Цитаты из книг автора «Томас Харди»

– А тут еще и Мэриэн: ее нашли мертвецки пьяной в ивовых зарослях; а ведь девушка отроду не брала в рот ничего спиртного, кроме эля, хотя поесть она любила, это и по лицу ее видно. Похоже на то, что все девки взбесились.

бедная Рэтти Придл хотела утопиться.

Он смотрел на огонь в камине, вспоминая, как его крестная мать, жена помещика, единственная богатая особа, с какой приходилось ему когда-либо иметь дело, уверовала в незаурядную его будущность, когда он был пятнадцатилетним мальчиком, и предсказала ему блестящую карьеру. А если перед ним открывалось такое будущее, то вполне естественно бы сохранить эти изящные украшения для его жены и для жен его сыновей. Сейчас в блеске камней чудилась ему насмешка. «Но почему же?» – спрашивал он себя. Завещание было продиктовано тщеславием; и если одна из сторон оказалась тщеславной, то почему другой не последовать ее примеру? Его жена была д’Эрбервилль: кому же, как не ей, носить драгоценности!

твоя крестная мать миссис Питни, умирая, передала мне – суетная добрая женщина – часть своих драгоценностей для твоей жены

сафьяновая шкатулка. На крышке лежали записка и ключ. Записка, адресованная Клэру, гласила следующее.

Портреты произвели тяжелое впечатление на Тэсс, и это было тем более неприятно, что ее прекрасное лицо чем-то походило на эти резко очерченные лица. Однако Клэр не сказал ни слова и только пожалел, что выбрал для медового месяца этот дом.

Несколько миль они ехали долиной, по ровной дороге, до Уэллбриджа, затем повернули от деревни влево, к большому елизаветинскому мосту. Тотчас же за мостом находился дом, где они наняли помещение, – дом, внешний вид которого хорошо знают все, кто бывал в долине Фрум; когда-то он был частью великолепного господского дома и принадлежал одному из д’Эрбервиллей, а затем, уже полуразрушенный, был превращен в ферму. – Добро пожаловать в один из твоих родовых замков! – сказал Клэр, высаживая ее из экипажа. Но он раскаялся в своей шутке: она слишком походила на иронию.

– Кш! Проваливай, пока я не свернул тебе шею! – с досадой крикнул фермер, отгоняя петуха, а войдя в дом, сказал жене: – И нужно же было этому случиться как раз сегодня! За весь год я не слыхал, чтобы он пел после обеда. – Это к перемене погоды, – сказала она, – а совсем не то, что ты думаешь. Не может этого быть!

Что? – воскликнула миссис Крик. – Петух запел после обеда!

– О мой любимый, мой любимый, зачем я так тебя люблю? – шептала она. – Та, которую любишь ты, не я, а другая в моем образе, – та, какой бы я могла быть!