих,

Обращаюсь к небесам.

А на них сиянье блещет,

Приоткройся, дверь: «Сезам».

ВАНЕ

Проснулся. Утро. Свет в окне
Колышется под занавеской.
И виден всадник на коне
С гусарской выправкой гвардейской.
Быть может сдвинулся с ума,
Виной всему моё бессонье?..
Сугробы, вьюга, знать зима,
Всё ближе карканье воронье.
Но все же, почему гусар,
Сияют шпоры, в доломане.
Снежинки мокнут на усах,
Коня рукою шелобанит.
Я выхожу, с крыльца поклон
Отвесил молодцу для вида.
Да неужели это он
Лихой кавалерист Давыдов?
Он плёткой указал на клён,
О нём писал Сергей Есенин.
Умчался снежный эскадрон,
И я закрыл от стужи сени..

В РАДУ

Полощет дождь остервенело,
Гроза торопится в галоп,
И каждой клеточкою тела
Я ожидаю пулю в лоб..
Но я привык, совсем не страшно,
Окоп не давит и не жмёт.
А дождик капал день вчерашний,
Без продыха сегодня льёт.
Сержант, отчаянный вояка,
Даёт отмашку на отход,
И рядом кореш мой, служака
Ногами пятится вперёд..
Я замыкающим солдатом
В грязи тружусь, шукаю взвод
И про себя печатным матом
Ругаюсь задом наперёд..
А супостаты – россияне,
Коварная рука Кремля,
С утра барахтаются в яме,
Ползут в несжатые поля.
За что мы грязи принимаем?
За кнопкодавцев и ЕС..
В окопы сытых краснобаев,
Чтоб поубавить прыть и спесь..
За безмозглые тарифы
Я, как мать моя молчу.
С грязной шеей мы как грифы,
Не промажу, замочу.
На экране ты как-будто
Наш любимый царь Додон..
Ну а мы с бюджетом дутым,
Да без визы – за кордон.

СЕРГЕЮ – БРАТУ

Поздравить с добрым утром,
Доверясь небесам,
Не тяжело как-будто,
Так сделай это сам..
Поздравьте человека,
Знакомого едва,
Дарите им с приветом
Хорошие слова.
Непобедимы войны,
Но как тут не суди,
Намаялись, довольно
Рвать душу из груди!
Закончилась пластинка
И двадцать первый век
Шагнул, увы, не тихо,
Признайся, Человек..
Но всё же не напрасны
Надежда и Любовь..
Я восклицаю: «Здравствуй!»,
И повторяю вновь.

ОСЕННИЙ ПОЛУСОН

Чёрт крадётся непроворно,
Скалит зубы на меня,
Потрясая лапой чёрной,
Опасается огня.
Осенив крестом трёхперстным
Лик, дрожащий от лампад,
Отмечаю беса бегство
В неуёный листопад.
И бросаю в пол немытый
Запотевшее чело
А в мозгах, что острой бритвой:
«Пронесло – не пронесло?,,»
И в кровать бросаю смело
Тело бренное своё,
С верой в Бога и умело,
Чую – мы уже вдвоём..
И в дрожащем полумраке
Вижу стены и порог.
Из заштопанной рубахи
Руки к небу: «С нами БОГ!»

СОБРАТЬЯМ ПО ПЕРУ

Абсолютные идеи
Размышления потуги
На бумагу, не робея,
Для истории услуги.
Для эстетики некосной,
Бытия и важных дтем
Нам порукой тайный космос,
Созидатель душ и тел..
Нам мила живая свежесть,
Бледный цвет – ещё милей.
Страшит порою неизбежность,
Уход любимых и друзей.
Не уподоблюсь мавзолеям,
Что стынут глыбами в ночи.
Уйду березовой аллеей
В поэму, в непечальный стих..
Так мыслите живее, братья,
И достигайте совершенств
И поэтическою ратью
Дерзайте в космос и окрест!

ИРИНЕ К.
Дневные звёзды

Попробуйте, ещё не поздно,
В колодец пристально взгляни,
И вот они, дневные звёзды,
Выходят из воды в зенит..
Нетрудно в чудеса поверить
И в чудодейство вещих снов.
Решил и я сие проверить,
Смотрю в колодец вновь и вновь.
И что-то тайное о мире
Вдруг подымается ко мне
И тянет вниз пудовой гирей,
И блещет что-то в глубине.
Но я не то, чтобы в обиде
От неосознанной беды.
Я звёзды яркие увидел
На чёрном зеркале воды..
Рожденье радуг, звёзд мерцанье
Нас поражает и манит,
И высь – источник мирозданья,
Горит, как чёрный эбонит..

ЕСЕНИНУ С. А.

Ох, судьбина – хана, откройся,
Растопырь недомолвок плетень..
Тороплюсь я с любимой тростью
За околицу всякий день.
И дубы, и берёзки оравою,
Обнимают, рукав теребя!
Я киваю копной кудрявой
На дубовый подлесок, любя.
Перламутровой строчкой опята,
Не смущаясь забавно глядят.
Из понурой полоски несжатой
Провожают поклоны маслят.
Пышных ивушек шепот бабий,
До охоты, грибы – крепыши!
Шевелят, шепчут имя губами
В первозданной лесной тиши.
Каждым августом, всяким годом
Нас навстречу влечет судьба,
На пикет проводам и заводам,
На овин, где гудит молотьба..

КОЛЬКЕ В.

Бульончика с пельменями..
И все дела, и все дела.
Отдамся откровениям,
Сомнения спалю дотла..
Перцовочки забористой
Приму, перекрестясь.
Забудутся все горести,
Такая ипостась.
Макаю в уксус с перчиком
И берюзит слеза.
Такой я недоверчивый,
Стихийный егоза.
И безо всякой жалости
От суеты дорог.
Нальем еще по-малости
И ходу за порог.
Уйду тропою пешею
Слагать весенний стих,
С русалками и лешими
Забуду, что старик..

ДЕДУ СЕМЁНУ, МЕЛЬНИКУ

Острог лирических надежд
И колья вкруг души и колья..
Разгул сияющих невежд
И вето цензоров на воле..
Порой в кармане ни гроша,
А только праведные рифмы.
Но неусыпная душа
Сердечные внимает ритмы.
Понятен певчий щебет птах
И луговые Божьи травы.
Крутые дядьки без рубах
Косою машут у дубравы.
Светлы отчизны облака,
Обычное России вёдро.
Испив из крынки молока,
Косцы бредут в работу бодро.
Зазолотилася верста,
Хлеба то рослые какие!
Полувиденье, лепота,
Просторы русские, родные.

ПОЛКОВНИКУ В. П.

На краю стою заката,
Кто-то звёзды засветил.
Неуютно, сыровато,
Видно выбился из сил.
Загляделся в небо, замер,
Кто поверит мне, лгуну?
Бес сребряными гвоздями
Приколачивал луну..
Потерял тропинку к дому
И шарахаюсь окрест.
Смирный леший с мордой сдобной
Машет лапой, дарит жест.
Вечереет и проснулись
Твари сосен и дубрав,
Нарядились, приобулись
И шабашат среди трав..
Чудо-дивная картинка!
Я на трёх ногах бегом
По знакомой, по тропинке,
Осеняя лоб крестом..

ИКАР

Зря родился не Икаром,
Но, стирая пот со лба,
Я не с церкви, я с амбара
Вниз, под ноги сельских баб.
Поделом, не надо охать
И крестить со страху лбы.
Видно прыгать с невысока
Не предел моей судьбы..
Подустал маленько за день,
Пыль обдул, очистил грязь
Крылья новые отладил
И на печку, помолясь.
А на утро солнце стрелы
Запустило по лесам.
Следом я лихим пострелом
Оседлал высокий Храм.
Помолился, оглянулся,
Что ты делаешь, шалун?
Сиганул и вдруг проснулся
Рядом с песью, на полу..

ДУМЫ ВСЛУХ

Всего милее наша жизнь,
Жить не пристало без работы.
Твори ошибки, но держись
До измождения, до пота..
Таись изысканных страстей,
Вреда потомственного барства,
Скорее в творчество, скорей
Из плена цепкого коварства!
В союзе сердца и ума
Добудешь светлые порывы.
Таланта тяжкая сума
Не устрашит, пока мы живы.
Любви касаясь за версту,
Прекрасное души отметим.
Обожествляем красоту
В любимых женщинах и детях.
Источник жизни – свежесть сил
И неизбежность созиданья..
Но если сам себе не мил,
Влачи по жизни состраданье.

ЗУЕВУ Ю.
Собратьям по перу

Слово – штык, стилет, рапира,

Но острее топора..

Я драгун, боец, задира

Для соседнего двора.

И до крови верен дружбе,

До предела, на века.

Вот где слово, как оружье,

В стае ценится пока..

В хороводах, под тальянку,

Под гитары дивный звон

Душу выну наизнанку,

Как певун, а не пижон.

И в малиновой рубахе

Я слова ловлю с небес

В кураже пивном и драке,

Слава Богу – чаще без.

Выбрав правильное русло

Остросабельным словам,

Бей, дерзай, твори искусно

Людям, травам, небесам..

СВИДАНЬЕ

Не чванься, дева юная,
Платок не тереби.
В страну любви подлунную
Скорее в челн, греби.
Свистит милёнок птахою,
Сигналы подаёт.
Невышитой рубахою
К своей груди прижмёт.
И ты рукой растерянной,
Не зная, что где взять.
Предчувствуешь уверенно:
«Отцу хороший зять..»
И под ракитой тешились,
Любились до зари.
И добродушно лешие
Шептали: «Ночь, замри.»
Стремится челн над водами,
Куда, он знает сам.
Садами, огородами
Младые по домам.

КСЮХЕ

Я нелюбима, что теперь?
Пою одна «Калину красну»
Не постучит в открыту дверь
Желанный молодец прекрасный..
Какой убогою светлицей
Вдруг стала горница моя
И сердце реже стало биться
Об засердечные края..
А мысли движутся скупее,
И я себя ловлю на том,
Что небосвод не голубее,
Когда я думаю о нем.
Ну что же ты, милёнок дерзкий,
Не принял свет моей души.
Тебя молила я по-детски:
«Уймись, любимый, не спеши..»
Вдруг скрипнули мостки тесовы,
И отворилась тихо дверь.
И прошлое вернулось снову,
Пришел желанный, нежный зверь.

СТУКАЛОВУ В.

В лихоманстве Кардельер
И красотах Аргентины
Первый их мессионер
Занедужил от ангины.
Камнем выгладил сюртук,
Заодно грел спину.
Шибануло духом вдруг
Вроде кофеина.
Истощенною рукой
Принял колебасу.
Думал всё, за упокой,
Но Господь «Да здравствуй»..
В упоенье лобызал
Трубочку бомбилью.
Встрепенулся, как Тарзан,
Пропотел обильно.
Сладковатый кофе смак,
Падуб горьковатый,
От Мате стал без ума,
Выражался матом..