Цитаты из книг автора «Валерий Чумаков»

Работа в заведении использовалась исключительно ручная. Единственной не человеческой силой была лошадь, на которой Алексей Иванович ежедневно сам ездил на Болотный базар покупать свежие ягоды и фрукты. Никому другому из 24 человек, работавших в мастерской, он такую ответственную операцию до времени не доверял. Вместе с ростом производства росла и репутация будущего «конфетного короля».

Теперь он стал московским купцом третьей гильдии и главным поставщиком своего будущего основного конкурента – кондитера Эйнема (ныне – фабрика «Красный Октябрь»). В списке фабрик и заводов города Москвы за 1850 год за ним числилось «кондитерское заведение в городской части».

Вот уже около двухсот лет большую часть прогрессивного человечества волнует вопрос: как повидло попадает внутрь конфеты. Процесс поступления этой полужидкой массы в замкнутый объем твердой карамели представляется мистически загадочным. До недавнего времени все считали, что человек, который оказался способным раскрыть эту великую тайну, носил фамилию Бабаев. Как же! Ведь фабрика с двухсотлетней историей, одна из самых известных российских фабрик, производящих сладости, называлась так: Кондитерская фабрика имени П. А. Бабаева. Однако Петр Бабаев к производству конфет не имел никакого отношения. Был он слесарем Сокольнических трамвайных мастерских, в Гражданскую продвинулся по партийной части, стал членом Московского комитета РКП(б) и погиб от руки белогвардейца в 1920 году. А в 1922 году его имя было присвоено кондитерской фабрике, расположенной недалеко от бывших трамвайных мастерских, – фабрике, основал которую человек с «кондитерской» фамилией Абрикосов.

десятков, а возможно, и сотен обычных вулканов во всех концах света, которые начнутся спустя 3–4 часа после Йеллоустонской

рабочих при нем за любую оплошность били кнутами нещадно. А в наборе персонала он был еще менее разборчив чем отец. На заводы брали всех, без разбора: бродяг, преступников, беспачпортных крестьян.

А испытание, которому подвергались полосы было весьма серьезным. Порядок проверки на качество был составлен в Берг-коллкгии и утвержден именным царским указом от 6 июля 1722 года. Именно потому, что испытания утверждались специальным указом, а вовсе не потому, что они на что-то указывали, они назывались «указными пробами». В процессе проб железо распределялось по трем сортам. Если полоса не лопалась после того, как ее трижды закручивали вокруг вкопанного в землю столба сначала в одну, а потом – другую сторону, на ней ставили клеймо «№ 1». Если она не ломалась после трех ударов обоими концами о наковальню, ставилось «№ 2». То же, что не выдерживало испытаний, проще говоря – металлический лом, клеймилось как «№ 3». В 1723 году процедуру испытаний, по распоряжению Геннина, несколько смягчили: железные полосы трижды бросали о наковальню и только каждый десятый прут подвергали закрутке вокруг столба.

Производившееся на Нижнетагильских заводах железо было очень высокого

Столкновение с крупным небесным телом

Его университеты Павел Григорьевич, Московский, Ярославский, Киевский и Томский университеты Начало XIX века в России вполне можно сравнить с порой шестидесятничества или перестройки, когда в наглухо закрытую при императоре Павле страну вдруг хлынул свежий воздух свободы. Вступивший на царство Александр I, своим манифестом от 8-го сентября 1802 года, призвал россиян смелее проявлять частную инициативу и жертвовать средства на развитие страны. Павел подумал и, почти сразу, проявил и пожертвовал.

Конечно, в Пруссии и в других крупных немецких государствах выдавались патенты на изобретения, но решение об их выдаче было целиком во власти местной администрации, а срок действия не превышал трех лет. И даже в этот короткий период защита от подделок была крайне слабой, потому что мало кто брал патенты во всех союзных государствах, ибо каждый дополнительный патент нового государства стоил новых усилий по его получению, а некоторые малые государства не давали их в принципе. Следствием было то, что изобретатель искал своим перспективным творениям практическое применение не в родном отечестве, а в Великобритании, Франции и Северной Америке. Стоит ли после этого удивляться, что все самые передовые и высокотехнологичные товары приходили на наш рынок большей частью из-за рубежа? В результате покупатель потерял доверие к отечественной промышленности и старался всегда купить импортное, так что даже хорошие немецкие производители вынуждены были стыдливо прикрываться заграничными клеймами или торговать под чужими флагами.