Цитаты из книг автора «Вадим Панов»

Я не знаю, что ты будешь искать, и ты мне об этом не скажешь. Поэтому дам общие советы. Те, кому есть что прятать, делятся на умников и лохов. Лохи, как ты понимаешь, самые простые клиенты. Они видят стопку драного белья, книжную полку или десять драповых пальто в шкафу и думают: „Никто не будет здесь рыться. Не успеют“. Они не понимают, что именно туда ты сразу пойдешь. Как раз для того, чтобы не тратить время. Умники стараются отыскать хитрые места: решетка вентиляции, например. Их ты проверишь во вторую

Даже «бумажному червю» достаточно двух положительных опытов для выведения статистики.

собралась толпа и снимала всех – Катьку, его седока, катер и даже Санникова – на телефоны, планшеты и так далее. В отдалении стояли комбат и майор Андрианов с канистрой. Умкы догадался, в канистре – выкуп. Ну что же. Пора обратно в свою шкуру. И обязательно написать отцу: папа, я вернулся. Он наклонился к уху мамонта и сказал: – Домой, Катька. Мы с тобой плывем домой. «Ты больше не уйдешь?» – беззвучно спросил Катька. – Не бойся. Мы будем работать вместе, – сказал Умкы. – И работы впереди много. Хватит на всю жизнь. Ты у нас еще станешь настоящей звездой Чукотки, сестренке на зависть. «Это хорошо!» – сказал мамонт. И поддал ходу.

«Я это сделаю, и Я не боюсь, что у меня не получится». «Я принял решение и готов за него ответить». Страх заставляет молчать.

Страх – это не только пот на лбу или спине. Не только дрожащие руки, запинающийся голос и бегающие глаза. Холод внутри и угодливая улыбочка на губах. Страх – это шаг назад и тихая капитуляция: «Делайте за меня. Решайте за меня. Приказывайте мне. Я подчиняюсь». Страх – это поднятые вверх руки. Страх – это невозможность Поступка.

Неудовлетворенность и обида дают странные всходы…

предпочитаешь мотоциклы. – Я предпочитаю скорость. Двести семьдесят. Ветра нет, в этом «Ламборджини» проигрывает «Плутону», зато остальные ощущения на высоте. И они совсем другие, непохожие на те, что приходят на «Судзуки». Адреналина столько, что можно экспортировать в Скандинавию. Триста. Огни слились в светящиеся полосы. – Не знал, что в Москве можно так гонять. – Каперы платят муниципальным службам, чтобы дорогу четвертого уровня поддерживали в отличном состоянии. Мы здесь катаемся. – Ты не отвлекайся, – попросил Борис. – Разговор не мешает. – Гм… надеюсь. «Ифрит» еще на один круг обошел черный «Порше». Легкость объяснялась не разницей в мощи – движок у «Порше» что надо, просто в черном засел осторожный водила. Судя по всему – новичок, а желтым джинном управлял мастер. – Отец знает, как ты гоняешь? – Потому и купил мне «Ламборджини». – Он за тебя не боится? – Он в меня верит. – Продвинутый мужик. – Ага. Из «Стоп-крана» они выехали на семи машинах: три спортивные, остальные – обычные седаны. Сначала погоняли по набережным, потом, растеряв седаны, оседлали Третье кольцо. Дозаправились после четвертого круга, добили взятое из клуба шампанское и распрощались – ребята подались спать. Борис остался, сказал, что никуда не торопится. Стен пытался протестовать – он имел свои виды на пассажирское сиденье «Ифрита», но Борис сумел убедить искателя выгодной партии отступить. Поговорил о чем-то коротко, отведя парня в сторонку, и убедил. За что Пэт была Борису весьма признательна – девушке не хотелось самой разбираться со Стеном. – Что будет следующим? Самолет? – У меня есть. – Правда? – Вот теперь молодой человек действительно удивился. – Отец подарил на прошлый день рождения. В Шарике стоит. Иногда летаю. – Ты предпочитаешь машины, – понял Борис. – В небе больше свободы, а на земле – опасностей. – Пэт стала плавно снижать скорость, направляясь к невидимой еще бензоколонке. Гонка закончилась. Что же касается праздника… – Если хочешь, я уйду, – произнес молодой человек. – Внизу наверняка есть стоянка такси. – А если не хочу? – Пэт смотрела на дорогу. И было непонятно, кого она спрашивает: его или себя? – Тогда поехали ко мне, – ровно предложил Борис. Не будет всплеска эмоций, бури чувств, урагана страстей. Не будет даже намека на ключ. Будет неплохая или даже хорошая ночь, которая качественно завершит праздничный день. Ничего больше. Спокойное и приятное удовлетворение. – Поехали, – отозвалась Пэт. Так уж получилось, что скромный Филя Таратута являлся счастливым обладателем двух кабинетов. Официальный, так сказать – «белый», находился на первом этаже особняка Грязнова и представлял собой маленькую, со вкусом захламленную комнату, в которую с опаской входил даже бесстрашный Олово. В кабинете «бухгалтера на все руки» хранилась разная мелочь, что этим самым рукам могла пригодиться: фирменные деревянные коробочки для подарков, что отправляли клиентам по праздникам, мешочки, в которые можно было спрятать

Если вы хотите чего-то добиться – научитесь делать правильные выводы

Вадим Панов Последний адмирал Заграты Пролог, в котором, как это часто бывает, медленно проявляются контуры будущего, но никто понятия не имеет, каким оно окажется – «…таким образом, любезный кузен, я настоятельно рекомендую принять мой план мирного раздела Заграты и согласиться с тем, что на юге континента будет создано Инкийское королевство. Его столицей я вижу Зюйдбург. А его властителем – себя. В дальнейшем ты можешь рассчитывать на крепкую дружбу…» – Наглец! – не сдержался генерал Махони. Командующий королевскими вооруженными силами славился взрывным характером и далекими от идеала манерами. Он искренне считал, что зычный голос, крепкие словечки и умение по малейшему поводу выходить из себя являются качествами настоящего полководца. К сожалению, базировалась эта вера лишь на мемуарах военачальников, которые молодой Махони тщательно штудировал в дни романтической юности – настоящий боевой опыт у генерала отсутствовал. – Я считал, что Нестора придется расстрелять, как человека чести! А теперь вижу, что он должен болтаться на веревке, как подлый разбойник! Да! Именно на веревке! Пусть обделается перед смертью. Остальные сановники встретили выпад бравого Махони молчанием. Никто не поддержал генерала, что неприятно кольнуло наблюдавшего за их реакцией короля. Никто не выразил желания лично вздернуть Нестора или хотя бы оплатить веревку. «Надеюсь, им помешало хорошее воспитание, – угрюмо подумал Генрих II. – Воспитание – и ничто иное». Неприятная пауза затягивалась, и король едва заметно кивнул секретарю, приказывая продолжить чтение. – «Считаю также, любезный кузен, что наши подданные пролили достаточно крови и дальнейшее противостояние способно погубить Заграту. Зато плечом к плечу мы приведем наш славный мир к процветанию…»

– Мои новые запонки играют важную роль в обеспечении безопасности Великого Дома Навь, – официальным тоном произнес комиссар. Повелитель Темного Двора оторопел: – Каким же образом? – Мне в них