Время искупления, том 2

кажется, что лед на зимнем озере крепок: вон как глубоко воду сковал мороз, до весны ничто не сможет ее потревожить. но один неосторожный удар - и поверхность идет трещинами. мнимая безопасность оборачивается угрозой. и снова все не то, чем кажется

это было больно. тысячи невысказанных слов вырвались на свободу. сотни потаенных мыслей вдруг стали поступками. липкая горечь обиды и непонимания отравила светлые души. искуситель, которого даже нельзя назвать змеем, развернулся во всю мощь своего ораторского дара и потрясающего знания людских слабостей. борьба выходит на новый уровень: уже не всех против всех, а каждый против самого себя.

это было страшно. я не узнавала героев, которых привыкла считать едва ли не добрыми приятелями. внутренне содрогалась от поспешности необдуманных решений. заклинала остановиться. объединиться. не прятаться по собственным раковинам. и ... понимала, понимала мотивы, пугаясь и сетуя.

это было темно. я злилась на сволочь Балтазара, но в глубине души понимала, что его партии безупречны. и это злило меня еще больше. думала о том, что наверняка бы Фрост помог вывести эту сволочь на чистую воду (как иначе, ведь Фрост гений, пусть и не Ишанкарский). надеялась, что сволочь просчитается..

это было великолепно. сложность партий неумолимо возрастает. я не сравниваю с Роулинг сагу, но отмечаю, что так же, как история Гарри, которая начинается милой сказкой, постепенно "взрослея" и отбрасывая бирюльки, становится тем, чем она есть, заканчиваясь на такой высокой ноте, что никто не назовет ее детской, наивной, так и Ишанкарская история вызревает у меня на глазах, у меня в руках, у меня в душе. и эта боль, этот страх и темнота - плата за счастье, которое я испытываю, когда беру ее в руки.

герои сбрасывают маски. кто-то надевает новую, кто-то открывается так, что смотреть нельзя - ослепнешь. новые линии так органично вплетаются в полотно тонкими серебристыми нитями шанкари, что оно завораживает, требует, чтобы им любовались, даже сквозь боль. это так красиво!

в этой части много войны и мало любви. учения, интернатура, борьба с недоброжелателями, с врагами и самим собой. я была поражена кровожадностью Дрездена и Монсальвата, хотя чего еще можно было от них ожидать. немного иначе взглянула на Салто. почти смирилась с Айгером - он все-таки не совсем пропащий товарищ. восторгалась Тайрой. бесилась с Райкера. единственное, что осталось неизменным - я не доверяю Фицу, хоть ты режь меня) не могу объяснить себе его такую смелость и дерзость, да и не хочу. горжусь Борей. удивлена Саиду, по-хорошему удивлена. огорчена тому, что происходит в семье Йена, эта пара для меня основообразующая, я очень боюсь. тем более, что у него, кажется, кризис среднего возраста. последняя глава - выстрел в сердце. что ты делаешь со мной, Тори? как теперь дождаться продолжение? понимаю, что возьмусь перечитывать сагу с самого начала к тому моменту, когда выйдет следующая книга (сейчас перечитала только ВИ1, очень рада, что это сделала, потому что первый раз я читаю исключительно на эмоциях, а повторно вдруг обнаруживаю какие-то события, факты, которые вообще выпали из поля зрения, когда я была увлечена чем-то или кем-то)

"Время искупления, том 2" - вторая часть третьей книги Ишанкарской саги (2025 год) отечественной писательницы Тори Бергер.

Всё труднее и труднее писать отзывы на части Ишанкарской саги не раскрывая важное для тех, кто ещё не знаком с ранее произошедшим.

Всё сложнее и сложнее ждать следующей книги, потому что градус напряжённости из тома в том изрядно повышается.

Интриги стягиваются в тугой комок. Сюжетные линии и герои переплетаются самыми неожиданными местами. Дар Элайя выходит на невообразимый уровень. И, кажется, я, наконец-то, начала догадываться какая партия главная во всей Саге.

В этом цикле мне нравится всё: и детализация, и продуманность, и хитросплетения, и герои, и юмор. Ишанкар не только развлекательный, но и образовательный, и воспитательный, и развивающий.

А в этом томе больше всего запомнился второй день учений и раскрытие Горана на последних страницах.

Я не большой ценитель боевых сцен, но здесь я ВИДЕЛА и замирала в восхищении (и немного страхе) от красоты и мощи происходящего.

А действующий Ректор, главный шут всего магического мира, совершенно неожиданно разбил мне сердце своей самоубийственной надеждой на невозможное.

Ох, это было великолепно, как всегда. Теперь набираюсь терпения и жду продолжения.

(А ещё жду, когда издатели прозреют и дадут этой истории большую дорогу)

Но я верю, что исправимо все
Верю, что заживет (с)

Когда пройдет пора наивной, весенней юности, что тонкокрылой бабочкой, стремится к свету, к теплу, к рою себе подобных. Не зная еще, что подобной ей нет и не было, а значит придется доказывать, что рой этот ее принял не зря.

Когда пройдет пора сочной, дерзкой, летней спелости, что краснобокой лесной земляникой созревает в лучах солнца-Наставника, наливаясь силой и вкусом. Не зная еще, что лесные пожары, собиратели ягод, да и просто мимо проходящие, так и норовят примять, погубить, сорвать, вкусить или истоптать.

Когда пройдет пора мудрой, звенящей, искрящейся, осенней зрелости, что листопадом чарует, манит и восхищает всех вокруг. Уже зная, как опасны бывают пожары, как коварны бывают цветы, как горек сок взросления и как светла полупрозрачная, закатная печаль. Но зная так же, что тонкий стебелек стал гибок и крепок, не сгибаясь от ветра, не ломаясь от тяжести плодов познания.

И вот тогда-то, наступит зимний покой, что под крепким намерзшим настом, греет под снежным покровом посеянные множеством рук семена. Смогут ли они взойти новой весной, взорваться зеленью, или, вспыхнув красным огоньком, расплавят сами себя?

Колесо времени Ишанкарской саги совершило круг. Не буквально, конечно, времени с первой главы цикла прошло немало. Но символически все, что начиналось как академка для девочки-некромантки, плавно перетекло в темное фэнтези о некромантессе (чувствуете разницу понятий?).

Тайра взрослела (порой слишком быстро) как внутри, так и снаружи. Сменялись лица и пейзажи, оставляя после себя следы разной четкости и шрамы разной глубины. Партии становились жестче, а постеленная соломка все больше походила на охапку терновника, брошенную проверки ради: выдержит или нет? Старые знакомые сменяют маски, не определившись, какая все-таки самая подходящая к случаю, а новые фигуры не стесняясь шагают прямо в центр шахматной доски.

И раз уж в большую игру включилось так много игроков, не стоит ли всех расставить по углам? По углам ринга, конечно же, пусть и понарошку. Но когда это режим «мультиплеера» был несерьезен в амбициях участников? Даже пресловутая «куча-мала» и та, случается неспроста. И пока все смотрят на противостояние Некромантессы «против всех», за декорациями и задником сцены развернется иная битва.

А значит «Большие учения», со всеми игротехниками и аналитическими сводками, по сути остаются игрой в наперстки: следи за руками, за шариком, за стаканчиками, за отвлекающими маневрами…. Следи за чем угодно, все равно не уследишь за всем и останешься в дураках, коль так захотелось ведущему.

Предыдущая часть саги оставила меня с разбитым сердцем и ноющей пустотой в подреберье. Эта же, неожиданно, показала, что как читатель конкретно этого цикла, я подросла. Не вспыхиваю спичкой от несправедливости и не тычу пальцем: а сам-то, сам! И даже не ругаюсь с Саидом, не спорю с Гораном, не пытаюсь кинуть камушком в Хидамари. И, главное, не пытаюсь влезть в партию, а с позиции зрителя лишь наслаждаюсь ее красотой.

Не знаю, что там заготовила судьба и госпожа автор для Тайры и других в будущем: какие цветы вырастут на полях сражений, какой урожай соберут с них. Но я точно знаю, что пройду этот путь до конца вместе с ней.