***

Дом, милый дом.

Разувшись, Лина сразу же прошла в комнату и в верхней одежде плюхнулась на диван. Весь день на ногах: выматывающая работа, надоедливые люди. А больше всего на свете сейчас, когда каждая проходящая минута понемногу съедает общее время твоего сна, хочется остаться вот так, лежа на мягкой обволакивающей поверхности дивана, укутавшись в хранящее тепло пальто, чувствовать ноющую боль в уставших ногах, разливающуюся колючей жидкостью от ступни до колена, и не заметно для себя провалиться в объятия морфея.

Лина закрыла глаза, пожелав предаться этому немного неправильному, но такому желанному сну, но что-то не позволяло это сделать. Какой-то внешний раздражитель. Что-то мигало в темной комнате, и это было видно сквозь закрытые глаза. Лина с крайним неудовольствием приняла сидячее положение и увидела источник мигания – красная лампочка на панели телефона.

– Ну, не дадут поспать! – реплика адресовалась скорее всему человечеству; кого еще обвинить в личной усталости – только весь мир.

Нехотя, девушка подошла к столику в углу комнаты, на котором лежал телефон, и нажала на кнопку рядом с мигающей лампочкой.

– У вас одно сообщение, – произнес компьютерный, лишенный эмоций голос.

– Эммм… – и долгая пауза. Он что, решил оставить в сообщении только это? Лина уже собиралась удалить запись, не дослушав, как вдруг говоривший продолжил. – Здравствуйте, я не знаю, куда попал. Это глупо, наверно, но дело в том, что я ищу одного человека. Меня зовут Тод Крейгл. Сегодня в метро я познакомился с очаровательной девушкой. Точнее даже не познакомился. Просто увидел. И теперь не знаю, как ее найти. Единственное, что мне известно, лишь имя Анна, – небольшая пауза. – Не знаю, на что я надеялся, позвонив по этому номеру. Я просто набрал случайные цифры. Простите, что говорю вам все это. Просто не знаю, как ее найти. Даже не знаю, кому звоню, и кто потом услышит это сообщение. Странная ситуация, не правда ли? И глупая, наверно. Еще раз, простите.

Если бы рядом с Линой кто-нибудь находился сейчас, в этот самый момент, он бы подумал, что это какое-то недоразумение, и, возможно, посочувствовал бы неизвестному абоненту. Но что касается самой Лины, выражение ее лица было просто обескураженным. После чего она быстро сняла трубку и стала набирать номер, с которого звонил неизвестный абонент.

***

– Добрый вечер, Элис. Как ваше самочувствие?

– Уже намного лучше, доктор, – Элис все еще сжимала телефон в руке.

– Кто вам звонил так поздно?

– Ой, это Лина, моя лучшая подруга. Она придет завтра, сами увидите, что она самая лучшая, – Элис издала легкий смешок, от которого улыбнулся и сам доктор.

– Лина? – Роберт словно попробовал на вкус это слово. – Необычное имя, никогда прежде такого не слышал.

– Ну, это не совсем имя. Что-то вроде прозвища. Еще со школы. От фамилии – Линаррити. Мы знакомы уже сто лет. Лина и Эл, – Элис положила телефон на стол. – А так ее зовут Анна.

Момент 4 «Хвост»

Среда. Уже среда? Почему всякий раз, когда у тебя нет возможности следить за временем, оно убегает, как непослушный ребенок? А потом на тебе новость – среда. Вчера же только был четверг. Или теперь дни стали исчислять наоборот?

Среда. Это просто немыслимо! С моим-то графиком. Хорошо, что еще вовремя спохватился. Ведь именно сегодня произойдет то, чего я жду каждую неделю.

Есть одна девушка. Мы не знакомы так уж близко. Но я вижу ее каждую среду. Почему? Да потому что среда – это ее единственный выходной день. Она живет на третьем этаже одного из самых старинных домов в этом городе. И каждую среду, ровно в восемь утра, она снимает шторы и тюль и начинает медленно и скрупулезно мыть окно.

Вот и сейчас она стояла коленями на подоконнике, тщательно смачивала губку в кувшине с мыльной водой и водила по стеклу из стороны в сторону, добиваясь кристальной прозрачности. Делала все медленно-медленно, чтобы случайно не упустить даже одну капризную пылинку. Ее крупные груди, скрытые почти что невесомой тканью широкой футболки, колыхались в такт движениям. А я смотрел на это и был вне себя от восторга.

На секунду девушка замерла, отвлеклась от работы, потому что увидела меня. Всякий раз она замечала меня и всякий раз улыбалась. Ох, как была невероятна эта улыбка. Прямо до дрожи.

– Ну что, опять подглядываешь? – выкрикнула мне девушка через открытую створку.

Вопрос был скорее риторическим: она задавала его каждый раз, и вскоре это вошло в привычку, и стало для нее своеобразным приветствием по отношению ко мне.

– Подожди секундочку, – сказала она и скрылась из виду.

Я не встревожился от ее исчезновения, ведь прекрасно знал, что меня ждет, так было всегда. И вот она вновь возникает в окне с доброй половиной жареной курицы. Это происходило при каждой нашей встрече по средам. И, наконец, долгожданный момент. Курица выпархивает из окна и падает на газон у самого дома. Этот еженедельно повторяемый полет был мне очень хорошо знаком, и поэтому слюнки начинались почти что с самого утра. Прости, красотка, но завтрак превыше всего.

Не успела птица коснуться земли, как я уже со всех четырех ног метнулся к ней, и если бы не голод, даже успел бы поймать ее на лету. Но, увы. Клыки впились в прожаренное мясо, захрустели тоненькие косточки и хрящики, и я готов был лопнуть от счастья.

– Приятного аппетита, Тобик, – улыбнувшись сказала мне девушка сверху и вернулась к своей работе.

Какой на фиг Тобик? Это ж надо так называть совершенно незнакомого пса! И не какого-то там, а самого настоящего дворового терьера подвальных кровей. Да я наполовину волк вообще, захочу, голову откушу. Мамин грешок, но не жалуюсь. Шерстка зато густая, с серыми подпалинами, зимой тепло. И меня Тобиком? Тьфу!

А курица снова пережарена. И еще специи какие-то, орегано и тмин, вроде. Все-таки у людей как-то странно желудки устроены. Мясо должно быть только-только поймано, сочиться теплой кровью. Вот это я понимаю! А здесь что? Эту псевдо-курицу даже не ловили. Вырастили в инкубаторе, нашпиговали таблетками, пожарили с сушеной травой и типа теперь можно есть. Человеки, да и только.

Но какой бы ни была эта птица, спасибо ей за завтрак. Жаль, косточки мелкие, на потом не закопаешь: они раньше истлеют в земле, чем я проголодаюсь. Поэтому, что пропадать добру. Ам и ням.

Спасибо, милая дева, за курицу, за соль. В следующую среду принесу воробья. Знаю, ты их не ешь, но я все равно принесу.

Ох, люди! Странные и непонятные создания. Постоянно какую-то ерундистику изобретают. Планшетный компьютер, например. Сидит, значит, в парке ребенок с таким девайсом в руках, и все, что происходит вокруг, его вообще не интересует. Интернет, игры всякие. Сидит и полагает, что развлекается. А как же на травке поваляться? За голубями побегать? Ты же в парке! Нет, ничего не интересно. У таких еды не допросишься. Даже если на колени голову положить. Только прогонят и накричат, мол, слюной испачкал. Я, между прочим, так уважение выказываю. Моя слюна не у всякого на коленях побывала вообще.

И еще не понимаю, как они на двух ногах ходят? Это, во-первых, неудобно, во-вторых, совершенно непрактично. Спотыкаются, поскальзываются на ровном месте постоянно, падают. А вот на четыре ноги встанешь, и все, прочно держишься. Бодаться можешь, сколько хочешь, и никому тебя не повалить.

Стоп! Что это? Я даже остановился как вкопанный. Запах. Нет, не просто запах. Запахом можно назвать все. А это аромат. Ммм, какой он чудесный! Что-то такое совсем знакомое, но не могу вспомнить, что. Аромат детства. Да что же это? Что? Что? ЧТО?

От негодования пришлось громко гавкнуть. Дворовый кот, подпрыгнув от страха, мгновенно исчез в переулке, перевернув где-то вдалеке стопку пустых картонных коробок. Поделом ему. Терпеть не могу этих пушистых тварей.

Но все же запах. Что это может быть? Чтобы выяснить, нужно найти источник. Принюхаться. Ммм! Ветерок с востока немного сносит запах, значит, нам на юг. Погнали!

Порой из тысячи самых разнообразных запахов очень сложно вычленить нужный. Но этот аромат затмевал все остальные. Хотелось выть от этого чудесного запаха.

О! Стоп! Уже совсем близко. Откуда же может так пахнуть? Дома, дома, сколько домов! Кафе с открытой площадкой. Кажется, здесь.

В ресторанах не терпят собак, но идти внутрь я и не собирался. Источник запаха точно где-то здесь, на открытой части. Вдруг у одного из столиков пахнуло сильнее прежнего. Ох, я схожу с ума. Да что же это за запах? Так, на столике кофе, пустая тарелка из-под омлета с ветчиной с базиликовым маслом. От салфетки пахнет сливочным мороженым с карамелью. Нет, это все не то.

Странно, что за столиком никого не было, а на стуле рядом лежала женская сумочка. Обычно люди так не делают, все трясутся за свои вещички. Усложняют себе жизнь. Вот у меня все всегда с собой. Шуба, лапы, нос, хвост. Все.

И снова этот запах. Вдруг, как стукнуло – так пахнет в лесу в середине лета. До конца понять не могу. Это же… Ягоды? Точно! Черничник в лесу. Или земляника. А еще такая ягода, которая на малину похожа, только темная. Как там ее люди называют? Или все вместе? Е-мое! Я не чувствовал этот аромат с самого детства. Точно так же пахнет в лесном ягоднике. Все же во мне порядком волчьей крови. Стоп! Волки же хищники. Неувязочка получается с моей любовью к ягодам. Но я правда наполовину волк. Честно. Просто получилось так. Разве не может хищник скрасить мясо чем-то вегетарианским? Но как же сводит с ума этот запах! И прекраснее его нет на всем белом свете. Да это же просто… ммм!

Я уже стоял передними лапами на стуле, а голову почти целиком засунул в сумку. Собачий Бог, сколько здесь всякого барахла! Да этим всю квартиру можно обставить. Зачем носить с собой будильник с заводным ключом? Ими уже не пользуются лет сорок. Женщины!

Вот он, источник невероятного запаха. Нос уткнулся в раздувшуюся кожаную коробочку. Она что, положила ягоды в кошелек? Женщины!

Ам, и кошелек в зубах. Нет, здесь нельзя вскрывать добычу. Требуется более красочное место. Секунда на размышление. В парк. Глаза боятся, лапы несутся. А ароматный ягодник в зубах уже совсем сводит с ума. Хочу, хочу ощутить этот вкус вновь, как когда-то в детстве.

Благо до парка недалеко. Но смотря как взглянуть. Добыча, казалось, чуть не прожигала пасть, а я еле сдерживал слюну. Скорее, скорее. Тяв.

Наконец, на глаза попалось самое удачное для вскрытия добычи дерево из всех, и я со всех лап поспешил к нему. Так, никого рядом нет? Слева. Справа. Отлично, можно приступать. Я аккуратно положил кошелек у самого основания разлапистого дуба, приготовившись к трапезе. А как его открыть? Черт возьми, придумают же застежки. Ладно я страдаю, но ведь люди и сами себя мучают собственными изобретениями. Сколько раз слышал истории парней, которым не удавалось спариться с человеческой самкой только потому, что не смогли расстегнуть лифчик или джинсы. Балбесы! Да что же такое, никак не подлезть. Ну что за несправедливость, добыча так близко, но ведь не достанешь. Мои пальцы под такое не предусмотрены. У меня и пальцев-то нет. Рррррррр!

Наконец, подлый замочек поддался, и мне удалось открыть кошелек. Ягодник словно расцвел, так как пахнуло еще сильнее, что я чуть не чихнул. А, стоп! Пфффрк! Нет, все-таки чихнул. Но я что-то не пойму, где оно? В кошельке были только какие-то бумажки, и плотная пластиковая упаковка белого цвета. Вот от нее пахло сильнее всего.

Снова препятствие. Но на этот раз не такое сложное. Тонкий пластик легко поддался моим острым клыкам. Из упаковки выпала стопка каких-то белых мягких прямоугольников. Странно, я немного иначе представлял эти ягоды. Но ведь пахнет. От переизбытка эмоций я запихнул в пасть всю стопку ароматных прямоугольников в ожидании чудесного вкуса. Но!

Тьфу! Тьфу! Тьфу! Чуть глаза не лопнули. Че так горько-то? Тьфу! Тьфу! Захотелось заскулить. Ну вот, я уже и скулить начал. Что это за дрянь такая? Ягоды испортились что ли? В детстве они мне казались вкуснее. Фу, никогда больше не буду есть их в таких прямоугольниках. Наверно, очередное человеческое изобретение. Как они их едят? Все-таки у людей внутренности по-другому устроены.

Не солоно хлебавши я медленно поплелся прочь от этого уже неприятного места. После невероятной горечи слюну было просто не остановить, а этот ужасный вкус не желал пропадать из пасти. Перед слезящимися глазами висела запечатленная в памяти картинка со стопкой белых прямоугольников, от которой к горлу подступал комок. Фу!

– Песик, хочешь кушать? – на лавочке в нескольких метрах от меня сидел маленький мальчик и протягивал мне что-то.

Желтый прямоугольник? Да вы что, издеваетесь? Меня чуть не вывернуло.

– Да не бойся, это всего лишь крекер, – взгляд мальчика внушал доверие. Но ведь это прямоугольник!

Была не была. Я неуверенно подошел к протянутой руке. Пахнет французским сыром. Ммм, вполне приятно. Может, на этот раз не будет ничего плохого? Ам.

Да это же вкуснотища! Вроде хрустит и крошится, но по вкусу сыр. Вот это я понимаю. Значит, белые прямоугольники есть нельзя, а желтые можно. Надо запомнить. Вкусная вещь. Ам и ням.

– Еще, – попросил я моего нового друга.

– Гав, – услышал мальчик и протянул мне новый желтый прямоугольник.