Цитаты из книг автора «Уинстон Черчилль»

Злобный бред, распространявшийся советской пропагандистской машиной в ночном эфире по адресу Англии и Соединенных Штатов, был заглушен на заре германской канонадой.

Разница заключалась лишь в том, что, не уступая никому в беспощадности своих методов и в личном бесстрашии, он обладал уравновешенным умом и преследовал умеренные и даже прозаические цели. Он являлся воплощением практичности и здравого смысла – правда, выраженных в динамите.

это, главным образом, каталог ошибок. Дипломатия – это искусство говорить правду так, чтобы не обижались. Что касается меня, я оптимист. Не вижу проку быть кем-либо еще. Мой вывод о Свободной Воле и Предопределенности… они идентичны. История будет добра ко мне, ибо я намерен сам ее писать. Он шел по моим следам еще до того, как я их оставил… Это был бессознательный предвосхищающий плагиат. Я уверен, что ошибки того времени повторены не будут; нам следует, пожалуй, совершить совсем другие ошибки. Люди прекрасно умеют хранить секреты, которых не знают. Смелость – первое из человеческих качеств, ибо она делает возможными все остальные. Никто в жизни не дает такой пьянящей радости, как люди, стреляющие в вас безрезультатно. (О перестрелках с пуштунами в Вазиристане, 1897.) Овца в овечьей шкуре. (О Клементе Эттли {1}.) По большому счету, люди делятся на три класса: те, кто смертельно занят, те, кому смертельно страшно, и те, кому смертельно скучно. Военнопленный это тот, кто пытался вас убить и не смог, а теперь просит вас не убивать его. Хороший коньяк подобен женщине. Не пытайтесь взять его штурмом. Понежьте, согрейте его в своих руках прежде, чем приложить к нему губы. Мы с женой за последние годы дважды или трижды пытались позавтракать вместе, но это было столь тягостно, что пришлось прекратить. Гитлер сказал, что мы совершаем преступление. Не стану вступать в спор с экспертом. Я человек спортивного азарта, я всегда даю поездам и самолетам хороший шанс уйти. Собеседник: Беда с немцами в том, что они, как стадо овец: они пойдут за любым вожаком. Черчилль: О, все гораздо хуже, это плотоядные овцы. (1943) В больших сложностях рождаются большие упрощения. Мало найдется достоинств, которых бы не имели поляки, и мало найдется ошибок, которых бы они не совершили. Я всегда избегаю пророчествовать о будущем, гораздо лучше пророчествовать о прошлом. Апатия, сытость, хворь, болтовня или безразличие часто бывают провинностью. В день выборов они становятся преступлением. Ложь успевает обойти полмира, пока правда одевает штаны. Если я принес какую-то пользу людям, это никогда не было через самопринуждение, но всегда через самовыражение. Не нужно много беспокоиться о чем-либо, кроме того, чтобы делать все, на что мы способны. Стать лучше – значит измениться; быть совершенным – значит меняться постоянно. Пессимист видит трудность в каждой возможности; оптимист видит возможность в каждой трудности.

Многовековая история России, ее традиции делают неприемлемой для советского правительства саму мысль о возможности введения имеющей хоть какое-то практическое значение системы международных инспекций

Уже сейчас германская армия превосходит французскую по численности, хотя и значительно уступает ей в мастерстве и опыте.

Для Черчилля всегда было важно находиться в гуще происходящего.

Генерал Эйзенхауэр в своей книге «Крестовый поход в Европу»

Демократия более мстительна, чем кабинеты министров. Народные войны будут куда ужаснее, чем войны королей

Троцкий поднял бедных против богатых. Он поднял нищих против бедных. Он поднял преступников против нищих… Он дошел до самого твердого дна. Ниже коммуниствующего криминала ничего не нашлос

Он рискует впасть в старческий маразм еще до наступления старости.