Цитаты из книг автора «Уолтер Айзексон»

когда Джобсу никак не удавалось включить видео, он вспомнил эту историю и рассказал, как они всех разыгрывали: «Воз с этим прибором в кармане заходил в комнату, где несколько человек смотрели, скажем, «Звездный путь», и портил изображение. Кто-то вставал, чтобы все исправить, и Стив тут же отпускал кнопку, а стоило человеку сесть, он снова ее нажимал. – Тут Джобс скрючился пополам и закончил под общий хохот: – И спустя пять минут все уже были вот такие».

мир станет лучше, если в нем будет Apple

Codex Atl. = Codex Atlanticus [Атлантический кодекс] (1478–1518), Амброзианская библиотека, Милан. Самая обширная компиляция рукописей Леонардо, ныне распределенная на 12 томов. При реставрации в конце 1970-х годов листы получили новую нумерацию. На номера листов обычно ссылаются или по старому, или по новому стилю.

Codex Triv. = Codex Trivulzianus [Кодекс Тривульцио] (ок. 1487–90), Кастелло Сфорцеско, Милан. Одна из самых ранних рукописей Леонардо, сейчас содержит 75 листов.

Мону Лизу”, и уж тем более не создавал параллельно анатомические рисунки непревзойденного качества, опираясь на собственноручно проведенные вскрытия, не разрабатывал проекты переброски рек, не объяснял, как солнечный свет, отраженный от Земли, становится лунным, не препарировал еще бьющееся сердце забитой свиньи, чтобы продемонстрировать, как работают желудочки, не придумывал оригинальные музыкальные инструменты, не ставил театральные представления, не оспаривал библейский рассказ о потопе на основе изученных окаменелостей, а потом не рисовал сам потоп. Леонардо был гением, но это еще не все: он был олицетворением всемирного разума, стремившегося постичь весь сотворенный мир и осмыслить место человека в нем.

Талант попадает в цель, в которую никто попасть не может, – писал Артур Шопенгауэр. – Гений попадает в цель, которую никто больше не видит”[889].

Оставить работу, объявить ее законченной значило бы положить конец ее развитию. Леонардо не любил это делать. Ведь всегда можно узнать что-то новое, подсмотреть у природы еще одну мелочь, которая приблизит картину к совершенству.

Он обладал сверхъестественным умением передавать движения – человеческого тела и души, машин и лошадей, рек и вообще всего, что способно течь. Ни один миг не замкнут и не самодостаточен, как не замкнуты и не обособлены ни одно действие в театральном представлении, ни одна капля воды в текущей реке. Каждое мгновенье заключает в себе и предыдущее, и следующее.

не берется “писать или рассказывать о тех вещах, которые человеческий разум не способен постичь и которых нельзя доказать примерами из природы”,

Леонардо, Ньютон, Рэлей и Эйнштейн – пытались найти ответ на вопрос: почему небо голубое?