Уильям Шекспир
Сонеты

© Голь Н. М., перевод, 2017

© «Геликон Плюс», макет, 2017

1

 
Мы все мечтаем, чтобы красота
Не ведала смертельного урона.
Увянув, роза падает с куста,
Но расцветают свежие бутоны.
 
 
Ты ж с красотой своею обручен.
Ты враг себе, хоть сам о том не знаешь.
Одновременно роза и бутон,
В себе самом ты сам себя сжигаешь.
 
 
Средь изобилья голод сеешь ты,
Цветок весенний, украшенье мира,
Но там, где речь о тайнах красоты,
Не скряга богатеет, а транжира.
 
 
Скупец, увянув, вновь не расцветет —
Он, как могила, всё и вся пожрет.
 

2

 
Когда пойдут на приступ сорок зим,
По лбу ведя осадные траншеи,
Что сможешь ты сказать друзьям своим?
«Я был красив»? – куда еще глупее.
 
 
Ведь будет ясно видно всем подряд,
Как время верх берет над бренной плотью
И юности изысканный наряд
В обноски превращается, в лохмотья.
 
 
И ты смолчишь. А жил бы поумней,
Сказать бы мог: «Ребенок стал итогом
И лет моих, и красоты моей
И оправданьем всем земным тревогам,
 
 
И, становясь дряхлее с каждым днем,
Я вечно юным пребываю в нем».
 

3

 
На собственное глядя отраженье,
Скажи себе: «Пора уже давно
Создать его живое продолженье,
Подругу осчастливив заодно:
 
 
Ведь жаждет невозделанное лоно
Глубокой вспашки, чтоб зерно принять.
Лишь сумасброд противится закону,
Велящему себя воссоздавать».
 
 
Ты – зеркало для матери: ведь ныне
Ее весна в тебе отражена,
И ты свой вешний день увидишь в сыне,
Из старости смотря, как из окна.
 
 
Или желаешь, чтобы смерть пришла,
Навеки занавесив зеркала?
 

4

 
Ты красотой неслыханно богат,
Но пользуешься ей не так, как надо.
Природа не дарует – вносит вклад
И вправе дивидендов ждать от вклада.
 
 
А ты, сквалыга, всё к себе прибрал,
Не отдал в рост, и вот беда какая:
Вчистую обесценишь капитал,
С самим собою сделки заключая.
 
 
Когда тебя Природа призовет —
Её-то не обманешь, нету спора —
Какой ты дашь финансовый отчет
Суровейшему в мире кредитору?
 
 
Богач, ты жизнь покинешь, как банкрот,
И всё, что нажил, в гроб с тобой пойдет.
 

5

 
Спеша по кругу стрелки часовой,
Шедевры Время создает сначала,
Потом, глумясь над этой красотой,
Уничтожает, не грустя нимало.
 
 
Цветов живых вдыхаем аромат,
А Время саван шьет на всё живое.
Промчится лето; благовонный сад
Неумолимо встретится с зимою.
 
 
Истлеет зелень, вьюги будут выть,
Цветы лежать под снегом, как в могиле…
Но можно лето хитростью продлить,
Настой цветочный заточив в бутыли.
 
 
Так Время мы сумеем обмануть:
Вид изменен, но неизменна суть.
 

6

 
Зима рукой безжалостной своей
В тебе задушит лето, но покуда
Не поздно эликсиром летних дней
Наполнить лоно ждущего сосуда.
 
 
И не грусти о том, что снес в заклад:
Чем выше ставка будет у залога,
Тем несомненней станешь ты богат —
Отдашь пустяк, зато получишь много.
 
 
Себя воссоздавая, каждый прав.
Он, в никуда уйдя, не канет в нетях,
Но, груз наследства детям передав,
В десяток раз богаче станет в детях,
 
 
А тот, кто в своенравии упрям,
Всё передаст кладбищенским червям.
 

7

 
Когда восходит солнце, с властной силой
Костром кудрей озолотив простор,
К младенчески-прекрасному светилу
С восторгом обращают люди взор.
 
 
Когда оно, небесный холм осиля,
К нам из зенита изливает свет,
Как не сказать о выросшем светиле:
«Се – человек в расцвете зрелых лет!»
 
 
Когда оно на склоне дня уходит,
Хромая, покидает небосвод,
То всякий поневоле взгляд отводит,
Хотя и знает: вновь оно взойдет.
 
 
Но ты-то – если ты не заведешь
Наследника – уйдешь и не взойдешь.
 

8

 
Ты так хорош, как музыка сама,
Но почему, друзьям своим на диво,
Всей силою холодного ума
Противишься ответному мотиву?
 
 
Секрет созвучья – в сочетанье нот.
Согласия узор не будет вышит,
Когда одна один напев ведет,
Другая – свой и первую не слышит.
 
 
Родится не мелодия, а чушь.
Но музыкой сладчайшею на свете
Окажется союз двух струн, двух душ,
Когда им подпевают струнки-дети.
 
 
А долго ли поет одна струна?
Порвется раньше времени она.
 

9

 
Заранее предвидя для жены
Печаль вдовы, не хочешь ты жениться
И думаешь, что дети не нужны —
Зачем сиротам в горести томиться?
 
 
Мот всё свое другим отдаст сполна —
Твое ж богатство без следа истлеет.
Жизнь овдовеет – не одна жена,
Не дети – вся земля осиротеет.
 
 
Твой образ мог бы, не сходя на нет,
В семье светиться искрою живою,
А одинокий, ты покинешь свет,
Огонь любви похоронив с собою.
 
 
Так сотворишь ты жалости во имя
Злодейство над собою и другими.
 

10

 
Что о любви с тобою говорить,
Когда ты в ней не смыслишь ни на йоту?
Ты был любим – и часто? Может быть.
Да только сам не любишь никого ты.
 
 
Кто радость жизни ставит ни во что,
Тот сам ее заставит мало стоить.
Позор и стыд! Ты разрушаешь то,
Что следует неутомимо строить!
 
 
Жаль пламень сердца тратить на чужих?
Отвечу так на довод слишком слабый:
Раз не умеешь ты любить других —
Себя попробуй пожалеть хотя бы.
 
 
Тогда, свой облик искренне любя,
Захочешь в детях повторить себя.