Цитаты из книг автора «Томас Харди»

– Старые башмаки, – объявил он. – Вероятно, брошены каким-нибудь бродягой. – Или каким-нибудь обманщиком-попрошайкой, который решил войти в город босиком, чтобы мы его пожалели, – сказала мисс Чант. – Да, несомненно, это так! Башмаки прекрасные и совсем не изношены. Какой гнусный обман! Я отнесу их домой и отдам какому-нибудь бедняку. Катберт Клэр, нашедший башмаки, подцепил их на ручку зонта – и Тэсс лишилась своей обуви.

Уже год прошел со дня ее свадьбы, но у Тэсс еще осталось кое-что из нарядов, и она могла одеться очень мило, как простая деревенская девушка, не гоняющаяся за модой: серое платье из мягкой шерстяной материи, отделанное рюшем из белого крепа, подчеркивающим розовый тон шеи и щек, черный бархатный жакет и шляпа.

Через две недели, когда снег стаял и ударили морозы, Тэсс решила отправиться в путь, пользуясь тем, что дорога хорошая. В воскресенье, в четыре часа утра, она спустилась по лестнице и вышла под звездное небо. Погода ей благоприятствовала, земля звенела под ее ногами, как наковальня

Она как бы отрезала себя и от тех, и от других, что вполне соответствовало независимому ее характеру: ничего не хотела она получать из милости или сострадания, которых, по здравому рассуждению, не заслуживала. Она решила положиться только на себя и не извлекать пользы из формального родства с чужой семьей – родства, обретенного ею только потому, что один из членов этой семьи, действуя под влиянием минутного порыва, написал свое имя в церковной книге рядом с ее именем.

Вернувшись в тот вечер домой, в свою маленькую, выбеленную известкой комнату, Тэсс тотчас же начала писать письмо Клэру. Но кончить его не могла, потому что ею овладели сомнения. Потом она сняла кольцо с ленточки, на которой носила его у сердца, надела на палец и так легла спать, словно хотела убедить себя в том, что она действительно жена этого ушедшего от нее человека, который сразу после разлуки с ней мог предложить Изз ехать с ним за море. Зная это, могла ли она обращаться к нему с мольбами и не скрывать, что продолжает его любить?

– Ну да! Изз говорит: «Не рассказывай ей», а я не могу удержаться! Знаешь, чего он добивался от Изз? Он ее звал с собой в Бразилию! Лицо Тэсс побелело, как снег, падавший на землю, и сразу осунулось. – А Изз отказалась ехать? – спросила она. – Не знаю. Но потом он передумал. – Пустяки! Значит, он говорил не всерьез. Просто он пошутил!

– А ты, верно, подумала, что я в тебя влюблен? Есть такие дуры, которые каждый взгляд принимают всерьез. Ну да зимняя работа на поле – лучшее средство, чтобы выбить дурь из головы у молодой девки, а ведь ты обязалась работать до Благовещения. Может быть, попросишь у меня прощения? – Мне кажется, не я у вас, а вы у меня должны просить прощения.

Значит, ты и есть та самая молодка, которая так ответила на мою вежливость? Черт меня побери, если я сразу не догадался, кто ты такая, как только узнал, что ты к нам нанялась! Ты, верно, думала, что ты с твоим дружком оставила меня в дураках там, в харчевне, а потом и здесь, на дороге, когда от меня удрала? Ну, зато теперь ты у меня запоешь!

Вскоре послышался заглушенный топот копыт, и к риге подъехал фермер. Сойдя с лошади, он подошел к Тэсс и остановился, задумчиво всматриваясь в ее лицо, обращенное к нему в профиль. Сначала она не оглядывалась, но упорный его взгляд заставил ее повернуть голову, и тогда она узнала в своем хозяине того самого человека, родом из Трэнтриджа, от которого убежала, когда он заговорил о ее прошлом.

Кроме Тэсс, Мэриэн и Изз, здесь работали еще две женщины из соседней деревни – две сестры-амазонки. Тэсс вздрогнула, узнав смуглую Кар – Даму Пик и ее младшую сестру – Даму Бубен, которые хотели вступить с ней в драку во время полуночной ссоры в Трэнтридже.