Цитаты из книг автора «Уолтер Айзексон»

Леонардо же, напротив, во всем был сам по себе, оставаясь чужаком для всех. Рождение сводных братьев подчеркивало его статус незаконнорожденного. Будучи художником, геем и бастардом, дважды обвиненным в содомии, он прекрасно понимал, каково это – считаться и считать себя особенным, не таким, как все. Но, как это бывало со многими художниками, для него эта непохожесть стала не столько помехой, сколько преимуществом.

Самое интересное на обеих этих картинах – ерзающий круглощекий младенец Иисус. Складки его пухлого тела позволили Леонардо не ограничиваться одними только драпировками одежды, наделяя фигуры рельефностью при помощи светотени. Эти работы явились ранним примером его использования кьяроскуро. Желая изменить оттенок или яркость отдельных элементов живописи, Леонардо добивался резких контрастов света и тени, не повышая густоту того или иного цвета, а примешивая к нему черную краску. “Впервые его кьяроскуро придает всей картине ощущение полноценной пластичности, которая способна посоперничать с объемной скульптурой”

Но теперь Леонардо, научившийся писать тончайшими слоями масляной краски – прозрачными и призрачными – и к тому же наделенный необычайной наблюдательностью и воображением, поднимал живопись на принципиально иной уровень. И горизонт в дымке, и тень под подбородком ангела, и вода у ног Христа – все это ясно говорит о том, что Леонардо совершенно по-новому понимает стоящую перед художником задачу – преображать и передавать наблюдаемый им мир.

“Не делай резко и грубо обозначенных очертаний и контуров, пусть все окутывает дымка, – писал он. – Когда ты изображаешь тени и их границы, которые видны глазу лишь неотчетливо, не делай их резкими или четко обозначенными, иначе твои фигуры будут выглядеть деревянными”[104].

“Если живописец пожелает увидеть прекрасные вещи, внушающие ему любовь, то в его власти породить их, – писал он. – Если он пожелает долин, если он пожелает, чтобы перед ним открывались с высоких горных вершин широкие поля, если он пожелает за ними видеть горизонт моря, то он властелин над этим”[95].

и вспомнить его притчу о камне, который сначала пожелал скатиться к другим камням на проезжую дорогу, а потом затосковал по своему родному тихому пригорку.

исполнение замыслов часто подразумевает сотрудничество с другими людьми. Инновации – командный вид спорта. Творчество – занятие коллективное. Составляйте списки. И обязательно вносите в них самые странные пункты. Леонардовские списки запланированных дел – самые яркие свидетельства чистого любопытства, какие только существуют в мире. Ведите записи, причем на бумаге. Заметки Леонардо и пятьсот лет спустя изумляют и вдохновляют нас. Наверняка наши собственные записи (если мы не поленимся их вести) изумят и вдохновят наших внуков – чего нельзя ожидать от наших постов в Twitter и Facebook.

Будьте открытыми для тайн. Не везде нужны четкие очертания.

“Возвышенные таланты тем более преуспевают, чем менее они трудятся. Они творят умом свои замыслы и создают те совершенные идеи, которые потом выражаются посредством рук, отражаясь от того, что уже заключается в духе”. Многим из нас излишне давать подобные советы – мы и сами большие любители помешкать. Но чтобы медлить так, как это делал Леонардо, нужен особый труд: ведь необходимо собрать все мыслимые факты и идеи – и лишь потом кипятить это варево на медленном огне.

“У меня нет особых талантов, – написал однажды другу Эйнштейн. – Я просто страшно любопытен”